Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив - Страница 766

– В том рюкзаке на полу. А пульт у него в кармане.

– И ты только сейчас об этом говоришь?

Гэри видел, что те серые комки способны проделывать с людьми.

«Адская смесь», – сказал про них Антрим.

Во время того кошмара на складе американец, помнится, находился метрах в двадцати от взрыва и не пострадал. Если сейчас швырнуть рюкзак в проход на том конце комнаты, то, может, из этого что-нибудь да получится. Вряд ли Антрим станет что-то взрывать, если сам под тот взрыв попадет.

Но вот пульт…

Он у Антрима в кармане.

И в драке кнопка может нечаянно сработать.

Отец в опасности.

– Ты давай за стволом, – сказал Гэри Иэну, – а я перекину рюкзак.

***

Малоун ушел от хука справа и, резко замахнувшись, въехал Антриму по физиономии. Тот шатнулся назад, но, оттолкнувшись от стены, бросился вперед.

Градом посыпались удары.

Один пришелся по губе. Во рту стало солоно от крови. Коттон нанес несколько ударов Антриму в голову и грудь, но на очередном взмахе тот сорвал с одной из полок серебряный кувшин и запустил им в противника; Малоун едва успел пригнуться.

Антрим, используя момент, набросился, сильно ударив чем-то тяжелым по шее. Не остался в долгу и Малоун: сомкнув кулаки, снизу въехал противнику замком под подбородок.

На пол с гулким звоном упала резная бронзовая чаша.

Перед глазами у Малоуна плыло, висок пульсировал жаркой болью.

Пинок по ногам отшвырнул его вбок.

Он повернулся – нарочито неуверенно, делая вид, что уже выдохся, – а на деле готовясь нанести очередной удар.

В это мгновение в комнату влетел Иэн и нырнул по ступеням прямехонько к пистолету.

А за ним, откуда ни возьмись, появился Гэри.

Что за чертовщина?

На секунду Малоун словно остолбенел.

Иэн потянулся за пистолетом, но Антрим успел первым и, двинув ему локтем по лицу, выдернул ствол у него из руки.

Гэри за эти секунды схватил с пола рюкзак и запустил его куда-то в темноту противоположного входа.

Антрим уже держал палец на спуске и целился:

– Ну, хватит!

Вид у Малоуна был несколько осоловелый.

Иэн потирал свое ушибленное лицо.

Внутри разливался тошнотный страх, от которого тело покрывается липким мускусным потом.

«Бежать, – непроизвольно мелькнуло в уме. – Сейчас».

– А ну-ка, все встали сюда, у лестницы!

Левый глаз у Антрима заплыл от удара кулаком; подбородок, висок и лоб горели. Под громовые удары своего сердца он медленно отступал ко второму выходу.

Малоун подчиняться не спешил, и тогда Антрим наставил ствол на Гэри и прокричал:

– Мне что, его до тебя пристрелить? А ну, быстро сюда!

Малоун, расправив плечи, сделал шаг назад, а сбоку к нему присоедились Иэн и Гэри.

– Ты в порядке? – спросил Малоун у Иэна.

– Да уже почти.

Гэри выступил вперед:

– И вы стали бы в меня стрелять? В меня, вашего же сына?

На сантименты времени не оставалось.

– Знаешь, мы с тобой не были знакомы все пятнадцать лет. Так что незачем и начинать. А потому мой тебе ответ: да, стал бы. А теперь заткни пасть.

– И это вы всё затем, чтобы досадить моей маме?

– А, так ты подслушивал снаружи?.. Вот и хорошо: не нужно повторяться.

Малоун обнял Гэри за плечо и прижал к себе, в то время как мальчик не спускал глаз с Антрима.

А тот подошел к выходу и, воровато оглянувшись, убедился, что путь свободен. Темнота почти полная, но если приглядеться, то в десятке метров можно различить очередной проем. Так что в принципе света достаточно.

В кармане он нащупал пульт дистанционного управления.

– Стоять здесь, – велел он Малоуну.

И, пятясь, начал выходить, не сводя с троицы ствола.

62

Кэтлин целилась прямо в Томаса Мэтьюза.

В голове не укладывалось, что она сейчас противостоит, считай, главному шпиону Британии, – но кто вообще мог представить, что в эти два дня произойдет только событий?

