Глазурь (СИ) - Карран Ким - Страница 32

— Потому что мы любим неудачников, — сказала я, зная, что никто, кроме Этана, не услышит.

Я впервые почувствовала ту связь, о которой все говорят. Ощущение, что любое впечатление станет намного лучше, если им поделиться. Как в той загадке, которую мне однажды загадал Макс: «Если дерево упадет в лесу и этого никто не услышит, раздастся ли звук?»

Я доказывала, что, конечно же да. Элементарная физика говорит нам об этом.

— Ну, — сказал он, щелкнув меня по носу рукой в перчатке, — ты этого никогда не узнаешь.

Звон Биг Бена раздался одновременно с еще одним взрывом. К моменту, как колокол зазвонил в восьмой раз, я знала, что случилось что-то ужасное.

Я почувствовала первый крик до того, как услышала его. Кто-то кричал от страха и шока. Потом еще один. И еще один.

Я вскочила и бросилась к окну, прижалась руками к стеклу, словно могла удержать то, что происходит.

— Что это? — Этан подбежал и стал позади меня. Он взял меня за плечи и потащил прочь от стекла.

Исчезающие отпечатки моих рук блеснули в свете еще одного фейерверка.

— Им так страшно, — сказала я, прижимая руки к голове, что заглушить крики о помощи. Тысячи, миллионы голосов по всему городу кричат от ужаса. Я не могу видеть то, что видят они. Только испытывать их реакцию на это. Я представила взрывы бомб и террористические атаки. Я представила монстров, разрывающих людей на части. Что бы ни вызывало этот массовый ужас, оно должно быть еще хуже. Все в Глазури одновременно чувствовали это. Страх усиливался по мере того, как это распространялось по сети. Как обратная связь в колонках.

Голоса и голоса, выкрикивающие одно простое слово. Транслирующие его. Умоляющие, чтобы кто-нибудь их услышал.

«ПОМОГИТЕ».

— Так страшно! — плакала я, падая на колени и сворачиваясь калачиком.

— Это твой чип, похоже, что-то пошло не так, — сказал Этан, взяв мою голову своими руками и пытаясь заглянуть мне в глаза. — Отключи его.

Я молча затрясла головой. Невозможно описать, через что проходят эти люди. Через что я прохожу вместе с ними. Чувствуя все это одновременно. И выхода нет. Потому что вот то, о чем мне не сказал Логан, и о чем я не рассказывала Этану. Выключателя нет.

— Я не могу! — закричала я, слезы лились по моим щекам.

— Нам нужно отвести тебя к Логану. Нужно достать эту штуку из тебя.

— Нет, — сказала я, отпихивая его от себя и пытаясь подняться на ноги. Но мои ноги не могли выдержать вес всей той боли, которая навалилась на меня.

Сломался не мой чип. А мир.

— Логан, — сказал Этан. — Это он. Это его сообщение. Пятое ноября, помнишь? День, когда он собирался послать сообщение миру. Это он!

Сейчас я с трудом могла видеть Этана через тысячи изображений, транслируемых перед моими глазами. Я отчаянно пыталась найти точку, чтобы уцепиться, единственную пару глаз, чтобы заглянуть в них. Картинки сменяли одна другую. Они двигались так быстро, что мои глаза заболели.

— Петри! Петри! Оставайся со мной, — я могла только разобрать его голос сквозь животные крики, исходящие от каждого, отовсюду.

Теперь я по-настоящему могла их слышать. Крики, доносящиеся с улицы внизу. Этан отпустил меня и прижал руки к своим ушам, пытаясь заглушить их. Он обхватил руками голову и сжался в комок, прижав колени к рукам, отчаянно стараясь прекратить шум.

Я все еще неистово искала. Выхватывала изображение из непрерывного потока, решала, что оно ничего для меня не значит, а затем отбрасывала его. Пыталась найти что-то, что имеет хоть какой-то смысл. Я остановилась на одной картинке.

От того, что я увидела, меня всю бросило в дрожь.

Моя мама смотрит в наше зеркало дома, ее глаза так широко открыты, что мне кажется, что они могут вылезть из ее головы. Кровь струится по ее лицу, ее ярко-зеленые ногти оставляют темные следы на бледной коже.

Потом все почернело, и я рухнула на пол.

— 18-

— Петри! — я слышала, как меня зовут по имени. — Петри, все в порядке. Ты в безопасности.

