Ода чуждых земель (ЛП) - Таласса Лаура - Страница 37

— Правда или Действие, ангелочек.

Если выберу Правду, мы немного душевненько поболтаем, а затем вернемся к пляскам и пьянкам. Но если другое…

Я смотрю на его импозантные, грубые черты.

— Действие.

Его рука сжимает мою сильнее, в то время как на лице расползается медленная, хитрая улыбка.

— Да будет так. — Дес опускает руку, взяв меня за ладонь, и магия скользит по моей коже, будто тысячи маленьких перышек.

Торговец предупреждал меня прежде, когда я впервые купила у него услугу. Теперь, наслаждаясь сиреной, он не будет спрашивать одни секреты.

Он добавит к ним секс.

Тогда он пугал меня этим. Но сейчас… будучи парой, секс будет идти под руку с занятием любовью.

С чувственным серебряным взглядом Дес тянет меня в сторону темных деревьев, которые граничат с поляной. На нас я ощущаю скрытные взгляды других фей, когда мы ускользаем, отчего краснею еще больше. Они прекрасно знают, чем мы займемся.

За спиной остается музыка с танцами, заменяясь на пугающе тихий лес.

— О чем ты думаешь? — интересуется Дес, его голос словно приятно обжигающий скотч.

О том, что прикосновения к твоей коже у меня подкашиваются колени.

— О том, что ты коварный дьявол, — говорю я иное.

Смех пронзает ночь, такой раскованный, самодовольный. Дес прижимает меня к ближайшему дереву.

— Ты также безумна, как и я, Калли. Мне известно, чего ты жаждешь — чего жаждет твоя сирена. — Он прижимается носом к моей шее. — Позволь показать.

Где-то между его нежными прикосновениями и соблазнительными словами на поверхность выходит сирена, отчего кожа начинает светиться. Я выгибаюсь навстречу к нему, запрокидывая голову.

Да.

Это все, чего хочу. Мы вдвоем под темным небом. Так примитивно. Так страстно. Я дотягиваюсь до штанов, пока он тянется за юбкой, собирая ее вверх. Наши руки проворны и быстры, движения резки и неуклюжи. Даже слышу свое неровное дыхание.

После наполовину снятой одежды, эта твердая, сладкая плоть надавливает на мою сердцевину.

— Моя возлюбленная, — бормочет он, щекоча щеку волосами, когда наклоняется ближе.

В воздухе появляется настойчивость в силе магии, которая требует, требует и требует нашего возбужденного азарта. Тени Торговца окутывают нас, затмевая наше окружение, пока не остаемся только он и я — единственная точка в темной вселенной, которой он правит.

Дес оборачивает нас крыльями, еще больше укрывая наши тела. На его шее выступают жилки, и с сильным толчком он входит в меня.

Одной рукой Десмонд берет меня за грудь, убирая ткань платья, и затем наклоняет голову, чтобы поцеловать горячими устами мою обнаженную кожу, пока пальцами я впиваюсь ему в плечи. Он выходит и входит в меня, и там, где наши тела соприкасаются, кожа становится жарче и влажнее. Движения издают скользкие, влажные звуки, когда мы сливаемся воедино.

— Мне нужно… сбавить ход, — срывается Дес.

Сила его толчков почти болезненна. Сливание не есть что-то сладострастное. Оно безумно, примитивно и взывает ко всем моим темным желаниям.

Я зарываюсь пальцами ему в волосы и наклоняю его голову в сторону. Минуты назад белые волосы красиво спадали вниз на лицо. Теперь они во власти моих прикосновений.

Я сжимаю волосы немного сильнее.

— Не хочу медленно. — Чары просачиваются в мой голос. — Я хочу все, что Король Ночи может дать мне… и хочу большего.

Со стоном Дес дает мне то, чего желаю.

Снова, снова и снова.

ГЛАВА 23

Я просыпаюсь от шороха дубов и прохладной росы на теле. Бедра болят от того, что спала на твердой поверхности. Запах влажной земли вбивается в ноздри.

Где это я?

Отгоняя сонливое состояние, усаживаюсь, вынимая из волос несколько листьев и сучков. Платье все еще слегка светится, а за спиной замечаю дерево, которое вчера осквернили мы с Десом.

Дес.

Я оглядываюсь вокруг и не вижу его. Потираю виски, пытаясь вспомнить сквозь похмелье, как закончилась ночь, и почему осталась одна. И где-то вдалеке слышу хруст веток.

