Страж (СИ) - Татар Анастасия - Страница 25

— Через полчаса в пятом кампусе.

***

Обычно портал — какая-то странная хрень, разрывающая пространство, зеркало, шкаф, костер или, на крайний случай, унитаз. Но просто дверь? Дверь, сквозь которую проходишь и сразу оказываешься в специальном помещении нужного места? Сложно, но возможно. И никакой яркости! Эпатажа! Красок!

— Ты ожидала большее?

От шепота на ухо я вздрогнула и чуть не заехала куратору головой по лицу, шустренько перекрестившись. Это было близко! Особенно в тесной коморке. Стадо мурашек пробежалось по спине, пока я старательно фильтровала базар и держала себя в руках, лишь бы не полезть давать сдачу за моральное потрясение. Да как так можно вообще?

— А вот не смотри на меня так, — он пытался подавить улыбку. Разговаривали мы шепотом, дабы кое-кто не услышал, что ему не нужно. Хотя… он ведь меня тогда кормил. И наверняка что видел, как я повисла на кураторе. — Вспомни, как укусила меня за шею.

— Тихо! Не пали картон, ой… то есть не пали картон… да не картон… кантору… не пали кантору, блин!.. — я резко отстранилась, понимая, что кого-то ситуация явно веселит. — Все правильно сделал? Мы в России?

Куратор, пользуясь тем, что развернулась, приобнял меня за плечи. Зуб даю, издевается! Я сердито засопела, Есть подозрение, что надо было солгать и приписать к нам еще троих тунеядцев, чтобы этот не пошел.

— Ну да… в каком-то Мухосранске в три часа ночи… — снова на ухо прошептали мне.

— Где?! Тебя давно не били?!

— Меня давно не кусали, — засмеялся Ранзес, резко от меня отстраняясь, чтобы не получить локтем в печень.

Ну точно издевается! Я ведь просила нормальный часовой пояс! И чтобы не какая-нибудь далекая деревенька, а развитый город! Где есть магазины и, желательно, баня. Не смотря на то, что портал мог забросить меня в любую точку мира, где даже и не мечтала побывать, как и возможность заглянуть к себе домой, я решила в культурной программе ориентироваться на Дамира. Тот в России в жизни не был — ему все Америку, Италию, Париж… в следующий раз откроем дверь в Токио. Я куплю себе кучу костюмов для косплея и буду соблазнять мир крайне нелогичной броней. Но сегодня мы должны были очутиться именно в адекватном городе России. Сначала пройтись по магазинам, если разрешат, а потом в баню. Хотя для баньки нас маловато… но если со всеми СПА процедурами… купить ящик водки и врубить шансон… ой! Шансон не надо. Но мне все равно дико интересно, как на «Владимирский Централ» отреагируют ни черта по-русски непонимающие. Вообще-то, это как-то нелогично. Меня чаще всего понимаю, да и вопрос напрашивается… а местные меня как воспримут?

— Возвращаемся, — категорично заявила я, идя на таран. — Никакого «типа Мухосранска».

— Надя, Надя… шучу я. Название города выговорить не способен, но подбирал портал его по численности населения и уровню развития. Наши десницы в нем есть. А значит, он явно не последнее место в пирамиде важности занимает.

Дамир уже давно вышел из этой «коморки», заваленной всяким хозяйственным хламом, чтобы осмотреться. На самом деле, что мы в России, он не знает и, возможно, даже не узнает. Но мне так не хватало родной страны, родного языка и этого чудовищного колорита общества! Сразу на душе потеплело и на лице расплылась улыбка, пока в ушах стучало слово «дом». Конечно, эгоистично в чужой праздник все подстраивать под себя… так что надо постараться максимально сгладить свою вину. Дамир и примерно не догадывается, что я к ним именно из этого мира и пришла. Вот так сразу, в девятнадцать лет. И поэтому знаю значение многих песен и надписей на другом языке.

— Как вы понимаете людей, если не учите их язык? — осведомилась я. Рискованное дело!

— Внедрение языковой магии. У меня, Ризера и тебя такой штуки нет и не будет, потому что она стирает барьеры в мозге и облегчает кое-кому жизнь. Тебе будут совать неправильный перевод и заставлять слышать то, что ты хочешь. В коем-то веке ты, Надя, наш козырь, — он довольно усмехнулся. — Потому что знаешь некоторые земные языки и без этого.

Из темного и мрачного помещения мы вышли в коридор явно подземного этажа. Тут было холодно и влажно. У стенки, недовольно отзываясь о нас, стоял Дамир, попутно сетуя и на отсутствие связи под землей. Интересно, а GPS он умеет пользоваться?

