Мелодия дождя (СИ) - Брунс Анастасия - Страница 47

— О, привет, где Эд? — сразу выдала я.

— И тебе утро доброе, — ухмыльнулся его сосед.

Мило улыбнувшись, я обогнула его и наткнулась на Эда. Я сходу сказала ему, что он идет со мной в библиотеку и сейчас, собственно, мы идем за Нэлли. Но все же пошел со мной, даже не спрашивая, что мне нужно в такую рань в библиотеке. Вот что называется дружба, вот это я понимаю!

Нэлли же все еще ходила сонная. Ну ничего ничего. Сейчас я их про связь расспрашивать начну, оживится.

— Объясни, зачем тебе в библиотеку? — снова спросила светловолосая.

Эд также с интересом посмотрел на меня. Ну что ж, пора раскрывать карты.

— Что вы знаете о связи? Я просто ничего не знаю. — выдала я.

Как я и ожидала, Нэллз сразу взбодрилась. А Эд на секунду чуть округлил глаза, но потом снова стал невозмутимым.

— Что ты хочешь знать о связи? Я тоже о ней немного знаю, — проговорила бывшая соседка, странно глядя на меня.

— Да все. Понимаете, я совсем ничего не знаю. А,как оказалось, у меня сразу две связи. Вот такие вот дела, — глубоко вздохнув, ответила я.

Эл перестал быть невозмутимым. Нэлли что-то пробубнела и сделала большой глоток чая, а Эд уставился на меня, не моргая. Значит, как я и полагала, это не частый случай и они хоть что-то, да знают об этом.

— Вот по этому я и хочу все узнать, — сказала я, глядя на их лица.

4.1

В библиотеке мы нашли много интересного. Правда, ради этого Эду пришлось идти в больничное крыло и изображать из себя больного (а из-за того, что он весьма искусный лаафи, проверить наверняка возможности у медсестры не было и она дала ему "добро" на отлежаться денек), а Нэлли просто решила пропустить утренние уроки.

Слишком много интересных вещей мы нашли… например, контроль. Если ты себя контролируешь, то тот, с кем ты связан, практически не чувствует тебя или не чувствует вовсе. Но это нужно обладать просто железным самоконтролем!

Но это было так, вторичным. У нестабильных, несовместимых пар практически невозможно не чувствовать своего партнера даже при строгом эмоциональном контроле. А в случае падения контроля начинается вообще, на мой взгляд, ужас. Тот, кто еще не потерял контроль, может читать мысли того, у кого упал контроль над разумом. А если он упал сразу у двоих — создается чувство "смешания", когда люди перестают понимать, что чувствуют они, а что чувствует их половинка, даже мысли путаются. И часто такие случаи приводят этих людей в психушку. Это неисправимо. Один раз потеряв полностью контроль — заново его восстановить смогли лишь единичные случаи.

А потом мы с Эдом наткнулись на старую-старую книгу… И, признаться. я даже не рассчитывала там что-либо найти, просто листала страницы, бегло проглядывая строки. Вот только Эд резко меня остановил, прежде, чем я перелистнула страницу. Там был небольшой абзац про нас, лаафи… пусть и маленький, но все же!

Как оказалось, чем сильнее лаафи, тем сильнее ее влияние над тем, с кем они связаны. Если до этого все дело было в самоконтроле, то тут не только… тут еще была сила. Если лаафи сильнее — то даже частичная потеря контроля может привести к последствиям весьма не радужным. А если слабее, то даже если партнер потеряет разум, на лаафи это слабо скажется, более того, в этом случае можно восстановиться и не попасть в дурку.

И несколько связей для лаафи — это нормально. Теперь-то моя душенька была спокойна более-менее.

На обеде к нам за столик подсели Рэн и Анхеллес.

— Смотрю, у вас было продуктивное утро, — потусторонне выдала ведьма.

— Ага, как червяки всю библиотеку облазали, — ответила Нэлли.

И вот мы поговорили все за обедом, вроде, все хорошо, если бы я не заметила, что Эд как-то напряжен… Ну, у меня сегодня день свободен, у него тоже, так что попрошу немного хотя бы со мной время провести. Слишком много у меня вопросов накопилось, да и хочется узнать, что такое с ним. Он что-то прочитал в библиотеке и не сказал мне? Теперь и я напряглась.

