Печать на устах. Рыцарь (СИ) - Романова Галина - Страница 95

- Вы уже вернулись, мама? – не сдержался он.

- Вернулась? Милый, я никуда не уходила! Это ты у нас вечно пропадаешь на охоте – то за троллями, то за оленями, то за девушками…

- Хм, - Рейдиар нервно хмыкнул, - моя матушка шутит. А на самом деле она…

- На самом деле она очень рада видеть в своем замке таких именитых гостей, - решительно перебила означенная дама, не спеша спускаясь по лестнице с галереи.

Конечно, простой лорд никак не мог считаться именитым, но правила вежливости предполагали скорее перехвалить, чем недохвалить гостя.

Шёлковый Рыцарь прошел навстречу леди, привычным движением снял шлем и небрежно сунул его через плечо оруженосцу, немало не заботясь о том, успеет ли тот подхватить его, ведь обе руки у того были заняты. Оруженосец проявил немалую сноровку – он ловко перехватил копье и щит и принял шлем своего господина, пристроив его на сгиб левой руки. А сам лорд Найлор тряхнул заплетенными в короткую косицу волосами и с поклоном приложился губами к протянутой руке леди Рейдиар. Та аж зарумянилась от улыбки, которой он при этом одарил пожилую даму.

- Ваша возлюбленная отвергла ваши притязания, милорд? – промолвила она.

Гость улыбнулся. Лицо у него было приятное, хотя он и был не так молод, как тот единственный немой, которого знал Рейдиар. Загорелый и обветренный, он был старше, а шрам поперек левой брови натягивал кожу на лбу и виске и заставлял рыцаря прищуриваться. Судя по всему, шрам был довольно старым.

- Если она действительно дала вам от ворот поворот, - продолжала леди Рейдиар, - она полная дура! Отвергнуть такого учтивого кавалера…

- Откуда вы знаете, мама? – ревниво встрепенулся её сын.

- Я немного лучше тебя разбираюсь в окружающих, мой милый. Мне достаточно одного взгляда, - парировала женщина. – А вот ты крайне неучтив. Держать гостя на пороге так долго, по меньшей мере, невежливо. Он же не какой-нибудь альфар и не денег в долг пришел к тебе просить!

Лорд Рейдиар почувствовал такое жгучее желание чем-нибудь запустить в дражайшую родительницу, что невольно смерил взглядом оруженосца – быстро ли удастся вырвать у него из рук копье? Но усилием воли заставил себя сдержаться. Судя по старому и довольно грубому щиту, а также не слишком богатым доспехам, этот рыцарь небогат. Наверняка, он отдал свое сердце девушке, которая намного выше его и по происхождению, и по состоянию. Ничего удивительного в том нет, что ему отказали в сватовстве. Сам Рейдиар вот, например, ни за что не станет жениться на той актрисе! Какое приданое она принесет супругу, кроме своей внешности и нежного голоса? Даже ее девственность можно считать отсутствующей! Нет, укротив гордячку и вдоволь позабавившись с нею, он отдаст девушку в жены любому из своих рыцарей, а сам поищет жену с состоянием и титулом. И непременно ровню себе. А то еще придется, подобно этому Найлору Шелковому, заделаться странствующим рыцарем!

- Прошу меня простить, милорд, - улыбнулся он. – Моя дорогая мать немного развлечет вас беседой, а я пока потороплю управляющего, дабы приготовил ужин побогаче. То, что вы дали обет молчания, не станет препятствием задушевному разговору – моя матушка способна говорить за троих, не считая себя!

Любящие родственники обменялись понимающими улыбками, после чего разошлись. Рейдиар отправился пройтись по двору, чтобы немного успокоиться, а молчаливый рыцарь подал его матери руку, чтобы проводить в пиршественную залу. Его оруженосец тенью следовал за своим господином.

В любом замке гость издалека – это праздник и повод устроить маленький пир. Особенно когда гость – странствующий рыцарь, который отправился на подвиги ради неразделенной любви. Все невеликое женское население замка – лишь несколько рыцарей были женаты – включая даже служанок, использовало малейший предлог для того, чтобы хоть одним глазком взглянуть на загадочного незнакомца. Тот, как ни в чем не бывало, сидел у камина в обществе леди Рейдиар и с вежливой улыбкой внимал ее речам. Сам он голоса не подавал, но часто кивал или отрицательно качал головой, а в некоторых случаях оборачивался на своего оруженосца, который стоял позади его кресла. Тогда тот ненадолго становился его устами.

