Не было печали, пока к ректору не звали (СИ) - Даль Анна - Страница 4

Обойдя с десяток дверей, все они оказались закрытыми, обнаружила еще пару длинных коридоров. "Да чтоб тебя" - выругалась про себя. "Что за лабиринт". Блуждать бы мне так до ночи, но к счастью в одном из холов заметила знакомую кустистую бороду. Агафон, держа в руках толстый журнал, пересчитывал количество цветочных горшков, стоявших вдоль одной из стены светлого хола.

- Я ключ тебе дал зачем? - ворчал завхоз. - Эх... неумеха. Дай мне его. - Закрыл журнал и протянул широкую ладонь.

Благо, ключ действительно был у меня, достала из кармана юбки и протянула Агафону.

- У всех вас первокурсников одни и те же проблемы. - Гном защемил его меж двух пальцев, как в воздухе появилась тонкая серебристого цвета нить, ведущая в противоположенную от меня сторону. - Пошли, неумеха. - Покачал головой и пошел вслед за нитью.

- Ого, - вырвалось у меня. Агафон на мое восклицание, горделиво вскинул голову.

- Инструкцию давать надо, - буркнула я.

- Бумаги не напасешься на вас, - пошел дальше, - если каждому инструкции давать. А платить кто будет? Ты? У меня каждая монетка на счету. Молчишь? То то...

Вступать с ним в спор совершенно не хотелось, тем более местный интерьер был куда занятнее.

Весь путь выслушивала от Агафона о транжирах адептах. К концу пути я знала сколько университету обходится один день проживание таких же как и я оболтусов. На какую сумму закупается еда в столовую и вообще не понятно для чего нас надо кормить, ведь университет служит для образования неучей, а мы нахлебники и лентяи транжирим бюджет империи. Зато узнала многое о местной валюте. В ходу здесь были медные и серебряные монеты. Медные - червушки, а серебряные - серебряк. Золотых уже лет как пятьдесят не выпускают, их заменили на бумажные. Но название осталось прежним - золтир. За две червушки можно было бы питаться в местных тавернах, примерно так стоил обед из двух блюд. Многое еще чего рассказал Агафон, но все это было связано с адептами бездельниками, так что большую часть я пропустила мимо ушей.

В комнате приняла душ - лучший способ успокоиться. Привела себя в порядок, настроение немного улучшилось. Влажные светлые волосы стянула в хвост. На вешалке нашла махровый белоснежный халат. Босиком протопала в комнату, села в одно из кресел.

Надо вспомнить в какой именно момент меня засосало в этот мир. Помню как стояла у дверей в приемную деканата, там все было нормально. Секретарь... Точно, переход был через дверь в деканат, там как раз картинка мира и размылась. Но секретарь? Она не поменялась. Может переход в приемной? Но там кабинет ничем от земного не отличался. Надо найти тот кабинет.

Ход мыслей прервал стук в дверь. На пороге с подносом в руках стояла кудрявая рыженькая девчушка с веснушками.

- Магистр Дартеш приказал принести вам завтрак. - Прошла в комнату, разглядывая все вокруг, поставила поднос с едой на стол.

- Спасибо, - Видимо магистр Дартеш тот самый эльф. Пожалел голодную студентку. - Меня Маргарита зовут, а тебя как?

- Миллиса, - приветливо улыбнулась и захлопала глазками.

- Миллиса, может ты знаешь, где ректор с остальными преподавателями проводят собеседование с новыми учениками?

Миллиса закивав головой: - Второй этаж, налево, вторая дверь, на ней табличка - "приемное отделение". Только сейчас туда не пробраться, идет прием адептов.

Ну уже хоть что-то. Подожду до вечера, надеюсь будет возможность проверить мою теорию.

- Я тогда пойду?

- Да, конечно, не буду больше задерживать.

- И вы это... - замялась Миллиса, - ну вдруг чего понадобиться, то можете спрашивать меня, я на кухне работаю. - На пухленьких щечках появился румянец.

- Ты и сама заходи, - улыбнулась девчушке, - буду всегда рада.

Счастливая Миллиса умчалась по своим делам, оставив меня одну в комнате. От стола доносились приятные ароматы горячей еды. Желудок тут же напомнил, что последний прием пищи был еще вчера утром, я не стала с ним спорить.

