Сборник "Избранные романы Майкла Крайтона" - Крайтон Майкл - Страница 243

Норма работала секретарем Кейси.

— Уже еду, — сказала она. — Что происходит?

— Никто ничего не знает, — ответила Норма. — Должно быть, какая-нибудь неприятность. Мардер наорал на главного инженера и велел собрать ГРП.

Джон Мардер осуществлял общее руководство компанией. В свое время он возглавлял программу создания N-22, а значит, отвечал за его производство. Это был безжалостный, зачастую безрассудный человек, но он добивался впечатляющих результатов. Вдобавок он был женат на единственной дочери Чарли Нортона. В последние годы он немало преуспел на поприще сбыта, и это выводило его на второе место в компании после самого президента. Именно он продвинул Кейси, а значит…

— …делать с твоим помощником? — послышался голос Нормы.

— С кем?

— С твоим новым помощником. Что мне с ним делать? Он ждет тебя в конторе. Ты не забыла?

— Нет, я помню. — Откровенно говоря, Кейси совершенно забыла о молодом человеке. Какой-то племянничек из семейства Нортонов взбирался по служебной лестнице, переходя из одного отдела в другой. Мардер прикомандировал его к Кейси, и в ближайшие шесть недель ей предстояло поработать нянькой. — Как он тебе показался, Норма?

— Ну, он, по крайней мере, не пускает сопли и не жует резинку.

— Норма!

— Он лучше предыдущего.

Сказать так значило не сказать почти ничего; предыдущий помощник Кейси свалился с крыла в сборочном цеху и едва не погиб от удара током в радиомастерской.

— Насколько лучше?

— Я читаю его анкету, — ответила Норма. — Юридическая школа в Йеле и год в «Дженерал Моторс». Последние три месяца он провел у нас в отделе сбыта и совершенно незнаком с производством. Тебе придется учить его буквально всему.

— Ясно, — сказала Кейси, вздохнув. Мардер велел ей взять молодого человека на совещание. — Передай ему, пусть ждет меня через десять минут у здания администрации. И позаботься, чтобы он не заплутал.

— Хочешь, чтобы я проводила его?

— Да, так будет лучше.

Повесив трубку, Кейси посмотрела на часы. Поток машин двигался медленно. До завода десять минут езды. Она нетерпеливо побарабанила пальцами по приборной панели. О чем пойдет речь на совещании? Наверное, об аварии или катастрофе.

Она включила радио, надеясь узнать что-нибудь в новостях, «…нельзя заставлять детей носить в школе форму, от этого у них возникает чувство избранности…»

Она нажала кнопку, настраиваясь на другую частоту.

«…перенося на остальных свои взгляды. Я считаю, что зародыш не является человеческим существом…»

Еще одна кнопка.

«…нападки на прессу — дело рук людей, которые не любят свободу слова…»

«Где же новости? — подумала Кейси. — Была авиакатастрофа или нет?»

На мгновение перед мысленным взором Кейси возник отец, который по воскресеньям после церкви прочитывал огромную кипу газет из всех уголков страны, ворча себе под нос: «Это не новости, и это тоже не новости» и наваливая газеты неопрятной кучей на полу у кресла. Отец был репортером-газетчиком в шестидесятые. С тех пор мир изменился. Теперь все сосредоточилось на телеэкране. Телевидение и бессмысленная болтовня по радио.

Впереди показались центральные ворота завода «Нортон». Кейси выключила приемник.

«Нортон Эйркрафт» считалась одним из столпов американской авиации. Компания была основана в 1935 году пионером воздухоплавания Чарли Нортоном. В течение Второй мировой войны здесь выпускались легендарный бомбардировщик В-22, истребитель «небесный кот» Р-27 и военный транспортник С-12. В последние годы «Нортон» переживал тяжелые времена, которые вытеснили «Локхид» с рынка гражданской авиации. Теперь это была одна из четырех компаний в мире, которая продолжала выпускать большегрузные самолеты. Кроме «Нортона» этим занимались сиэтлский «Боинг», «Мак-Доннел Дуглас» на Лонг-Бич и европейский консорциум «Аэробус» в Тулузе.

