Глазурь (СИ) - Карран Ким - Страница 51

— Это был не он, — я это знала, или мне так хотелось, чтобы это было правдой, что я заставила себя поверить? Из дальних закутков моего сознания пробиралась ужасная мысль, но я загоняла ее все глубже. Нет, я не хочу верить, что потеряла Этана. Один раз его уже забрали от меня. Я не дам ему исчезнуть еще раз.

— А выглядело определённо как будто он. Нужно идти. Давай же, — Карина снова потянула меня за руку, не сводя глаз с приближающихся людей. Кэтрин стонала и мотала головой.

— Я никуда без него не пойду, — я стряхнула ее руку.

Сначала я услышала рёв мотора: низкое рычание, как у запертого в клетку зверя, а потом из-за угла выскочил ярко-жёлтый минивэн и притормозил рядом с нами.

— Что, чёрт возьми, это такое? — закричала Карина, рывком открывая пассажирскую дверь.

— Ты мне сказала раздобыть колеса — вот тебе колеса, — ответил водитель. Это был Шенк. Парень с темными глазами и акульей улыбкой.

Карина пробормотала на выдохе какую-то клятву, когда добралась до его двери и открыла ее.

— Двигайся, — сказала она.

Шенк приглушенно возмущался, перелезая через коробку передач на пассажирское сиденье.

— Ты садишься? — спросила Карина, протягиваясь через него.

Люди были уже менее чем в ста ярдах. Кэтрин начала приходить в себя.

— Без Этана — нет, — ответила я.

Карина громко и раздражённо вздохнула.

— Ладно, затаскивай его. Только быстро.

Она пихнула Шенка. Ворча, он открыл дверь и помог мне засунуть Этана внутрь. Потом я повернулась к Зизи, которая тихо сидела все это время.

— Ни в коем долбаном случае, — закричала Карина. — Мы ее не возьмем.

— Но она — моя мама.

— Никаких взрослых, — ответила Карина, заводя двигатель.

— Поверь мне, если бы ты ее знала, ты бы поняла, что она никакая не взрослая.

Толпа была почти рядом с нами. Они кричали, спрашивали, что мы делаем. Кэтрин пыталась подняться, но у нее все еще кружилась голова от удара.

Карина заматерилась. Но я приняла это за согласие и вытащила Зизи из инвалидной коляски. Она была такой легкой, что мне почти не понадобилась помощь парня. Вместе мы уложили ее на заднее сиденье минивэна, и я затащила за собой ее коляску. Кэтрин поднялась на колени и прыгнула в мою сторону. Ее длинные ногти скользнули по моей ноге, когда Карина нажала на газ, и машина с визгом рванула с места.

— Остановите их, — закричала Кэтрин, распластавшись по земле. — Они украли пациента.

Я захлопнула дверь, когда мы пролетали мимо толпы людей. Они барабанили по машине кулаками и швырялись в заднее стекло всяким хламом. Обернувшись, я увидела, что они бегут за машиной и кричат. Кэтрин помогли встать на ноги, и она стоит в центре толпы, глядя вслед мне своими чёрными глазами.

На крутом вираже я попыталась пристегнуться, но у меня так дрожали руки, что я бросила эту затею. Ремень с шумом втянулся обратно. Этан съехал на бок и глухо ударился головой о стенку. Мне следовало бы придержать его, но я боялась даже прикоснуться к нему.

Карина вертела руль в руках, лавируя между двумя потоками машин. Не помню, когда я последний раз была в машине с водителем, который сам вёл её. Не представляю, как они это делают. Это же такой лихорадочный и бесконтрольный процесс. Чёрная коробка, подключающая автомобиль к Глазури, была вырвана. Наружу, словно внутренности, торчали синие и красные провода.

— Свяжи его, — скомандовала Карина, убрав одну ладонь с руля и роясь в кармане куртки. Она швырнула через плечо пучок длинной чёрной стяжки.

Я подняла его и взглянула на Этана. Во сне его лицо выглядело мирным и беззаботным, вся злость исчезла. Он выглядел очень молодо.

Я обмотала стяжку вокруг его запястий. Затягиваясь, она издала жужжащий звук. То же самое я проделала с его лодыжками. Затем уселась обратно на мягкое кожаное сиденье.

— И закрой её, — крикнула Карина через плечо.

— Что сделать?