Перекусив, переоделась в свою одежду и подошла к окну, все же интересно, какой он другой мир. Пейзаж ничем не отличался от привычного земного. Лазурного цвета небо, привычное взору солнце, растительность в точности как и на родной земле. Под моими окнами был великолепный сад, утопающий в цветах. Вдоль ухоженных тропинок стояли кованные скамеечки, а в центре сада фонтан. Каменный забор, а за забором, через поле зеленой травы густой лес, от которого кровь в жилах стынет. На контрасте с сочной травой, лес выглядел мертвым. Ни единого зеленого листочка, серый и безжизненный. Сухие стволы деревьев, словно застыли во времени, не подчиняясь порывам ветра, стояли не колыхнувшись.

Вдруг что-то мелькнуло среди лесных веток. Что это? Местная живность? Пригляделась, человек. Только стоит в какой-то неестественной позе, словно переломанный весь. Остановился и смотрит в мою сторону. Что с его глазами? Они светились синим цветом. Он меня видит? Отвернулась, прижалась к стене, восстанавливая дыхание. Сердце колотится и норовит выпрыгнуть. Может глюки? Осторожно выглянула в окно, ни единой живой души. Глухой лес и никаких людей со светящимися глазами. Точно глюки.

Со стороны стола послышалось чавканье. На подносе, рядом с пустой тарелкой сидел крысеныш, дожевывая кусок хлеба. Замечательно, тут еще и грызуны водятся. Взяла ближайший стул и начала им пугать мелкого грызуна. Тот перестал жевать, повернул мордочку на меня и удивленно заморгал крохотными черными глазками. Из приоткрытой пасти выпал не дожеванный кусок хлеба. Вот же наглый. Не понимает по хорошему, будем действовать по плохому. Ножкой стула начала подталкивать крысеныша в бок, чтоб бежал от сюда.

- А если тебя стулом потыкать?

Выдайте мне литровую бутыль валерьянки. Чувствую от постоянных потрясений сердце не выдержит, ну или нервная система даст сбой и вернусь домой прямиком в дурку.

- Чего так смотришь? Стул поставь, доем и уйду. - Прищурил черные глазки и продолжил завтракать.

- Ты умеешь разговаривать? - этот мир не устает удивлять.

- Ой, ты тоже говорящая, - передразнил грызун.

Поставила стул рядом со столом, села на него, наблюдая за грызуном. Ладно, мало ли что бывает в других мирах. Говорящая крыса, так говорящая крыса.

- Ты не обижайся, никогда не встречала разговаривающих крыс.

- Уже...

- Что уже? - не поняла я.

- Обиделся уже говорю, - крысеныш встал на задние лапки, отряхнул от крошек передние и животик, подошел ближе. - А в не говорящих значит можно запросто ножками от стула тыкать? Все равно возразить не смогут, так? Или ты что думаешь, если я не человек, то нет чувства достоинства? - Насупился, сложил на груди лапки и демонстративно отвернул мордочку в сторону. Еще и сопеть так показательно начал.

- Извини, -единственное что могла сказать.

- Овсяное печенье, молоко и хлебцы, - перечисляя, загибал крошечные пальчики, - жду все это сегодня на обед, тогда и решу, прощать тебя или нет.

Вот же наглый какой.

- Знаешь, можешь обижаться дальше, - помню по фильмам, что нельзя идти на поводу у шантажистов.

У крысеныша от возмущение округлились глазки и хватая воздух пастью, не мог подобрать слова. Видимо не привык к отказам.

- Я значит к ней со всей душой, мало того что первая набросилась на меня, чуть не прибила, так в качестве компенсации отказала в малюююсенькой просьбе. Вас иномирян не понять. - Обиделся, и не дожидаясь ответа, спрыгнул со стола на пол и юркнул в щель между полом и стеной.

- Стой, от куда ты знаешь обо мне? - соскочила со стула, встала на колени, попой к верху, пытаясь остановить грызуна. - Вернись, - кричала в щель в стене у самого пола, - я и печенье и молочко и... что ты там еще хотел? Вернись...

- Кхм....- раздался за спиной ледяной голос. - Адептка Рябинина. Что вы делаете на полу, выставив вашу.... Встаньте немедленно, вы же юная леди.

Принесла нелегкая. Мало того, что сам ворвался к "юной леди" без стука, так еще и приказы раздает. Утренний разговор оставил осадок и не просто осадок, а осадище из злости, раздражения и желания поставить этого напыщенного, самовлюбленного типа. А мстить мы умеем, так что грациозно выгнула спину и, вспомнив уроки по стрип пластике, встала как можно сексуальнее, проведя рукой по все длине ноги, и чтоб полностью добить, резко мотнула назад головой, срывая резинку, что волосы каскадом упали на спину.