Кейси проехала по обширной стоянке к воротам номер семь и задержалась у шлагбаума, пока охранник проверял ее документы. Как всегда, при въезде на завод Кейси ощутила душевный подъем. Ее неизменно захватывала энергия и мощь предприятия, она любовалась громадными кранами, переносящими контейнеры с деталями. Это был не завод даже, а маленький город с собственной больницей, газетой и полицейскими силами. Когда Кейси впервые приехала сюда, в компании работало более шестидесяти тысяч человек. Кризис сократил их число до тридцати тысяч, и все же завод оставался огромным, он занимал площадь около сорока квадратных километров. Здесь строили двухдвигательный реактивный N-20, широкофюзеляжный N-22 и КС-22, военный топливозаправщик. Оттуда, где находилась сейчас Кейси, были видны сборочные цеха, каждый длиной более двух километров.

Кейси подкатила к стеклянному зданию администрации, расположенному в центре завода. Остановившись на своей парковочной площадке, оставила мотор включенным. Она увидела молодого человека, похожего на студента в своем пальто спортивного покроя, галстуке, брюках защитного цвета и дешевых башмаках. Кейси выбралась из машины, и парень робко махнул ей рукой.

— Боб Ричман, — представился он. — Ваш новый помощник. — Он сдержанно, вежливо пожал Кейси руку. Она не могла вспомнить, к какой ветви семейства Нортон принадлежит юнец, но сразу поняла, что это за тип: денег куры не клюют, разведенные родители, дорогая школа, серенький аттестат и непоколебимое ощущение избранности.

— Я — Кейси Синглтон, — сказала она. — Садись в машину. Мы опаздываем.

— Опаздываем… — проворчал Ричман, забираясь в салон. — Еще нет и семи.

— Первая смена приступает к работе в шесть, — заметила Кейси. — Большинство сотрудников ГК работают по заводскому расписанию. Разве в «Дженерал Моторс» не так?

— Не знаю, — ответил Ричман. — Я сидел в юридическом отделе.

— Бывал в цехах?

— Бывал, но старался не задерживаться.

Кейси вздохнула, подумав, что грядущие шесть недель покажутся ей вечностью.

— В последнее время ты работал у нас в сбыте?

— Да, несколько месяцев. — Он пожал плечами. — Торговля мне не по душе.

Подъехав к зданию номер 64, в котором строили широкофюзеляжные самолеты, Кейси спросила:

— Кстати, какая у тебя машина?

— «БМВ», — ответил Ричман.

— Придется заменить на американскую, — сказала Кейси.

— Почему? «БМВ» ведь делают в Штатах.

— «БМВ» только собирают здесь, — объяснила Кейси. — Прибыль оседает за рубежом. Наши механики отлично чувствуют разницу, они состоят в одном профсоюзе с рабочими-автомобилестроителями. Они не потерпят иномарку на заводской стоянке.

Ричман выглянул в окно:

— Хотите сказать, с моей машиной может что-нибудь случиться?

— Наверняка, — сказала Кейси. — Нашим парням палец в рот не клади.

— Я подумаю, — пообещал Ричман, сдерживая зевок. — Господи, рань-то какая. Куда мы спешим?

— На совещание ГРП. Оно назначено на семь часов.

— ГРП?

— Группа расследования происшествий. Всякий раз, когда случается неполадка на одном из наших самолетов, мы обязаны выяснить причину и дать рекомендации для ее устранения.

— Как часто вы собираетесь?

— Дважды в месяц.

— Так часто?

Тебе придется учить его буквально всему.

— На самом деле, — сказала Кейси, — два раза в месяц — это не так уж много. В мире эксплуатируется три тысячи наших машин. Когда в воздухе так много птичек, бывает всякое. А мы очень серьезно относимся к обслуживанию клиентов. Каждое утро мы проводим селекторное совещание с сервисными представителями во всем мире. Они сообщают нам о всех задержках рейсов, случившихся накануне. Как правило, их вызывают второстепенные причины, например, заклинило дверь туалета или перегорела лампочка в кабине пилотов. Но мы собираем все данные в ГК, анализируем их и передаем результаты в службу материально-технического обеспечения.

— Угу. — Было видно, что разговор уже наскучил Ричману.

— Но время от времени случаются происшествия, требующие вмешательства ГРП, — продолжала Кейси. — Что-нибудь серьезное, затрагивающее безопасность полетов. Судя по всему, именно это произошло сегодня. Если Мардер назначает совещание на семь утра, можешь быть уверен: речь пойдет отнюдь не о пустяках.