Каковы шансы, что это мой Король Ночи?

Нулевые, шепчет мне разум.

Я встаю, стараясь не издавать ни звука. Не то, чтобы у меня хорошо получается — очень сложно оставаться незамеченной в темном лесу и в светящемся платье.

Я начинаю выискивать следы. Думаю, что могу выяснить дорогу назад в покои: мне просто нужно выбраться из леса.

Еще один хруст, от которого подпрыгиваю. Кто-то следит за мной? И где Дес?

Как только убеждаюсь, что направляюсь в правильную сторону, мне кажется, что все больше углубляюсь в лес, нежели иду в сторону Священных Садов.

От напряжения массажирую лоб. Я иду в другую сторону? Запах костров кажется сильнее, чем в месте, где проснулась… но тут не слышно музыки, смеха, любых звуков с праздника. Я совершенно одна.

Позади меня хрустят листья. Я напрягаюсь…

Возможно, я не одна.

Медленно оборачиваюсь назад. Вдалеке стоит широкоплечий мужчина с копной белых волос.

— Дес! — Я мгновенно расслабляюсь и направляюсь к нему, сначала спокойно иду, но затем, когда тот не приближался ни на сантиметр, я бегу. — Дес!

Прежде чем мне удалось бы добраться до него, он исчезает. Это останавливает меня на полпути.

Он идет за тобой… шепчут деревья.

— Дес!

Я чувствую, как к горлу прижимается метал, и боковым зрением ловлю белый локон Деса.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

Если таким образом он хочет меня тренировать… Но это не тренировка. Нет. Я ощущаю злое намерение в грубой хватке, и то, как лезвие упирается мне в горло, будто хочет разделить мою кожу на слои.

Мягкие губы касаются моей скулы.

— Бойся меня, смертная, — шепчет он, — я буду твоей погибелью.

Дес поцелуем прижимается к щеке, и затем проводит лезвием по горлу.

***

Я просыпаюсь с задыхающимися воплями, держась за шею.

Не мертвая. Просто сон. Всего лишь сон.

Дес сжимает меня в объятиях.

— Калли, — говорит он, видя, что я проснулась, отчего в словах слышно облегчение. — Калли, Калли, Калли, — бубнит Дес, кажется, успокаивая больше себя, чем меня.

Мы с Торговцем укрыты простынями, и оба голые. Немного отталкиваюсь от него, чтобы посмотреть в глаза. Сейчас он понятия не имеет, что я пытаюсь развидеть в нем угрозу. Это лезвие ощущалось так реально.

Я сглатываю. Это был всего лишь кошмар.

Пячусь, вздыхая с дрожью. Последнее из воспоминаний уходит прочь.

— Я в порядке… все хорошо.

Ранний солнечный свет льется через окна, заставляя проснуться все цветы в комнате. В какой-то момент ночью мы пробрались к себе в покои, чтобы закончить то, что начали в лесу.

Я ложусь обратно и растягиваюсь на кровати, наклоняя вместе с собой Деса. С неохотой он позволяет мне, пристраивая меня сбоку.

Я еще не готова проснуться, но и не думаю, что засну вновь.

— Расскажи мне секрет.

Он играет с прядью моих волос, ничего не говоря долгое время.

Наконец, он…:

— У моей матери был такой же цвет волос.

— Правда? — переспрашиваю я, наклоняя голову, чтобы взглянуть на него.

Он нежно убирает локон назад.

— Когда-то, — говорит Дес, где-то утерянный в мыслях, — когда я чувствую себя в особенности суеверным, думаю, что это не совпадение.

Не знаю, что он этим имеет в виду, но от признания у меня по рукам пробегаются мурашки. Дес говорит про женщину, которая вырастила его, про писца, в чьей смерти он винит отца.

— Расскажи мне о ней… о матери.

Дес прижимает меня ближе.

— Что ты хочешь знать, ангелочек?

Я рисую круги на его груди.

— Что-нибудь… все.

— Как требовательно, — произносит он с любовью. Его тон отрезвляет, когда Дес начинает говорить вновь. — Ее звали Ларисой, я очень сильно любил ее…

Чувствую, как что-то в горле поднимается. Дело не столько в том, что он говорит, сколько в том, как он это подает, будто его мать лично усеяла его небо звездами.