Совершенно неожиданно – во всяком случае, для гостей – в зал явилась замковая Видящая. Постукивая посохом, волшебница прошла к накрытым столам, кивая головы и улыбаясь в ответ на приветствия. Увидев леди Рейдиар и гостей, она направилась к ним.

Первым заметивший Видящую, оруженосец слегка вздрогнул, бросив на своего господина тревожный взгляд, но у того на лице не дрогнул ни единый мускул. Наоборот, заметив подходившую волшебницу, Найлор Шёлковый вскочил с места и почтительно преклонил перед нею колено, прижимая руку к груди.

- У нас в замке опять гости, - произнесла Видящая.

- Да, благодарение Покровителям, скучать не приходится, - ответила леди Рейдиар.

- Кто вы и что привело вас сюда? – осведомилась волшебница у рыцаря.

Тот сделал перед лицом резкий жест и покачал головой.

- Мой господин, лорд Найлор Шёлковый, - спокойным голосом промолвил уже вполне овладевший собой оруженосец, - сожалеет, что не может говорить с вами.

- Он немой? – волшебница прямо взглянула на говорившего.

- Он дал обет молчания из-за любви к прекрасной леди Исмираль! – воскликнула леди Рейдиар. – Не правда ли, это так возвышенно? Вы должны благословить этого рыцаря, матушка, дабы его предприятие увенчалось успехом, и его возлюбленная ответила ему взаимностью.

Видящая посмотрела на коленопреклоненного рыцаря так внимательно, словно хотела запомнить его лицо до малейшей черточки. Потом медленно положила руку ему на волосы.

- Если чисты помыслы твои, о, благородный рыцарь, да будет с тобой благословение Покровителей, - сказала она. – Но, коли лелеешь ты в душе чёрные мысли, нет тебе моего напутствия.

Рыцарь ответил ей такой спокойной и светлой улыбкой, что она невольно улыбнулась в ответ и позволила поцеловать себе руку прежде, чем отойти и занять своё место за накрытыми столами. Но и оттуда она время от времени бросала вопросительные взгляды на рыцаря и его оруженосца.

- А все-таки какая жалость, что вы дали обет молчания, - сказала леди Рейдиар, которая, как справедливо заметил её сын, не умела долго молчать. – Мы бы с удовольствием послушали про ваши подвиги и приключения!

Найлор Шёлковый нахмурился и помотал головой, небрежно отмахнувшись, и сидевший рядом оруженосец подал голос:

- Мой господин считает, что это не повод для разговоров. Он совершал свои подвиги не столько ради славы, сколько ради своей возлюбленной!

- Совершали подвиги – и никому об этом не рассказывали? Это свидетельствует либо о скромности, либо о глупости, а вы кажетесь мне очень умным, - категорично заявила леди. – Скажите на милость, а как ваша возлюбленная узнает про ваши деяния, если вы сами отказываетесь о них говорить? Есть вообще кто-нибудь, кто знает про них, кроме вас двоих?

Рыцарь развернулся к оруженосцу, выразительно шевельнув бровями, и еле заметно покачал головой. Он не знал, что делать.

- Мой господин не говорит об этом сам, - нашелся слуга, - но те, кого он спас, кому помог в час беды, знают о них и рассказывают об этом на всех углах…

- То есть, должны рассказывать, - промолвил лорд Рейдиар. – Что-то мы тут ничего не слышали о ваших подвигах! Тут недавно к нам приезжали артисты – и они ни словом не обмолвились о них!

Шелковый Рыцарь обезоруживающе улыбнулся и развел руками – мол, я прекрасно сознаю тщету своих надежд.

- Вы романтик, - сделала свой вывод хозяйка замка, - и нравитесь мне! Скажите имя своей возлюбленной. Я напишу ей про ваши чувства!

Неизвестно, кто был более удивлен этим предложением – сам гость или ее сын.

- Мама, вы сошли с ума! – прошипел лорд Рейдиар. – Что за странная блажь?

- А что тут такого? – откликнулась та. – Это вы, сын мой, совсем голову потеряли! То на охоте сутками пропадаете, то таскаете в родовой замок всяких потаскушек! А у нашего гостя высокое чувство! И я хочу ему помочь!