Откровения Жрицы. Магия сна (СИ) - Гюст Хелена - Страница 75

Крысы разом стали все разбегаться из тёмных углов, большинство из них прыгали обратно в люки. Не нравится мне это шипение. Медленно поворачиваю голову и вижу выползающих тонких и длинных змей.

— ВЛА-А-А-А-АД!!! — перехожу на ультразвук.

Ненавижу змей и пауков! С пауками ещё как-то более и менее могу находиться в одной комнате, но змеи! От этих тварей у меня от страха аж живот скручивает. Колочу в дверь с решётчатым окошком и одновременно сдуваю магией этих ползучих гадов, которых становилось всё больше. Применить бы сейчас смерч, но есть вероятность, что они оттуда будут вылетать.

— Звала? — холодный тон ещё одного двуногого гада.

— Ладно-ладно, я поняла! Извини меня! Не хотела! Давай поговорим, как цивилизованные люди.

— Слушаю, — на лице не дрогнул и мускул, но в голосе прозвучали насмешливые издевательски нотки.

— Чего тебе ещё надо? Я же извинилась пред тобой! — яростно кричу на него, и тут же понимаю, что моей ноги что-то коснулось.

Опустила взгляд, по ноге вверх поднимается змея. Змея. Белая, с жёлтыми пятнами на чешуйках, отвратительно шипит, высовывая язык. З-змея… Бледнею, холодею и теряю сознание.

Мне было так сладко спать, ровно до тех пор, пока в сон не вторглось нечто резкое, мокрое и холодное. Открываю глаза, резко встав с мягкой постели. Влад довольно поставил стеклянный кувшин на красивую резную тумбочку и уселся на диван в стиле готики. На самом деле здесь всё было в этом стиле. Комната небольшая, но светлая, благодаря большому паникадилу, подвешенному на потолке с изображением драконов. Небольшое окно украшали волнистые портьеры синего цвета с золотистой вышивкой. Средний шкаф и диван, на котором восседал тот, кто облил водой.

Шею и грудную клетку охватил неприятный холодок, от которого кожа покрылась мурашками. Замечаю, что на кровати небрежно лежит моя куртка. Провожу по себе рукой и ощущаю обнажённую кожу, так как пуговицы на вязаной белой кофте были расстёгнуты. Глаза округляются, в голову закрадываются не совсем хорошие мысли.

— Прежде, чем ты придёшь к неправильному выводу, сообщаю — твою грудь нужно было освободить для свободного дыхания, — спокойно, но раздражённо пояснил Влад.

— Гори в аду! — прорычала я, быстро застёгивая пуговицы, но прежде нагло вытерла капли воды одеялом.

— Как видишь, не сгорел, — вполне серьёзный ответ.

— Как же ты меня бесишь!

— Взаимно.

Вообще я дружелюбная и вполне миролюбивая девушка, из тех, кто предпочитает отмолчаться, но с тех пор, как во мне появилась эта магия, изменилось и моё поведение. Раньше инстинкт самосохранения работал очень хорошо, сейчас же вовсе исчез.

— Наигрался? Отпускай домой, — практически рычу, подходя к двери с курткой в руках, дёргаю за ручку, но та не открывается.

Повернулась, и очень, очень зло смотрю на двуногого гада.

— Если я захочу с тобой поиграть, то точно не таким образом, — хищная ухмылка.

— Зачем тогда держишь? — тяжело вздыхаю.

— Просто не мог определиться с местью, — мужские глаза заблестели от какой-то придуманной идеи.

— Давай уже определяйся быстрей и выпускай, а то меня так-то ждут.

— Кто?

— Ульв.

— Любишь его? — спросил ровным тоном, но на лице губы изогнулись в довольной улыбке.

— Не твоё дело, — я же напряглась.

Не к добру. Ох, не к добру.

— Верно говоришь, не моё, — зачем-то подтвердил мои слова. — Но почему он не встал на твою защиту?

— Встал! — оправдываю своего парня, но в ответ Влад лишь недоуменно приподнял бровь. — Ну, он был на передовой. Можно сказать грудью защищал меня.

— Он оберегал Ксану, чтобы та из-за своего неумения сдерживать эмоции не подписала себе приговор.

— О чём ты? — облокотилась спиной о дверь.

— Агенты и маги должны работать совместно, и если кто-то из сторон нарушит соглашение, то лишается звания, должности, работы во всей Гильтэрре и подвергается заключению на тридцать лет. Но я не об этом, — очень довольно мурлычет, а я же просто молча слушаю. — Ксана ему не безразлична.