А еще я заметила, что Рэн эмоционально расслаблен, конечно, контролирует как ни крути эмоции, но все же его чувствовала. А я себя контролировала, максимально… по крайней мере я пыталась это сделать, вспоминая уроки, которые мне давали профессор Шолл и лорд Аргест.

Перед тем, как уйти, Рэн обнял меня, а я быстро поцеловала его в щеку. Было неловко, да и Бейлес был, кажется, недоволен тем, что поцелуй пришелся в щеку, но тут я бы точно его в губы целовать не стала. Никогда не любила вообще свои чувства публично проявлять и этот поцелуй в щеку для меня стал и так чем-то из ряда вон выходящего.

Попыталась ослабить контроль над эмоциями, чтобы он понял мое внутреннее состояние, но, видимо, но не получилось.

После обеда Нэлли пошла на занятия, а мы с Эдом прогуляться. Причем он сам предложил, не пришлось просить самой.

И смущало меня то, что он молчал. Точнее, меня это даже пугать начало.

— Эд, что такое? Ты что-то прочитал? — спросила обеспокоенно я.

Эд продолжил молчать, взял за руку и повел к тем кустам, ведущим к тайному месту вечеринок. Только сейчас там, разумеется, никого не было. Сев на лавочку и похлопав рядом, он окинул пространство вокруг нас сразу двумя заклинаниями. Теперь нас не смогут ни увидеть, ни услышать.

Молча друг достал книгу, которая была спрятана под пиджаком… книгу, которую я сегодня даже и не видела. Она была старая, очень старая. Об этом говорило то, что краешки ее обложки были срезаны (так как на старинных книгах в этих местах были узоры из цветных металлов со вставленными в них драгоценными камнями), и была она из дерева… Обшита тканью плотной, с стертыми практически буквами.

— Она из закрытой библиотеки, которая принадлежит Аргесту… мне ее за столом передала Анхеллес. Чертова ведьма, все знает. Все больше и больше понимаю, что именно ее теперь и стоит бояться. — глубоко вздохнув, проговорил Эд.

Создалось впечатление, что он зол и очень взволнован… прям очень-очень. От этого становилось не по себе и мне.

— Эд, что там? — спросила прямо я, глядя то на друга, то на эту жуткую, потрепанную книгу.

— Да черт знает, что там! Она дала ее сразу после того, как намекнула на то, что знает, чем мы сегодня занимались. Не думаю, что там что-то хорошее, — явно переживая, выдал друг.

Но переживания не помешали ему раскрыть книгу. Нас встретило очень красноречивое название: "Человекообразные существа. Особенности и ликвидация". После этого я поняла, что угадала… книга действительно была очень старая! Она принадлежала временам, когда маги и люди истребляли всех других рас (а исходя из названия, мы вовсе не другие расы, нет, мы — человекообразные существа! Так меня еще никто не оскорблял). А ведьмы и лаафи были одними из последних в истории, кого почти истребили…

И столько было в этой книге существ, которых я думала вовсе не существует! И было помечено несколько существ… лаафи, ведьмы, падшие, каменщики и пожирающие.

Через каждое новое прочитанное слово, кажется, у нас глаза все больше и больше округлялись. А к концу прочтения пометок они и вовсе на лоб полезли… Это ужасно… Я даже читая ужасы время от времени таких изощренных способов убийства не видела! А еще слишком много открыла для себя… через чур много!

— Аргест явно не хотел, чтобы мы узнали о своей другой стороне, — ровным, безразличным голосом проговорила я.

— Я думаю, он много кому чего не договорил… Черт, теперь я действительно боюсь эту ведьму, — также без эмоционального окраса выдал брюнет.

Мы переглянулись. Выглядел друг не лучшим образом, но я уверена, что я выгляжу ничуть не лучше его, разве только хуже.

Падшие… Лаафи… Проклятье ведьм…

Итак, что мы имеем. Ведьмы прокляли людей и сделали их лаафи, чтобы они могли блокировать магию, копить энергию, видеть правду, быть более обаятельными в глазах окружающих (только если это не лаафи и ведьмы), а еще… Черт, самым мерзким было то, что маги рядом с чистокровными лаафи гибнут! Точнее, магия в них гибнет, они становятся обычными людьми и да, маги не чувствуют, как силы их покидают. Мы поглощаем не только их магию, но и энергию. Мы забираем годы их жизни, что им даровала магия, себе…