Сердце Крима (СИ) - Пухова Александра - Страница 56

Я поднялась на ноги и почувствовала резкий толчок в спину, который приковал меня снова к полу. Всем телом я упала на покрытие и почувствовала, как острые когти зверя вонзились мне в плечи. Скарлин гордо возвышалась надо мной, над своей жертвой. Из появившихся на моём теле ран потекла кровь и стала собираться подо мной в небольшую лужу. Чувство боли и усталости, даже после Сариши, не покидало меня, а после нападения «сестры» увеличилось в трижды. Ещё одну беду принёс Волк, который напал на соперника. Окрылённый волк схватил его за хвост и отбросил в сторону к стене. Вонзённые в моё тело когти Скарлин с неохотой вылезли из моего тело, одновременно прорезав мне спину и плечи, а местами выдрав клочки плоти. Почувствовав первую свежую долгожданную кровь, звери полностью потеряли человеческий рассудок.

Лежа на полу, я почувствовала что, что-то большое и массивное нависло надо мной и с большим наслаждением вылизывало с моего тела кровь. Этого гиганта не возможно было не заметить, им оказался окрылённый волк. Я попыталась выбраться из под него, но моя попытка спастись обернулась для меня страшной трагедией. Зверь разозлился, зарычал и вцепился мёртвой хваткой мне в плечо. Его острые клыки глубоко вонзились мне в плоть и в кости, а челюсть Волка крепко сжалась. Он продолжал рычать и сжимал в своей челюсти моё плечо. Неподалёку блуждала Скарлин и целилась на его добычу, поэтому Волк вцепился в жертву, он не хотел делиться с чужаком. Увидев, что зверь просто наблюдает и не намерен нападать, Волк решил продолжить своё терзание. Волк махнул головой, чтобы оторвать кусок от моего тела…

Мой разум полностью поглотил шок, ужас и страх, я не понимала, что происходит и когда это закончится. Перед глазами постоянно мелькали острые клыки, когти, шкуры… в воздухе стоял запах крови и мокрой шерсти. Каждую секунду я чувствовала боль в каждой частички тела. Я пыталась закрыть глаза, чтобы не видеть, как меня разрывают на части «сестра» и «старый друг». В темноте я чувствовала себя в безопасности и не видела нападения. Но когда появлялась новая боль, я открывала глаза и видела кто на меня нападал. В эту страшную минуту, я думала о смерти… об быстрой и моментальной смерти.

Волк затряс головой, и я открыла глаза, почувствовав как мои кости ломались внутри меня. Рядом с собой я увидела острые зубы, вонзившиеся в моё плечо и услышала хриплое рычание, которое звенело в моём ухе, как колокол смерти. Мой разум уже мечтал о смерти, но тело ещё хотело жить. Рукой я потянулась к челюсти зверя, чтобы разжать его зубы, но сделала ещё хуже. Волк за считанные секунды оторвался от моего плеча и прокусил на сквозь мою ладонь, оставив на ней огромные дыры от клыков. На миг зверь отпустил меня, и это дало преимущество Скарлин, она резко набросилась на него, вцепилась когтями в спину и, крутанувшись, швырнула в сторону. Зверь упал на пол, и в ту же секунду «сестра» снова атаковала его. Скарлин ужалила хвостом крылатого зверя в лапу. Задняя лапа Волка сразу перестала функционировать, стала каменной и неподвижной.

Воспользовавшись паузой в борьбе Скарлин и Волка, я попыталась бежать. В любой сложившейся ситуации, я хотела либо умереть (когда меня грыз Волк), либо спастись (когда появлялась возможность на побег). И жизнь и смерть я принимала, как порядок вещей. Чтобы подняться на ноги, я опёрлась об целую, почти не раненную руку, ту руку которую мне приделал Кемар, за это я ему очень благодарна. Приподнявшись на ноги, я почувствовала резкое головокружение и боль, бегущую по всему телу вместе с бурлящей, пульсирующей кровью. Сквозь белую пелену перед глазами, я увидела грациозный силуэт Скарлин, которая ловко и красиво нападала на меня. Я снова оказалась прикованной к полу, а надо мной теперь нависала «сестра». Я лежала на спине и широко распахнутыми глазами видела ужасный образ зверя-убийцы.

— Робин, очнись! Это я — Алисса. Ты не обязана убивать. Ты не зверь, ты человек. — с трудом произнесла я, смотря в бездонные глаза зверя.

Мои слова глухо доходили до Скарлин и на вкус были запечённой кровью.

