Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив - Страница 652

Вода препятствовала всем попыткам раскрыть тайну.

Появилось множество версий.

Одни говорили, что это пиратский тайник, устроенный самим капитаном Билли Киддом. Другие приписывали его каперу Фрэнсису Дрейку или испанцам, которые могли использовать тайник как удаленное место для хранения своих сокровищ. Более практичные люди предполагали, что тут замешаны военные, что французы или англичане зарыли сундуки с жалованьем во время их борьбы за овладение Новой Шотландией.

Потом вообще заговорили обо всем подряд.

О первобытных людях, атлантах, инопланетянах, масонах, храмовниках, египтянах, греках, кельтах. Несколько человек лишились жизни, а многие состояния, но сокровищ так и не нашли.

Остров Оук даже перестал быть островом. Для прохода тяжелой землеройной техники была построена узкая дамба, соединяющая его с материком. Недавно в одной канадской газете появилось сообщение, что руководство провинции собирается приобрести этот остров и устроить там парк аттракционов для туристов.

«Тут-то они наконец и разбогатеют», – подумал Малоун.

Он обнаружил несколько упоминаний об острове По, находящемся в нескольких милях к юго-востоку от Оука. Около мили в длину, полмили в ширину, в форме ладони. Две бухты, изрезавшие его центр, обращены на север, те, что поменьше, вдаются в оставшуюся береговую линию. Его округлая западная часть покрыта деревьями, на восточном и южном берегах преобладают скалистые утесы. В семнадцатом веке его исследовали французы, искавшие пушных зверей, но англичане построили форт, названный Уайлвуд, он был обращен к океану и охранял бухту. Малоун прочел, что в Новой Шотландии развалин обычно не оставалось. Дома разбирали на бревна, в дело шло все: дверные петли, ручки, гвозди, кирпичи, раствор и цемент. Доски двадцать первого века, прибитые гвоздями восемнадцатого на балки девятнадцатого, так описывалось это на сайте.

Но известняковый форт на острове По казался аномалией.

Это объяснялось историей.

В 1775 году, когда Американская континентальная армия вторглась, захватывая британские порты, Уайлвуд был захвачен и назван Доминионом. Вскоре американцы потерпели поражение при Квебеке и в 1776 году ушли из Канады. Однако перед уходом с острова По они сожгли форт. Ничто не перестраивалось, место было предоставлено стихиям, закопченные стены стали напоминанием о надругательстве.

Теперь там жили только птицы.

– Мистер Малоун, – послышалось в переговорном устройстве. – Вылет задерживается из-за погодных условий. Нас просят оставаться на взлетной полосе.

– Вот уж не думал, что эти правила касаются секретной службы.

– К сожалению, между нами и штатом Мэн сильный шторм, с этим приходится считаться даже секретной службе.

– Имейте в виду, мы спешим.

– Наверно, придется задержаться. Тон сообщения не был оптимистичным.

Поработав на клавиатуре, Малоун нашел карту бухты Махон и стал думать, как лучше всего прибыть на остров По. Они приземлятся на маленькой взлетно-посадочной полосе южнее, специально избегая Галифакса и его международного аэропорта, поскольку там может оказаться Уайетт. Секретная служба проверила все авиарейсы в Новую Шотландию, однако ни одно место не было заказано на фамилию Уайетт. Ничего удивительного. Он наверняка летел под вымышленной фамилией, с чистыми документами, или зафрахтовал самолет.

Это не имело значения.

Малоун хотел, чтобы его враг беспрепятственно добрался до острова.

Там они познакомятся заново.

Глава 54

Белый дом

Кассиопея последовала за Эдвином Дэвисом в комнату немногим больше чулана. Внутри на столике стояла консоль с жидкокристаллическим монитором. На экране была комната с портретами, центр ее занимал стол для совещаний, на стулья возле него быстро садились мужчины и женщины. Она вернулась с Дэвисом в Вашингтон. Он потом снова отправится на юг, в Фредериксберг, чтобы использовать подключение к телефону Кэйзер.