У меня ушли секунды, чтобы понять, что крик исходит от меня. Но я не могла остановиться. Я зажала рот обеими руками, пытаясь удержать звук. Медленно, медленно он угас. Мое горло пересохло и горело, когда я сделала неровный вдох, чтобы успокоиться.

Мое лицо было влажным. В панике я потерла руками щеки. Это всего лишь слезы.

— Петри…

Я посмотрела Этану в глаза, они были расширены от страха. Я кивнула, пытаясь показать ему, что я в порядке. Но так ли это?

— Что случилось? — глухим голосом спросила я.

— Не знаю, — он помог мне подняться. — Только что были фейерверки, и вот уже все кричат. Не только ты. Казалось, кричал каждый.

— Ты правда думаешь, что это дело рук Логана? — я споткнулась и схватилась за искусственное комнатное растение. Пластиковый лист выскользнул из моей руки.

— Не знаю, — Этан провел трясущейся рукой по своим волосам.

Я, шатаясь, побрела по офису, натыкаясь на заброшенные столы и стулья, почти не глядя, куда я иду. Я не хотела верить, что Логан как-то связан с этим. Потому что если это так, то это я виновата — что предала свою мать.

Моя мать.

— Зизи! — ахнула я.

Я побежала по пустому офису, чувствуя головокружение, дезориентированная, не зная, как отсюда выбраться.

Этан побежал за мной, а я ломанулась через пожарную дверь, поднялась один пролет по лестнице и выбежала на крышу.

— Подожди, Петри, подожди!

Когда я ворвалась в дверь, воздух был холодный и колючий, но я почти не чувствовала этого, несясь вперед. Отчаянно стремясь выбраться отсюда.

Меня занесло на асфальте, и Этан схватил меня за свитер, не дав свалиться через край.

— Куда ты? — спросил он, беря меня за локти и прижимая к себе.

— Домой, — пробормотала я ему в плечо. — Мне нужно домой.

Его сердце стучало за ребрами так громко, что не знаю, как оно не выскочило из его груди. Он отступил назад и посмотрел вниз.

— Хорошо, — сказал он. — Но не сюда.

Я посмотрела с края здания вниз на бетон. На секунду мне показалось, что я вижу внизу на земле тело, но, когда подул ветер, я поняла, что это валяется скомканный мешок для мусора. Я представила, как я лежу там внизу, распростертая, с переломанными конечностями, разбитой головой и растекающейся по улице кровью. Я схватилась за него, борясь с желанием спрыгнуть. Это было бы так просто, и тогда весь этот… этот хаос прекратился бы. Возможно, я смогла бы, наконец, уснуть.

Этан не отпускал мою руку, пока показывал мне дорогу вниз, ведя меня от здания к зданию, от стены к стене. Когда мои ноги, наконец ощутили под собой твердую землю позади дома, я почувствовала себя самой собой. Так спокойно я не чувствовала себя неделями.

— Подожди! — воскликнула я. Не могу поверить, что мне понадобилось столько времени, чтобы осознать, заметить тишину. — Моя лента. Я больше ее не вижу.

Этан склонил голову и посмотрел на меня.

— Может, чип наконец сгорел?

— Возможно, — я ожидала почувствовать грусть. Ощущение утраты. Или даже облегчение. Но я чувствовала только пустоту.

Только когда я вышла из переулка и вернулась на главную улицу, я осознала, что не одна я страдаю.

Толпы людей, которые несколько мгновений назад, должно быть, смотрели фейерверк, теперь бродили вокруг. Они выглядели потерянными. Некоторые плакали, сдерживая себя. Другие тупо смотрели в небо в поисках чего-то.

Девочка стала на колени рядом с мужчиной, по ее щекам лились слезы.

— Папочка! — кричала она. — Папочка, вставай, пожалуйста.

Я остановилась и присела на корточки рядом с ней, стараясь не смотреть на её отца. Я никогда не видела мёртвых тел, и не горю желанием узнать каково это. Когда я собралась с духом, чтобы взглянуть вниз, стало понятно, что он не мёртв. По крайней мере, смотря ему в лицо, я хотела, чтобы было именно так.

Он уставился в пустоту или хотя бы на то, что я не могла видеть. Но что бы это ни было, оно пугало его. На его лице застыло выражение ужаса, рот раскрыт в немом крике, а руки сжаты в кулаки за головой.