Ода чуждых земель (ЛП) - Таласса Лаура - Страница 50

Оу-у-у-у.

— Но если ты не захочешь быть бессмертной, это будет означать, что я буду наблюдать за твоим старением… буду наблюдать, как ты умираешь.

Его глаза, пронизанные печалью, и не могут насытиться моим лицом. Потому что я старею. И умру за долго до того, как смерть коснется его.

— Поэтому ты подумал, что обманом дать мне вино — намного лучше, чем считаться с моим мнением?

Вот почему парам необходимо разговаривать обо всем. Разумное мнение против неразумного.

— Если ты не заметила, то я так тебе ничего и не дал, — утверждает он.

— Но ты обдумывал данный вариант, — парирую я.

— Сколько вещей ты обдумывала? Является ли обычное обдумывание чем-то неправильным? — Губами он касается моей щеки.

Я сглатываю.

— Что заставило тебя передумать?

Дес немного отодвигается, хмурясь.

— Та же вещь, которая остановила меня, чтобы не забирать тебя после вечера студенческого бала и не делать своей навечно. Во мне есть достаточно человечности, чтобы понимать, что это плохо, и достаточно самоконтроля, чтобы бороться со своей натурой.

— И какова твоя натура? — спрашиваю я шепотом.

— Брать то, что хочу, когда хочу, и ни перед кем не извиняться за это.

О-ох.

— Хочешь секрет? — Дес не ждет, когда я отвечу. — Наша связь будет полноценной, если выпить это лиловое вино. Только тогда мы сможем свободно разделить друг меж другом нашу магию.

ГЛАВА 34

Лиловое вино звучит, как неплохой вариант, когда я узнаю о нем все больше и больше.

— Напомни мне снова, почему ты не хочешь давать мне вино? — интересуюсь я.

Дес слегка улыбается мне.

— Неважно, чего хочу я. Я ждал тебя восемь лет, ангелочек, и вот, ты здесь, греешь мою постель и выуживаешь из меня секреты. Этого более, чем достаточно.

— Почему Мара решила дать мне его? — все никак не угомонюсь я, любопытствуя мотивами Королевы Флоры. Достаточно очевидно, что она — не мой фанат, так почему же преподносить мне такой подарок?

Десмонд наклоняет голову.

— Давай заключим сделку: я отвечу на твой вопрос, если ты ответишь на мой.

Все должно стекать к сделке с Торговцем.

— Ладно, — соглашаюсь я. Естественно, он может забрать бусину и силой выудить из меня правду, даже если бы и отказалась.

Я чувствую неуловимый всплеск магии в воздухе, когда Дес связывает нас соглашением.

На лице появляется улыбка, прежде чем скрыться.

— Отвечая на твой вопрос: у Мары, вероятно, было несколько мотивов. Она хотела показать присутствующим, что щедра к человеку и принимает нашу связь как должную — это очень хороший ход для политики. Также она, может, подумала, что ты будешь более восприимчива, если будешь походить на нас. И, наконец, Мара выискивала слабые места в наших с тобой отношениях.

— Но почему ей это делать? — не понимаю я.

— Способ достижения личных целей, — отвечает Дес. — Довольно легко контролировать кого-то, когда понимаешь личность.

Все эти планы, которые феи преследуют в любой подходящий момент, выносят мозг. Вот когда я думаю, что, вероятно, понимаю этих созданий, то слышу совсем обратное.

— Теперь, — говорит Дес, — думаю, моя очередь.

Ах, да, мой черед отвечать на вопрос.

— О чем ты разговаривала с Грин Меном ранее сегодня?

И тут я бледнею. Он заметил, что мы разговаривали? Этот мужчина слишком проницательный. Я действительно не хочу поднимать эту тему.

Чем больше колеблюсь, тем сильнее давит на меня его магия. Она охватывает трахею, заставляя выдавить слова.

— У нас с тобой незащищенный секс, — наконец выпаливаю я.

Магия не отпускает меня.

Ох.

Дес ждет, когда я закончу, и делаю глубокий вдох.

— Я могу быть беременной.

Он округляет глаза от признания. Я обхватываю шею и осторожно наблюдаю за ним, когда магия отступает.

Десмонд изучает меня, и, хоть убейте, не могу сказать, о чем он сейчас думает. И наконец:

— К чему ты это, ангелочек?

