И пусть время повернется вспять (СИ) - Гом Валерия - Страница 39

— Эх, безумная женщина, — вздохнул Уэйл, но было видно, что он доволен моим ответом, — не зря, ой, не зря, в армии Александра Македонского тайным войском было именно войско женщин. Злые вы какие-то.

— Кто бы говорил! — Элис шутливо бросила в него какой-то тряпкой.

— Мы понесли большие потери? — вдруг спросила я, и наставник помрачнел.

— Пало больше половины воинов. Но не Деметрий, что вы, — добавил он недовольно, — интересно, он вообще сражался?

Я не видела его в пылу сражения, поэтому лишь пожала плечами, вновь отвлекшись на трапезу.

— Выжившим нужна ночь, чтобы прийти в себя, а потом мы смело можем вернуться домой, — жизнерадостно поведал Змей

— Кстати, Уэйл, как прошла твоя дипломатическая беседа? — вспомнила я

— Так я уже всем рассказал, — ответил он

Я надулась — как обычно, проспала все на свете.

— Можешь повторить?

Он неопределенно махнул рукой в сторону Элис, и та ответила за него:

— Король Артур согласился, практически не думая. Сказал, что это позволит наконец объединить королевства, пусть и под его предводительством. Он давно мечтает о мире, но с таким характером, как у Изабеллы, тяжело было этого добиться. Так что — получите и распишитесь — он сейчас находится в своем королевском шатре неподалеку и мирно попивает вино. Мы должны будем доставить его к королеве, а дальше…, - она взглянула на Уэйла

— А что дальше, мы придумаем по дороге.

Я не сдержала истерического смешка. Похоже, мне придется уже привыкнуть к подобно развивающимся событиям. Что поделать?

— Я отреагировала точно также, — заметила Элис, — но в моих привычках числится безграничное доверие этому индивидууму. Если он не нервничает, значит, и нам не нужно.

Уэйл кивнул в знак благодарности и поднял кубок:

— За победу!

И мы подхватили:

— За победу!

Когда все разбрелись спать, кто куда, я решила прогуляться, потому что, как обычно, выспалась в самое неподходящее время. Бодрствовали немногие, и, в основном, то были уставшие, полураздетые воины, которые пытались хотя бы устоять на ногах.

Тут я вспомнила о своем плече, и слегка приспустила рубашку, чтобы посмотреть, как там рана — ведь боли я не чувствовала. Как будто по одному ему слышному зову, Деметрий появился из ниоткуда и сообщил:

— Узнав, что ты ранена, я постарался помочь. Не болит?

Я отрицательно помотала головой и обняла его, сердечно поблагодарив.

— Сколько воинов пало от твоего меча?

— Почему это всех так интересует? — нахмурилась я, но ответила то же, что и друзьям, — а от твоего?

— Около десятка, — лениво протянул он и потянулся, словно кот, — потом мне это наскучило, и я отошел передохнуть. Благо, что разгоряченные воины никогда не видят никого по бокам, только перед собой. Куда им заметить неслышную тень, стоящую поодаль?

— Меня замечали, — пожала плечами я, — я пыталась отойти после того, как повредила левую руку. Было больно.

— А чем ты ее поцарапала, кстати? Бело не очень похоже на удар меча.

— Умбоном.

Он весело сверкнул глазами и сообщил:

— Ты — уникальное создание.

Я снова обиженно надулась, но Деметрий притянул меня к себе и потрепал по голове, совсем как Уэйл.

— А на самом деле, ты молодец. Не многие стали бы сражаться с болью в плече.

— Я ее почти не чувствовала, когда начала наносить удары.

— Не сомневаюсь, — отравитель зевнул, — спокойной ночи, миледи, и самых светлых вам снов.

Я снова осталась одна, и уселась дальше от лагеря, смотря на пламя догорающей свечи, и слушая сонные голоса переговаривающихся между собой воинов.

Я читала несколько книг, где раздражающий главный герой весь сюжет либо постоянно засыпал, либо падал в обморок. Так вот, проснувшись с первыми лучами солнца, я почувствовала себя именно подобной героиней и разозлилась. Сколько можно спать?

Оказалось, проснулась не только я — все мои друзья, и добрая половина войска уже вовсю собирали вещи.

— Ну и пусть собирают, — отвернулась я от них, — а мне лень.