– Он приказал мне собрать их, – сказал Дэвис, указывая на экран. – Это главы восемнадцати крупнейших разведагентств. ЦРУ, АНБ, НРА, Разведуправления министерства обороны, Национального антитеррористического центра, Министерства внутренней безопасности, Центра отслеживания иностранных террористических активов, Национального агентства геопространственной разведки, Центра исследования подземных объектов – назови любое, не ошибешься, и на всех тратятся средства.

– Они явно недоумевают, что происходит.

Дэвис улыбнулся.

– Эти люди не любят неожиданностей, как, собственно, и друг друга.

Кассиопея увидела, как президент США быстро вошел в комнату и по пути к главе стола скрылся из виду. Камера, очевидно, была установлена за его местом, так что на пленке оказались видны только приглашенные.

Все сели.

– Приятно видеть вас в добром здравии, – сказал один из приглашенных.

– Приятно быть в добром здравии.

– Мистер президент, мы ничего не знали об этой встрече, поэтому ничего не подготовили. Но нам не сказали даже о теме встречи.

– Директор ЦРУ, – сказал ей Дэвис. – Президент должен мне пять долларов. Я держал пари, что первым зондировать почву начнет он. Президент считал, что директор АНБ.

– Вы любите рассказывать мне, какие вы эффективные, – заговорил президент. – Что страна находилась бы в страшной опасности, если бы мы ежегодно не тратили миллиарды долларов на то, что вы делаете. Еще вы любите прятаться за секретностью, которой требуете с таким праведным видом. Я лишен роскоши работать в обстановке секретности. Я вынужден делать то, что делаю, со штатом репортеров, расположившихся меньше чем в ста футах от того места, где я работаю. Черт возьми, я даже не знаю, где находится половина ваших контор и чем вы занимаетесь.

– Знают они, что мы наблюдаем? – спросила Кассиопея.

Дэвис покачал головой.

– Камера с очень маленьким отверстием. Секретная служба установила ее несколько лет назад. Не знает никто, кроме старших сотрудников.

– Громадность сил, именуемых внутренней безопасностью, – продолжал президент, – совершенно нелепа. Я не могу найти никого, кто знал бы, сколько денег на них тратится, сколько людей там работает, сколько существует программ и, главное, сколько там дублирования. Но могу сказать, что существует почти тысяча триста отдельных организаций, занимающихся внутренней безопасностью и контрразведкой. Это помимо двух тысяч частных внештатников. Почти девятьсот тысяч людей имеют допуск к совершенно секретным материалам. Как может что-то храниться в секрете при таком количестве глаз и ушей?

Никто не сказал ни слова.

– Все говорят, что хотят рационализировать работу после одиннадцатого сентября. Вы клянетесь, что наконец начнете работать совместно. Но создали только триста новых разведывательных организаций. Ежегодно пишете более пятидесяти тысяч разведывательных донесений. Кто их читает?

Никакого ответа.

– Совершенно верно. Никто. В таком случае, какой от них прок?

– Он берет их за горло, – сказала Кассиопея Дэвису.

– Они ничего другого не понимают.

– Я хочу знать, кто нанял Джонатана Уайетта и вчера велел ему находиться в Нью-Йорке, – сказал президент, нарушая тишину в комнате.

– Я наняла.

– Это она? – спросила Кассиопея.

Дэвис кивнул.

– Андреа Карбонель. Глава НРА.

Кассиопея обратила внимание на смуглое лицо, черные волосы, латиноамериканские черты, как у нее самой.

– Что за история с ней?

– Дочь кубинских иммигрантов. Родилась здесь. Карабкалась по ступенькам, пока наконец не возглавила НРА. Послужной список у нее образцовый, если не считать связи с Содружеством.

Карбонель сидела прямо, сложив руки на столе, неотрывно глядя на президента. Лицо ее ничего не выражало даже в присутствии разгневанного главнокомандующего.

– Зачем вам понадобился Уайетт в Нью-Йорке? – спросил Дэниелс.