— Закрой ей чем-нибудь глаза. Она же чипирована? — Карина посмотрела на меня через зеркало заднего вида. Я кивнула. — Тогда она может передавать им информацию.

Я поискала то, чем можно прикрыть маме глаза, но затем вспомнила, что сказала Кэтрин. Она даже не может моргать. Потянувшись, я положила большие пальцы ей на веки и осторожно опустила их. Это напомнило мне о нападении Этана, и меня бросило в дрожь.

— Что с ним случилось? — спросил Шенк, обернувшись, чтобы взглянуть на нас.

— Похоже, ушёл в метро, — сказала Карина.

— Метро? — переспросила я, вспоминая, откуда произошло это выражение. — Ты о том, что случилось на станции Бейкер-стрит? Говорили, что это был ядовитый газ.

— Ты же не купилась на это дерьмо? — вскинул вверх руки Шенк. — Боже, какая же ты тупица!

— Ладно, умник, — обиженно сказала я. — Кто тогда это был? Террористы?

— Это была девочка, — ответил Шенк, поднимая вверх палец в перчатке. — Тринадцати-четырнадцати лет. Однажды по пути в школу она зашла с пистолетом в подземку и там, посреди переполненного вагона: бах, бах, бах, — он сделал пальцем несколько движений, словно нажимая на курок, затем обернулся и нацелил палец мне в лоб. Он сдул с кончика пальца воображаемый дым и закончил: — Живым не ушёл никто.

— Откуда ты знаешь?

— Я сама всё видела, потому что взломала аккаунт транспортников, — сказала Карина. Похоже, она умеет немного больше, чем менять формат отображения времени.

— Но ведь в новостях сказали, что террористы распилили газ, от которого все посходили с ума.

Неделями все телеканалы вещали только об этом. Показывали, как спасатели в ярко-оранжевых защитных костюмах выносят тело за телом. Мне потом неделями снились кошмары, и я несколько месяцев отказывалась пользоваться подземкой. Вот откуда пошла фраза «уйти в метро». Чтобы пережить этот кошмар, нужно было превратить всё в шутку.

— Потому что все СМИ принадлежат ему, — сказала Карина, при слове «ему» показав вверх, как будто указывая на бога. — Как он мог обнародовать правду, что чип может свести тебя с ума?

— Чип?

Карина покачала головой.

— Ты, правда, настолько наивна? Ну конечно, чип. Отчего, по-твоему, слетел с катушек Этан? Вот что чип делает с людьми, которые сопротивляются, не хотят подчиняться.

Я вспомнила, что говорил Мак об использовании чипа на детях, которым нет шестнадцати. Жуткие побочные эффекты. Он даже не лгал. И я догадываюсь, благодаря кому в прессу попала история о террористах. Моя мать. Королева пиара.

— Не знаю, — говорю я. — Больше я ничего не знаю.

— Ну, кое-что ты точно знаешь, — сказала Карина, останавливая машину и глуша двигатель. — Просто сама не в курсе. Именно поэтому ты здесь, — она постучала по своей голове.

Мы уставились друг на друга. Я — пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить, что достать сообщение Логана невозможно. Что чипа у меня больше нет, а с ним и надежды выудить эту информацию. Она — как будто я не личность, а загадка, требующая решения. Как будто я не человек, сидящий в украденной машине вместе с мамой и парнем, потерявшим сознание.

Хотя он уже не был без сознания. Этан задёргался.

Я отодвинулась от него, прижавшись спиной к окну машины, на собственной шкуре прочувствовав, как здесь тесно.

Этан закашлялся, открыл глаза и осмотрел машину, в замешательстве вскинув брови. Наконец он заметил меня.

Беспокойство на его лице сменилось улыбкой.

— Петри.

Я не шевельнулась. Рано. Я пока не уверена, что он собой представляет.

— Петри, ты здесь. Как… — неловко поёрзав, он заметил стяжку, связывающую его руки и ноги. — Что происходит? Мой… поток, — Этан озабоченно нахмурился. — Он исчез.

— Твой чип поджарился, когда я саданула тебя шокером, — сказала Карина.

— Когда ты что?

— Саданула тебя шокером. Ты пытался прикончить маленькую мисс Ничего-не-знаю. Пришлось тебя остановить.

— Что я? Я бы никогда… — Этан потянулся ко мне, и я вздрогнула, инстинктивно потянувшись к горлу.

Этан поднял связанные руки и уставился на них, как на чужие.