Сказка для Алисы (СИ) - Инош Алана - Страница 42

Закончив, она передала ноутбук Алисе. Та прочла, вздохнула. Ольга обняла её и чмокнула в висок.

— Лисёныш, да расслабься ты. Круто же — мы написали рассказ вместе! Помнишь, как ты меня стихи писать учила? Это тоже было здорово. Не знаю, как тебе, а мне понравилось. Это — наше, совместное, твоё и моё. Детище прямо!

«Детище» отправилось бороться за победу в последний день приёма работ. Конкурс был анонимный, авторы выступали под специально придуманными по случаю никами. У рассказа «Две буквы» были два автора — Психованный Кабачок и Лисёнок Леопольд. Видимо, Алиса устала переживать и приняла Ольгину слегка расслабленно-пофигистичную позицию: победит так победит, нет так нет. Соревнование проходило в три этапа: на первом авторы, разбитые на группы, оценивали друг друга (первая группа читала вторую, вторая — третью, третья — четвёртую... последняя — первую), и тексты-лидеры проходили в следующий этап, где их снова разбивали на группы для оценки первой командой жюри. После этого отбора образовывался финальный шорт-лист, и победителей выбирала вторая судейская команда — издающиеся авторы, и известные, и не очень. В качестве дополнительного арбитра на случай спорных результатов был приглашён один маститый мэтр. Потом анонимность раскрывалась, победители размещали рассказы на своих страницах, и в качестве награды ссылки на тексты вывешивались на главной странице сайта и красовались там неделю, привлекая читателей. Разумеется, раздавались значки-медальки: золотая, серебряная, бронзовая. Они оставались возле заголовков рассказов уже насовсем.

«Я контролирую своё тело. Я контролирую свой разум».

Ритмично дыша, Ольга бежала по кварталу. Дождевая морось оседала на спортивной куртке, ноги в кроссовках отталкивались от мокрого асфальта: специальная не скользящая подошва для сцепления с влажными поверхностями. Три счёта — вдох через нос, четыре счёта — выдох через рот. Интервалы: десять минут на умеренной скорости, полторы минуты — почти спринтерский бег. Четыре раза по десять, три раза по полторы. Пять минут ходьбы — заминка.

Мокрый город, серый асфальт, серые здания. Машины. Голые деревья, давящий сумрак. «Солнце — внутри. Моя жизнь в моей власти. Моё настроение — в моих руках».

Она заставляла тело работать, гнала его вперёд сквозь серую непогоду, сквозь плёнку микроскопической мороси. Мышцы горели, сердце качало кровь по жилам.

В наушниках — агрессивный метал, руки легли на гриф штанги, привычно обхватили. Не для того, чтобы стать похожей на накачанного мужика, а для того, чтобы вся эта биохимия работала и действовала на мозги. После тренировки приходило умиротворение и уверенность — спокойная, без чрезмерной эйфории.

«Внутри меня всё работает как надо».

Мышцы двигались под кожей, проступали жилы, на майке расплывались пятна влаги. В кровь выбрасывались гормоны, происходили химические реакции. По вискам стекали ручейки пота, голова под волосами — вся мокрая.

Мы перестали бегать за мамонтами, обленились.

Только в случае Ольги «мамонт» был — хорошее самочувствие, здравый рассудок и нормальное настроение. Чтобы жить и работать. Среди людей с её недугом безработица достигала семидесяти пяти процентов. Чтобы не примкнуть к ним, не стать очередным потерянным человеком, циферкой в печальной статистике...

Бежать!

За воображаемым мамонтом, за здоровьем, к нормальной себе. И прочь — от себя больной. По первому снегу, в лёгкий морозец, выдыхая клубы седого тумана.

Алиса снова проходила курс массажа, и Ольга возила её в обед всё в тот же ТРЦ. Обычно на работу она брала ланчбокс с домашней едой, но в кафе со своими продуктами — нельзя, и она выходила из здания, садилась на скамейку и ела свои куриные котлеты с гречкой и винегретом. Или блинчики с мясом. Или гуляш — смотря что было приготовлено накануне, но что-то мясное обязательно присутствовало. О, эти блинчики! За них душу можно было продать. Обжаренного с луком фарша в них было много, а сами они — тончайшие, узорчато-румяные. Теста минимум, начинки максимум — как Ольга и любила. Фарш — говядина, индейка, курица в равных частях, иногда вместо мяса — печень с луком. Потом везла Алису домой и ехала на работу; иногда ей там удавалось выкроить несколько минут на кофейный перерыв.

Рассказ «Две буквы» прошёл все этапы и попал в финальный шорт-лист. Обозревать рассказы других участников на сей раз Ольге было некогда, всё свободное время отнимало творчество. За этот месяц она написала две главы повести «Изгнанная» — об истории Бледы и Отца Фуно, а также о юных годах Гая, и одну главу «Огнём очищенного злата». А вот Алиса небольшую обзорную статью всё-таки опубликовала — по рассказам группы, которая им досталась для оценки. В неё вошли всего десять текстов, но их Алиса проанализировала весьма основательно.

Результаты оказались спорными: несколько рассказов набрали одинаковое количество баллов, и организаторы привлекли-таки маститого мэтра, дабы он выбрал победителей на своё усмотрение. «Двум буквам» специальный арбитр присудил утешительное четвёртое место, кратко прокомментировав: «Что-то в этом есть». Отрыв от бронзового призёра был минимален — всего несколько десятых балла.

Книги этого мэтра Алиса, кстати, в своих литературных обзорах оценивала довольно высоко, хотя и не называла шедеврами. Она вообще была сдержанной на похвалу.

Прочитав результаты, Алиса откинула голову на спинку кресла со вздохом-смешком. Ольга чмокнула её в макушку.

— Ты не расстроилась?

— Да нет... — Алиса подняла руку, её пальцы скользнули по щеке Ольги, погладили. — Для первого раза — неплохо. Но это для меня, а У. Смыслов, конечно, заслуживает места повыше.

Участники сняли маски анонимности, победители по традиции произнесли слова благодарности. Рассказ «Две буквы» был выложен на странице У. Смыслова в соавторстве с Алисой Зазеркальцевой. Примечание гласило:

«Основной замысел — моей жены. Я его лишь немного дополнил. Писали мы вместе. Уважаемые знатоки! Внимание, вопрос: сможете ли вы определить, какие куски текста писал я, а какие — Алиса? Ждём ваших догадок в комментариях».

Гнетущая серость за окном наконец посветлела: город выбелило снегом. Ещё не очень уверенным, влажным, с тёмными прогалинами мокрого асфальта, но стало чище и свежее. Алиса заваривала на кухне зелёный чай с жасмином, а Ольга чистила мандарин. По комнате распространился новогодний аромат; большая тарелка с солнечно-яркими, душистыми шариками стояла на столике у дивана.

— Оль, на тебя заваривать?

«Ты же знаешь, я не любитель. Моя страсть — кофе. Но ты — крепче любого кофе».

— Ладно, так и быть, давай.

март 2019 г.