Печать на устах. Рыцарь (СИ) - Романова Галина - Страница 62

- Это какое-то колдовство, - уверенно промолвил Даррен, озираясь по сторонам. – Как будто кто-то отводит глаза и путает следы! Ну, почти как я когда-то… Знать бы еще, каким это способом сделано и как все исправить…

После того, как он исцелил умирающего эльфа, вдохнув жизнь в практически мертвое тело, в возможностях фокусника никто не сомневался. И сейчас артисты вытаращили глаза в ожидании ответа на мучающие их вопросы.

- Конечно, это колдовство, - мастер Неар, повидавший многое, воспользовался моментом и присел на крутом берегу, вытянув, усталые ноги. – Но лично мне это место нравится.

- Значит, ты уже подпал под его чары, - авторитетно заявил Тиар.

Соэль и Таша переглянулись, и альфара судорожно прижала к себе детей.

- Получается, мы отсюда никогда не выберемся? – в голосе девушки прорезались слезы.

- Выберемся обязательно, - с уверенностью, которую на самом деле не ощущал, заявил Даррен, сделав несколько осторожных шагов по поляне. – Надо лишь узнать, в чем причина…

- Или в ком!

Все так и подпрыгнули – звонкий тоненький голосок раздался над их головами.

- Омела? – Тиар сразу посмотрел на обломанный накануне куст.

- Дриада, - поправил его менестрель, успевший разуться и опустить босые ноги в холодную весеннюю воду.

- Угадал! – зазвенел счастливый смех, и его обладательница возникла среди артистов.

Как она появилась, никто не заметил. Потом, вспоминая, кто-то утверждал, что она, подобно белочке, спустилась по стволу дерева. Кто-то уверял, что она просто спрыгнула с ветки. Кому-то показалось, что вспучилась земля, и дриада вылезла из нее, как корень. А кто-то – что она просто появилась из воздуха с тихим хлопком и сразу стала центром всеобщего внимания.

Про дриад, которых полным-полно в лесах Сапфирового Острова, слышали все, но никто не видел так близко. Невысокого роста, на две ладони ниже даже низкорослой Таши, большеглазая, с высокой грудью, тонюсенькой талией, крутыми бедрами и неестественно тонкими и стройными руками и ногами, дриада была облачена в коротенькую пышную юбочку из листьев и прикрывающую грудь повязку. Густая грива серо-бурых, под цвет ясеневой коры, волос была собрана в пышный хвост. На тонкой высокой шейке, запястьях и щиколотках виднелись ожерелья то ли из жемчужин, то ли из остекленевшей росы.

- Вот вы какие, - прозвенел ее тонкий голосок.

- Вот ты какая, - в тон ей ответил мастер Неар. Вскочив, менестрель подошел ближе, рассматривая странную гостью. – Ты прекрасна!

- Ты тоже ничего, - ответила она и залилась счастливым смехом. Актеры невольно заулыбались – уж больно заразителен был тонкий звонкий голосок.

- Так это ты держишь нас на этой поляне? – поинтересовался мастер Боар. – Но почему? Что такого мы сделали? Кажется, не сломали ни одного лишнего дерева, не сорвали лишнего цветка и не повредили твой ясень… Разве что кое-кто потрепал омелу, - он посмотрел на приемного сына. – Но мы сделали это не шутки ради. У нас – больной, которому нужна помощь, а никто из нас не умеет как следует лечить.

- Где больной? – немедленно заинтересовалась дриада.

Ханирель подошла к фургону и откинула полог, который заменял заднюю стенку. Вдоль бортов были уложены вещи, недалеко от входа в большой плетеной корзине полусидел сынок Таши вместе с сестренкой, а почти все свободное пространство занимала наспех оборудованная постель, где лежал и безучастно смотрел в пустоту юноша-эльф.

Заходить внутрь дриада не стала – только подпрыгнула, зависнув в воздухе и вся мелко дрожа при этом, и всплеснула тоненькими ручками:

- Какой хорошенький…

- Да, только он ничего не слышит, ничего не говорит и вообще… Хуже младенца. Вот так и лежит все время, - сказала Ниэль. – Мы кормим его с ложечки и меняем грязное белье, но это же не жизнь. Он молод, силен, здоров… был…

- Мне иногда думается, что если бы он умер, это было бы наилучшим выходом, - после недолгого молчания промолвил мастер Боар. – Когда вытаскивали его из петли, мы еще не знали, что все будет так. Думали, что спасем ему жизнь, а спасли такие жалкие ее крохи…

- А разве жизнь, - дриада развернулась к нему, все еще вися в воздухе и вся трепеща, - не самое главное?