Что?

— К тому, Дес. К детям. — Ситуация ощущается более реальной, когда произносишь такую мысль вслух. Мне нужен тест на беременность, немедленно.

— Я думал, ты хочешь от меня детей? — произносит Дес в своей опасной манере.

Хочу, но это не вопрос с «хотелось бы», а со значением «когда».

— Просто в этом направлении мы движемся слишком быстро, — уточняю я.

— Слишком быстро?

Эти два слова явно не стоило произносить вслух. Это можно прочесть по его глазам. Это незнакомое мерцание чего-то чужого, чего-то фейского.

— Разве для тебя происходит все не достаточно медленно? — Он нежно прижимает руку к моему животу, кружа по нему.

Я смотрю на него, прекрасно осознавая, что передо мной фейская личность Деса — темная; Дес, который жаждет того, чего я не понимаю.

Что там упоминал Федрон?

Ни одна из фей не позволит уйти своей паре только потому, что та выразила свое недовольство.

Не этот ли вопрос был поднят сегодня вечером? Возможность, что я хочу то, что больше отстранит меня от Деса, чем приблизит к нему.

— Возможно, мне хочется, чтобы ты родила моих детей, — произносит Дес, передвигая руку с живота на браслет. — Возможно, я хочу начать этот процесс прямо сейчас…

Я сглатываю, рот становится сухим.

В мгновение Десмонд освобождает мое запястье и отходит назад, пробегаясь рукой по волосам. Та опасная искорка угасает в его глазах.

Торговец тяжело усаживается на ближайший стул, и теперь, когда резкий Дес отступил, я чувствую, как коленки подгибаются от… чего? Облегчения? Разочарования? Дикая натура Деса столь же привлекает, как и пугает. Возможно, это сводит меня с ума, но к черту это; я на протяжении долгого времени сама себя не понимаю.

— Прости, — говорит он, зарывшись лицом в руки. — Этой связи присущ комплекс варварских инстинктов.

Я разглаживаю платье, отходя от стены.

— Мне не стоило так реагировать. — Дес потирает рот и подбородок. — Просто… женщинам-феям очень сложно забеременеть. И мы не считаем детей тяжелым бременем. Я бы не считал.

Чувствую жар, холод и смущение, будто кто-то стянул из-под меня ковер.

— И надеюсь, — продолжает он, — что ты тоже не будешь считать материнство таковым.

— Это одна из причин, почему ты не дашь мне лиловое вино? — интересуюсь я.

Предполагаю, что вино уменьшит возможность к зачатию, так как я буду походить больше на его народ.

Десмонд смеется.

— Боже, нет. Я уже указал причины, почему не хочу тебя им поить. И если бы был настроен на твою беременность, ангелочек, то не думаю, что такая незначительная вещь, как бессмертие, помешала бы этому.

То, как он смотрит на меня, заставляет мою плоть гореть.

Я выдыхаю.

— Но ты же хочешь детей?

Эти поразительные, серебряные глаза смотрят в мои. Они напоминают мне о свете, тьме, и всем, что стоит между ними.

— С тобой? Конечно.

Не знаю, почему это действует на меня, почему то, что Дес говорит и как говорит, заставляет мое горло сжиматься.

Иногда я забываю, что действительно жажду такой жизни, со всеми ее ужасами и красотой. Со всеми запутанными проблемами. Я могу дотянуться и схватить ее, когда захочу. Более того, Дес хочет, чтобы я сделала это.

Сталкиваясь со всеми незнакомыми, бушующими эмоциями, я направляюсь к Десу.

— Не думаю, что ты беременна, — утверждает он, поднимая голову прямо, когда дохожу до него, — а если и так, то мы справимся с этим, ангелочек, как и со всем остальным…

Я беру его лицо в ладони и заставляю замолчать поцелуем.

Любовь между нами намного большее, чем он, больше, чем я.

— От пламени к пеплу, от восхода до заката, до конца дней наших жизней, будь всегда моим, Десмонд Флинн, — шепчу ему прямо в губы, произнося те же слова, которые когда-то забрали его у меня.

Они хранят в себе ту же удивительную, пугающую силу, которая охватила меня, когда впервые произнесла их ему, даже после того, как заплатила за них временем.