– Дайте мне ключ от двери, – повторила она.

– И что вы с ним будете делать?

– Помогать им.

– Им? – иронично переспросил он. – А что, если им ваша помощь без надобности?

– Все ваши проблемы сейчас там, под замком, да? Все шито-крыто, убрано с глаз долой…

– Четкое планирование и подготовка обеспечили хороший результат.

А почему, интересно, Мэтьюз считает, что все его проблемы решены?

– Откуда у вас такая уверенность? – спросила она вслух.

– Как правило, такие вопросы я оставляю без ответа. Но из надежды, что для вас это послужит достойным уроком, скажу: ваш Блейк Антрим прихватил с собой взрывчатку направленного действия. Ту самую, что использовалась в часовне Святого Георгия.

Точки соединились карандашными линиями.

– И вы хотите, чтобы она у него сдетонировала.

– Хочу не хочу – какая разница? – пожал плечами Мэтьюз. – Случайно, нарочно… Главное, что все этим закончится.

– А если Антрим, пустив всех на воздух, возьмет и выберется?

– Тогда его убьют.

До Кэтлин дошло, что этим разговором Мэтьюз намеренно заговаривает зубы, выжидая, когда за запертой дверью произойдет неизбежное.

Значит, времени в обрез.

А там, внутри, двое мальчишек…

– Дайте сюда ключ.

Мэтьюз раскрыл правую ладонь, в которой до этого держал рацию: ключ лежал там. Затем выставил ее за перильце моста.

– Не делайте этого, – властно сказала Кэтлин.

Мэтьюз выпустил ключ, и тот бесшумно канул в потоке.

– Делать нужно то, что до́лжно, – изрек он с лицом оживленным не более, чем посмертная маска. – Для меня моя страна превыше всего – как, надеюсь, и для вас.

– И по этим соображениям, вы считаете, можно убивать детей?

– В нашем конкретном случае – да.

Кэтлин ненавидела себя за то, что не остановила Иэна и Гэри. Это по ее вине они сейчас находились за той запертой дверью.

– Вы ничем не отличаетесь от Антрима.

– Ошибаетесь, причем в корне. Я не изменник.

– Я вас застрелю.

– А вот мне кажется, что нет, – сказал он с улыбкой. – Все кончено, мисс Ричардс. И да будет так.

Его пальцы щелкнули переключателем рации. Где-то поблизости кто-нибудь определенно находится, а значит, скоро они здесь будут уже не одни. Где-то Кэтлин слышала о мгновениях, когда перед внутренним взором человека одним сполохом проносится вся его жизнь. Мгновениях, когда судьбоносные решения или свершаются, или проходят втуне. «Поворотные точки», так их называют. Несколько раз такие мгновения, когда на кону сама жизнь, случались и с ней.

Но подобного у нее еще не бывало.

Сэр Томас Мэтьюз, в сущности, утверждал, что она слишком слаба для каких-либо поступков.

Он бросил ключ и открыто, с издевкой ей дерзил.

Карьера для нее закончилась.

Жизнь не удалась.

Она в проигрыше.

Как профессионал – да. Но это не означает, что она допускает проигрыш как человек.

Сейчас в смертельной опасности Малоун и те двое ребят.

А на пути стоит один высокомерный старик.

Сейчас Мэтьюз подносил ко рту рацию.

– Им придется умереть, мисс Ричардс. Исход у дела может быть только такой.

Нет, не такой.

Прости меня, Господи.

Она выстрелила Мэтьюзу в грудь.

Он тяжело качнулся к перилам.

Ветхая книжка упала к ногам.

Лицо Мэтьюза исказил ужас.

– Правы бываете не только вы, – шагнула к нему Кэтлин и подтолкнула его к перилам.

Мэтьюз с плеском ударился об воду, погрузился, размахивая руками, всплыл. Но силы покинули его, и он снова ушел вниз, а его бездыханное тело поток понес в темноту, к Темзе.

Времени на обдумывание содеянного не было; его вообще как бы не существовало. Кэтлин, сама не своя, подбежала к двери и оглядела замок. Медный, новый. Дверь вся металлическая.

В отчаянии Кэтлин несколько раз ее пнула.

Куда там: сплошная. А с учетом того, что открывается наружу, металлическая притолока еще и дает дополнительную защиту.