— Чушь, — резко и быстро вырвалось у меня.

Ульв хороший парень, он не может меня обманывать.

— Спроси у него, когда вернёшься.

— Обязательно.

— А ты знаешь, что до твоего появления, он был помолвлен с ней?

На этих словах аж током сейчас ударило. Но стараюсь не подавать виду, а потому продолжаю молча и зло смотреть на него.

— Наверное, также не знаешь, что из-за тебя твой Ульв расторг помолвку, — констатировал факт. — Но вот беда, чувства-то остались. И бедный мальчик мечется между вами, не зная, кого выбрать.

— Зачем ты мне это всё рассказываешь? — спрашиваю внезапно севшим голосом.

Он встал, медленно подошёл ко мне и, склонившись, надменно прошептал в лицо:

— Ты портишь жизнь мне, а я буду портить её тебе.

Щёлкнул пальцами и толкнул в портал.

Упала я на диван в небольшом кабинете. Возле окна с открытыми жалюзи имелся стол, на котором беспорядочно находились документы и странной формы обереги, реликвии и артефакты, и офисное кресло. Это единственное, что смогла разглядеть благодаря лунному свету. Интересно, сколько меня продержали в замке, что вернулась я вечером, или ночью.

На ощупь нашла выключатель, а после подошла к окну, чтобы разглядеть окрестности. Не знаю, на каком этаже находилась, но внизу виднелась маленькая знакомая площадь, освещённая фонарями.

Затем в поисках часов мой взгляд упал на офисный шкаф, где стояли электронные рамки для фотографий. Лучше бы вообще не подходила сюда, потому что на них изображены счастливые Ульв и Ксана.

И вот бы мне ревновать и устроить ему взбучку, но как-то слишком спокойно реагирую. Конечно, таких парней разбирают ещё детьми. Судя по сменяющимся фотографиям, то знакомы они с детства. Обидно стало, но не за себя, за Ксану. Она имеет полное право меня ненавидеть.

— Алина! Ты здесь, — встревоженно проговорил вошедший Ульв.

— Да-а-а, здесь, — отрешенно ответила, продолжая рассматривать не только рамки, но и сувенирные тарелки и кружки с их изображением.

— Всё в порядке? — спрашивает осторожно. — Вальгард ничего плохого тебе не сделал?

— Конкретно Влад нет.

Не понимаю, почему сразу нельзя было всё рассказать. Беру в руку красивую глиняную кружку с выпуклым совместным портретом.

— С ней всё в прошлом, — на удивление он оказался очень догадливым.

— Почему не сказал?

— А зачем? — Ульв продолжал стоять в проходе, я всего лишь вопросительно посмотрела на него. — Понимаешь, когда увидел тебя, то внутри меня будто всё перевернулось. Я понял, что ты именно та, с кем мне хорошо. С тобой легко, весело, ты не обременяешь ничем…

— Вот как. Но если тебе с ней так плохо, то почему раньше не расторг помолвку?

— Алина…

— Ты тогда из-за Ксаны бросил меня на растерзание Заардану? — вспомнила, как долго обманывала себя, полагая, что влюблена в того парня из гипермаркета, что встретила перед Новым Годом.

Вслед за этим воспоминанием накатывали и другие, как с нетерпением ждала каждого звонка тёмного мага, его настойчивые поцелуи и объятия делали меня счастливей. А моё желание сделать из него добряка?! Это вообще предел наивности и глупости. Рана на сердце ещё не затянулась, ведь вспоминая картину, где он находился в одной постели с другой девушкой, мне до сих пор становится неприятно, да и слова, что говорил тогда, всё ещё режут.

Мой наставник смотрел на меня щенячьим взглядом, не зная, что ответить, от чего я сильней злилась. Не назначь он тогда свидание, то и я бы не думала о нём, как о парне. Не сбеги он после яркого поцелуя, от которого мои губы стали красными и чуть припухлыми, то и не произошло всех этих событий. Да, я продолжаю винить в этом тебя, Ульв. Потому что именно ты заманил и исчез.

— Нет, — наконец, выдал он.

— Врёшь! — прокричала.

И как-то машинально моя рука дёрнулась, и в него полетела увесистая глиняная кружка. Послышался хруст, и осколки попадали вниз. На самом деле я не целилась в него. То, что придётся дверной косяк менять, это всё такие мелочи в сравнении с моей злостью и обидой, что я стала той самой девушкой, уводящих парней.