Но Уэйл, казалось, не придерживался этого мнения. Заметив, что я проснулась, он вежливо предложил мне помочь, но с таким угрожающим видом, что создавалось ощущение, откажись я, и меня четвертуют прямо на месте. Нехотя я встала и, ссутулившись, подошла к Элис, которая отправила меня помогать Туве с лошадьми. Но Туве я не нашла и решила — это знак. Развернувшись на все сто восемьдесят градусов, я поковыляла прочь от суеты, в наиболее тихое и безлюдное место, где, к своему удивлению, и нашла парня. Заметив меня, он сделал жалобное лицо и сообщил извиняющимся тоном:

— Разобрался я уже с лошадьми, мне делать больше нечего, зачем путаться под ногами.

К его счастью, я похлопала его по плечу и прошептала:

— Если что, я помогла тебе, мы устали и решили передохнуть.

— Лентяи, — воскликнула внезапно подскочившая Элис, — никакого от вас проку!

Тем не менее, спустя секунду она уже сидела рядом с нами, завязав увлекательнейшую беседу с Туве, суть которой, на свое счастье, я потеряла еще после первого предложения. Мы просидели так довольно долгое время, пока не услышали звук горна.

— У нас был с собой горн? — спросил Туве, а мы с Элис синхронно переглянулись.

— Чего стоим? — крикнул издалека Змей, и его громовой голос разнесся по всей равнине, — поехали домой!

На этот раз я искренне пожалела, что выпила недостаточно эля. Мы ехали обратно быстрее, чем ранее, и поэтому зад болел от жесткого подпрыгивающего седла, голова раскалывалась от удара, а конечности давно затекли. Привалы мы устраивали один раз в сутки — на ночь. Создавалось ощущение, что всем глубоко наплевать на чувства пеших воинов, им ведь было тяжелее, чем тем, под чьими тушами находились бедные кони.

— Эль кончился, — как то сказал Уэйл, когда я посмотрела на него несчастными глазами. Пришлось тяжело вздохнуть и ехать дальше.

Я снова потеряла счет дням, мы проезжали мимо десяток деревень, но, когда наконец вдалеке показался замок, я подпрыгнула от радости, о чем тотчас пожалела. Подъехали мы к нему вечером, и мое тело было мне очень благодарно, когда ноги почувствовали твердую почву и понесли меня купаться. Я провела в ванной очень много времени, смывая с себя многодневную грязь, пот и кровь, и наслаждаясь приятным отдыхом. В конце концов, ко мне постучалась служанка:

— Миледи, простите, я принесла полотенца.

Я впустила ее, наспех вытерлась и оделась в новый льняной костюм бежевого цвета. Оказалось, девушкам, участвовавшим в битвах, не обязательно соблюдать формальности в обыденности, иными словами, я была освобождена от обязанности носить дурацкие платья.

Когда я вышла из ванной, то мне сообщили, что прием у Королевы состоится завтрашним утром, дабы мы могли окончательно передохнуть и расслабиться. За ужином Элис шепнула мне, что король Артур вот уже несколько часов не выходил из тронной залы, о чем-то непрестанно говоря с Изабеллой. Также я была уведомлена о том, что Уэйл находится в состоянии эйфории, а поэтому уже давно спит, ровно, как и Дроугон.

— Моя жизнь — это сонное царство, — буркнула я себе под нос, при том не в первый раз. Побродив по замку в поисках чего-нибудь интересного, я наткнулась на Корделию, коей была весьма рада. Мы поприветствовали друг друга, и она поинтересовалась, как прошел наш поход. Но ее лицо не выражало особого интереса, поэтому, получив краткий ответ "Мы победили", она прошествовала мимо меня в сопровождении своей молчаливой служанки.

— Почему никто не хочет со мной общаться? — спросила я у статуи плачущего грифона, стоявшей у входа в замок с внутренней стороны. Статуя была красива по-своему, пусть и выбор экспозиции был весьма странен. Слезы грифона из чистого стекла отражали чарующий свет звезд, а его открытый клюв кривился, изображая мучительную скорбь. Крылья были широко раскрыты, создавая арку для приходящих.

— Эта статуя — символ, — услышала я прямо над своим ухом.

— Ты прекратишь когда-нибудь так появляться? — недовольно воскликнула я, — ты же меня до смерти пугаешь!