Адриана. Наказание любовью (СИ) - Серебро Варвара - Страница 30

Когда я попал в этот монастырь, перенес много страданий и познакомился с Бетти и другими обычными людьми, их судьбы вдруг стали волновать меня. Мой учитель фехтования говорил: “Познавая боль, мы очищаем душу.” Тогда я не понимал, что он мне пытался объяснить. Мало ли, что может нести этот уже немолодой человек, у которого ран и шрамов было не счесть. А вот теперь, кажется понял.

— Скоро доберутся и до учителей. Ты много шума наделала своим исчезновением, хотя некоторые монахини и девушки лишь облегченно вздохнули. Люцила даже молила богиню, чтобы ты не сбилась с пути, ведущего тебя подальше от монастыря.

Я сразу вспомнил Бетти и представил, как она облегченно вздыхает. Теперь ей не придется со мной нянчиться.

— Хоть кому-то радость доставила, — грустно сказала я.

— Твоя подружка, кажется ее зовут Бетси…

— Бетти, — зло поправил я.

— Бетти, боится, что тебя съели степные волки.

Я заулыбался и загрустил. Кая я мог подумать о моем Сокровище так плохо. Она ведь меня любит. Оскар говорил спокойно, словно речь шла о чем-то очень далеком, совсем не касающемся угрозы его чести и свободы.

— Оскар, ты присмотри за ней, ладно, — попросил я, понимая, что моя просьба немного глупая.

— Хорошо, Адриана, насколько это будет в моих силах.

— Хотя бы совври ей, скажи, что волки подавились бы моими костями, — шутка была неудачной.

Учитель промолчал.

— Надо было взять ее с собой… — оговорилась я.

— Адриана, мне нравятся девушка, но две — это даже для меня слишком, — тоже, то ли пошутил, то ли серьезно сказал учитель. Вид у него сейчас был какой-то усталый.

После вкусного, но скучного ужина из говядины и печеного топинамбура, я отправился спать в комнату своего поклонника. Правда не мог заснуть от волнения: представлял, как сейчас переживает бедняга Бетти, как обрадуется моему приезду красавица Кати, сколько приключений ждет меня дольше. Потом боялся, что Оскар все же нарушит свои обещания и ночью проникнет ко мне в комнату. Я бы проник!

Эти мысли вызывали у меня двойственные чувства. Как мужчину меня от таких мыслей передергивало, а как девушка я тайно желал этого. Вот и попробуй теперь разобраться со своими желаниями!

Утром кто-то тихонечко похлопал мне по щекам. Я проснулся и увидел перед собой Марту. Хотя надеялся увидеть совсем не её, а Оскара.

— Адриана, просыпайся, дочка, перед дорогой стоит подкрепиться. Я собрала тебе вещи и еду, — тихонечко сказала она.

Я приподнялся в постели с чувством легкой грусти и разочарования.

— А Оскар, э-э-э, не будет завтракать?

Я представил, как он тайно мечтал сменить жесткий диван в малой гостиной на мягкую кровать, в которой спала соблазнительная девушка. Да после такой ночи он должен быть голоден как волк!

— Сожалею, но хозяин уже ушел на уроки в монастырь и просил тебя не будить раньше времени.

Мне стало обидно до глубины души. Я поставил ноги на прохладный пол и потянулся. Марта с интересом рассматривала мое слишком мускулистое и угловатое тело, которое трудно было скрыть под прозрачной ночной сорочкой. И только моя красивая девичья грудь, не давала сомневаться ей в том, что я все же девушка.

— Он не хотел тебя будить, — начала оправдывать хозяина служанка. — Он и вправду привязался к тебе, — Марта скинула с себя теплый платок и накрыла им мои плечи.

Я был ей за это очень благодарен. Мне сейчас остро не хватало заботы. И вот Марта стала вторым человеком в моей жизни, который смог подарить мне это дорогое мне чувство: первой была моя дорогая Бетти.

Мы сели завтракать. Мне очень хотелось, чтобы Марта посидела со мной рядом. Солнце падало из окна, выходившего в сад на ее седоватые волосы. Только теперь я заметил, сколько было глубоких лучитсых морщинок вокруг карих глаз женщины.

“ Моей маме сейчас было бы столько же лет, — подумал я и почувствовал приятное тепло внутри себя. — А ведь у неё дочь была моего возраста.”