- Нет, - это сказал мастер Неар. – Есть то, ради чего стоит жить. Есть твой мир, и если он разрушен, а ты остался – продолжать жить незачем.

Дриада опустилась на землю и запрокинула голову, глядя на ветки своего ясеня.

- Ты прав, - прощебетала она. – Если мое дерево погибнет, я не умру, но… мне станет не для чего жить, хотя рядом останется много других деревьев. Мне жаль твоего сына.

- Он мне не сын, - вздохнул менестрель. – Мы случайно нашли его не так давно в петле. Сам ли он в нее полез или ему помогли – мы не знаем. В первом случае, если он решился на такое, потеряв то, ради чего стоит жить, мы допустили ошибку. Во втором – дали ему шанс… Но он молчит и никак на нас не реагирует. И мы не знаем, правильно ли поступили.

- А бросить его мы вряд ли сможем, - подумал вслух мастер Боар. – Иначе зачем тогда спасали?

- Может быть, вы нам поможете…

Голос менестреля замер на полузвуке, и дриада ответила столь же неуверенно:

- Ну…только при одном условии. Если и вы поможете нам!

Актеры переглянулись.

- Но как? – озвучил всеобщую мысль Янсор. – Мы – просто труппа бродячих артистов, музыканты, акробаты, жонглеры, танцоры… еще иногда играем пьесы… Мы не воины и не волшебники!

- У нас даже нормального оружия нет, - развел руками Тиар. – Ножи Янсора и мастера Неара не в счет! Нам это запрещено…

- И колдовать никто не умеет, - поспешил добавить Даррен, пока никто из его друзей не вспомнил, как у него получилось оживить мертвеца.

- И детей своих мы не отдадим! – пылко воскликнула Таша, закрыв собой корзинку с малышами.

Дриада задумалась, сунув в рот розовый пальчик и став очень похожей на ребенка.

- Я знаю! – воскликнула она с таким видом, словно ей это только что пришло в голову. – Мы устроим праздник!

- Что?

- Ну, конечно, праздник! – дриада закружилась по поляне, то ловко перебирая ножками по траве, то взмывая в воздух на невидимых крыльях, а потом подпрыгнула, схватилась за нижнюю ветку своего дерева и принялась качаться на ней, как на качелях. – Праздник! Песни! Музыка! Танцы! Веселье! Праздник весны, понимаете?

Спрыгнув на землю, она остановилась перед мастером Боаром, и тот ответил:

- Мы согласны!

- Тогда за мной! – она сорвалась с места. – Идите по цветам!

Актеры проводили странное видение взглядами и только хотели спросить, что за цветы имела в виду дриада, как вдруг увидели за кустами дорожку из небольших кустиков с темно-зеленой листвой. Над ними раскрывали лепестки розово-малиновые с золотым глазком примулы. Дорожка уводила их в чащу, за кусты и деревья, стоявшие так тесно, что было ясно даже неопытному глазу – фургон там не пройдет.

- Что же вы застыли?

Из травы высунулась мордочка лесавки*, в колючую шубку которой были вплетены цветы.

(*Лесавка – существо с две ладони ростом, похожее на ежика, но с человеческими ручками-ножками. Многие считают лесавок родичами и даже «бабушками и дедушками» леших. В их ведении находятся все плоды и семена, а также ягоды и грибы.)

- Идите до конца дорожки! Там вас будут ждать!

- Но нам придется оставить здесь… - мастер Боар нерешительно оглядел повозку и лошадей. Как-никак, это все их имущество. Да и больной юноша оставался совершенно один.

- Мы позаботимся, - категорично заявила лесавка и, пригибаясь, побежала по поляне. – Это входит в условие договора!

- Договора? Но с нами заключала договор только дриада с этого дерева! – Тиар ткнул пальцем в крону.

- Лес слышал! Лес запомнил! – прочирикала выпорхнувшая из ближайшей примулы фейри*. – Лес согласен!

(*Фейри – то же, что и фея. Крошечные, с ладонь, крылатые существа, часто владеющие магией. В ведении фейри находятся цветы и травы.)