«Сестра» в ответ зашипела и приготовилась выколоть своим клювом мои глаза. Быстрым движение, Скарлин приблизила клюв к моему лицу, но резко остановилась на полпути. Она зашипела и повернула птичью голову в сторону. Волк отгрызал жало в хвосте Скарлин, пока она была занята делом. Разъярённо, она набросилась на соперника и проломила ему своим клювом голову с левой стороны. Около глаза Волка плеснула кровь. Не почувствовав боли, даже не заметив нападения, Волк схватил «сестру» за клюв и ударил несколько раз её головой об пол. В крепкой лапе зверя, клюв животного-птицы стал трескаться и ломаться. Скарлин разозлилась ещё сильнее и за испорченный клюв, расцарапала когтями шею и грудь окрылённому волку. Крылатый зверь, не отпуская из своих лап тело Скарлин, взлетев в высь, чтобы с высока сбросить тело противника. В воздухе, она взяла инициативу на себя, напала на зверя и стала ломать ему крылья. Волк и Скарлин вместе рухнули на пол. Не прошло и секунды, как звери снова вцепились в друг друга, как бешенные, обезумевшие псы или хищники. В разные стороны полетели перья, клочки шкур, вырванные когти и клыки. Звери-убийцы сильнее ненавидели друг друга и с каждой пройдённой минутой становились злыми, яростными, безумными и неуправляемыми. Они жили с одной мыслью — убить.

Сражаясь между собой, звери не заметили, что я уползла к двери, надеясь на спасение. Дверь была заперта. Отчаявшись и испугавшись, я забралась внутрь покосившейся портьеры и там спряталась за тканью. Животные продолжали драться, и позабыли про меня. Меня это радовало, но иногда я в страхе вздрагивала, подумав, что они снова начнут на меня охоту. Нужно отыскать другой выход… В запертой двери раздались щелчки, она открылась. Не веря своей удачи, я заползла в открытую дверь и оказалась в тёмном месте. Только успев за собой закрыть дверь, как тут же на меня из темноты набросились летучие мыши.

Летучие мыши, пища, набросились на меня, огромная стая с красными глазами окутала меня, как плотное одеяло с огоньками. Мыши кусали, царапали и высасывали из меня кровь, разрывали плоть и одежду, чтобы создать новое место для потока крови, облизывали стекающую красную жидкость — они делали всё, чтобы насытится. Они были везде, мне казалось, что я находилась в середине шара сотканного из летучих мышей. Я чувствовала на каждой части своего тела укус мыши, которая пила из ранки кровь…

В конце коридора мелькнул свет переносного фонаря. Свет фонаря спугнул летучих мышей, и они дико крича разлетелись в стороны, скрываясь в темноте. Свет фонаря приблизился ко мне, и я смогла различить во мраке силуэт человека, им оказался хозяин замка — Кристиан. Человек подошёл ко мне ближе и с холодным интересом осмотрел меня. На моём теле после мышей ни сталось ни одного живого места, оно было бледно-синем, от бескровия, синяков, ран, крошечных ранок и царапин. «Помоги мне» — еле слышно проронила я, высохшими губами. Продолжить говорить, я не могла, голова сильно кружилась, всё вокруг вертелось и плыло, тело не переставало ныть от боли, травм и не хватки крови.

Сквозь помутневший, отделяющийся от меня разум, я увидела что Кристиан насмешливо улыбнулся, услышав мою мольбу о помощи. Он посчитал, что такая сильная личность, как наследница Хозяина не должна молить о помощи, наоборот она должна всем помогать и вести за собой. Человек коварно с долей призрения улыбнулся, блеснув в свете лампы своими клыками. Вампир приблизился ко мне и вонзил свои клыки мне в шею. В этот момент я почувствовала невыносимую боль, дрожь во всём теле и болезненный пульс, бьющийся в каждой жиле, до этого времени причинённая мне боль летучими мышами, зверями-убийцами и предательницей подругой — всего лишь укол иголкой. От резкой нестерпимой боли, я потеряла сознание…

Очнувшись, я открыла глаза. «Это был сон?» — подумала я и стала вспоминать всё, что происходило во сне. Я так надеялась, чтобы это был сон и хотела проснуться в своей спальне в Александрии. Осмотревшись, я отчаялась. Я по-прежнему находилась в замке вампира. Как я это поняла? По обстановке. Я находилась в хорошо обустроенной спальне раскрашенной в синие, голубые и белые тона. Высокие белые колонны держали потолок с мозаикой, изображающей голубое облачное небо и лучи солнца. С правой стороны от постели стояло кресло, а в нём сидел Кристиан. Он читал журнал. Мне стало не по себе, увидев его в комнате.