— Я заметила, как хозяин перед уходом заглядывал в твою комнату, — вдруг призналась она. — Мужчины все одинаковы.

— Я не люблю мужчин, Марта, — теперь я признался ей.

— Меня не обманешь, дочка, я заметила, как ты поглядываешь на Оскара.

Я почувствовал, как заалели мои щеки. Ох, все же я девчонка!

— Не поглядываю! — сердито проворчал я и уставился в чашку с кофе.

Марта лишь улыбнулась на меня.

— Не буду смущать вас, леди Адриана, но с природой не поспоришь, — сказала Марта с таким выражением, что вогнала меня в краску только еще больше.

— Вы скажите Боху, что я хотела с ним попрощаться, — заволновался я.

— Можно было об этом и не просить, — ответила Марта и понесла на кухню посуду.

Через пол часа к дому Оскара подъехал черная карета из которой высадились те кто, кто должны были сопроводить меня по наказу сьера Матиса Леандра в Листен.

Их было всего двое. Один сопровождающий был высокий и крепкий малый, второй не выше его плеча. Худенький и изящный.

Я смотрела на эту парочку в окно из-за шторы. И очень удивилась, когда низеньким и изящным попутчиком оказалась женщина.

Она вошла в гостиную первой и сразу осмотрелась. Следом вошел высокий мужчина весь в запыленой кожаной одежде и с густой черной бородой, заплетенной во множество косичек.

— Доброе утро, — поздоровалась с ними Марта.

— Добренькое, госпожа, добренькое утро. Называйте меня Аршина, а его Малыш, — указала она на своего высокого спутника. — Сьер Леандр велел нам взять под охрану и сопроводить некую Алис. Это вы? — глянула она на служанку.

— Я, — заскрипел я зубами. — Это вы, меня охранять станете?!

Ехать такую опасную и дальнюю дорогу в компании только этих двух “чудиков” мне как-то не хотелось. Правда я успела кое-что прихватить, на память о дорогом Оскаре — его замечательный мушкет, правда без футляра, и кинжал.

Аршина зло прищурила, хитрые как у койота глазки.

— Мы люди простые и отходчивые. И мы лучшие из всех, людей, что имеются у сьера Ландера. Правда Малыш?

— Угу, — промычал великан обтянутый черной кожей.

— Хорошо, я тоже отходчивая, — проворчал я, покосившись на маленькую женщину, одетую так же как и я — в штаны. Правда мои были несколько свободнее, на ней же все сидело в обтяжку. Да и кроме того, на ней был плащ, длиной чуть ниже колена, и кокетливая маленькая шляпка с перышком в отвороте. Так же, я обратила внимание на два мушкета, прикрепленных в специальной кобуре за поясом и тоненькую жпагу в мягком и плотном чехле. Здоровяк тоже носил с собой шпагу.

Делать нечего, придется ехать с ними. Своё оружие я припрятал: мушкет под полой походного плаща, который я тоже позаимствовала у Оскара, а кинжал — в голенище сапога. Пусть думают, что то я обычная девушка.

Марта помогла мне загрузить вещи в карету и пожелала счастливого пути. Малыш забрался на козлы, а Аршина устроилась со мной в карете на соседнем сиденье. Когда мы отдалялись от дома учителя, я с грустью смотрел на провожающую меня Марту и несколько раз махнул ей рукой в окно. Женщина оживилась и тоже замахала мне.

— Давно вы занимаетесь этим? — поинтересовалась я у Аршины.

— Смотря с кем сравнивать, месьера, — усмехнулась она. Такое обращение было в ходу не у здешних обывателей. — А вы давно живете с этим…

— Дядей… — добавил я. — Это дом моего дяди.

Аршина сделала вид, что поверила, хотя это было не так, судя по ее хитрой ухмылке, а я сделал вид, что не соврал. “Месьера” в ее устах прозвучало совсем не обидно. Хотя так меня еще никто не называл. Да пожалуй это обращение подходило мне гораздо больше, чем “леди”. В карете лежало все необходимое для долгого путешествия, фляги с водой, мешки с вещами и провиантом. С этим в Тизин-Листебоке всегда проблемы. Хоть и наступила осень и сезон дождей, пить из луж было не всегда безопасно. Да и зверье во время ливней пряталось по норам.

— Служба опасная у нас, можно пулю схлопотать, или саблей по башке. Но нас с Малышом голыми руками не схряпаешь! Ага, вот так вот, — сказала моя охранница.