Это был просто огромный торговый центр с кучей ярких магазинов, посреди которого мы, пусть и выглядели, как фрики, но чертовски вписывались в атмосферу. Раскрыв рот, я застревала чуть не у каждой витрины с одеждой, прикидывая, что и сколько стоит, а потом отчаянно хныкая. Денег у меня не то, что не было, их НЕ БЫЛО. Вообще! Мы гулять собирались за счет Дамира, но не буду же я просить у того деньги на вещи?

— О Господи… — взвыл Ранзес, устало потерев глаза, пока я кусала губу, лишь бы не разреветься от досады прямо на месте. Что у меня есть в Чистилище? Ну что? Да ничего! Форма, кросы, белье, чужие, но чертовски уютные штаны и вал средств для ухода за собой. Ничего не забыла? Забыла. Рюкзак. Что еще есть чисто мое, ну почти? Ни-че-го.

— Дамирий, тормози, — он просто схватил того за шиворот, пока пятикурсник по привычке чуть не пошел дальше. Они были уже в паре метров от меня: не заметили, как я в очередной раз «потерялась».

Не понимают они меня! Совсем не понимают! Женская душа требует размаха! Ей нужно цвести и благоухать. Причем каждый день по-новому. Пока Ранзес доставал кошелек, я рассматривала его лицо, пытаясь понять, что он собрался сделать. Мне уже очень и очень неуютно! Кажется, кое-кто собрался дать мне денег, но зачем он что-то пишет на листочке? И откуда вообще взялась ручка? Точно. Магазин канцелярии рядом в паре с телекинезом — и вот. Каюсь, в этот момент у меня в голове проскользнула мысль вернуться сюда после закрытия и укрась понравившееся.

Он смотрел на меня своими льдистыми серыми глазами снисходительно и по-доброму, пока я таращилась на него с недоверием и отвисшей челюстью. Так, подождите, я сейчас, сейчас… только глаза протру, к окулисту сбегаю, психиатру выговорюсь и вернусь…

— Что ты смотришь на меня так? Бери. Пароль на листочке. Потеряешь — шею сверну, — меня взяли за руку и самостоятельно вложили туда ключ к счастью.

— Откуда… как… но это же… как ты… — невнятно бормотала я, не веря рассматривая золотую карточку. — Я не могу… ты что?

— От верблюда! — фыркнул куратор. — У тебя есть два часа. Ищи нас в кафе на третьем этаже.

— Ты что? — снова тупо повторила вопрос. — Если так, то идешь со мной! Не могу же я транжирить чужие деньги!

— Да ну? — натурально удивился он. — Надя, где твоя наглость, когда она так нужна? Я с тобой сидеть не буду. Ни в прямом, ни в переносном значении. Так что лучше купи себе все, что душа пожелает, дабы мы потом не возвращались сюда посреди ночи заниматься мародерством. По улыбке и ежу понятно, что ты задумала.

Я покраснела до кончиков ушей, мельком глядя на Дамира. Его лицо было мрачным, словно ему только что подписали смертный приговор. Он смотрел на Ранзеса, разинув рот, и тут до меня дошло, что кое-кто очень не хочет оставаться в компании моего куратор. Ну ничего… я потом все исправлю… понятия не имею, как, но исправлю.

— Покупай то, что хочешь, ты меня поняла? — Ранзес постарался заглянуть мне в глаза, наставляя на меня указательный палец. Странно. Я чувствую себя ребенком.

— М… я… э… ладно… — несвязно бормотала, все не расставаясь с мыслей, что поступаю нехорошо по отношению к Дамиру.

— Вот и хорошо. Пошли.

И меня просто оставили. Отлично! Да здравствует самая жестокая во всей моей жизни борьба между совестью и наглостью. Ха! Принцип пользования я не совсем понимаю, но раз мне сказали покупать что хочу, денег там должно быть дофига и больше. А валюта? Надеюсь, рубли? А то я в этом полный профан. Но и тратить их так просто… это… это… сложно!

Но недолго я грызла локти. До первых зимних ботинок. До первого модного пуховика. Черный, длинный, что закрывал ягодицы, очень теплый и прекрасно на мне сидящий. Со всех сил лупя совесть дубинкой, я расплачивалась. Потом чисто случайно заметила шапочку и… о! А что это за шарфик такой мягонький? Что за перчатки? Вижу теплые носочки — не вижу преград! Пижама! Теплая, махровая, серая и с совенком. Прекрас… ух ты! Какое белье!