Капкан для лисички (СИ) - Синеокова Лисавета - Страница 31

— Какого характера, позвольте поинтересоваться? — голова ворона проделала путь по полуокружности и склонилась к другому плечу. Черные глаза ювелира изучающе смотрели на Романа.

— Обмен профессиональным опытом и, возможно, партнерство брендов.

Доктор Виргун изогнул бровь и неопределенно хмыкнул.

— Все мы знаем, что уровень мастерства у дуалов гораздо выше, если речь заходит о медицине и ювелирном искусстве. Ведь в нашем случае от подкованности мастера в своей профессии зависит даже больше, чем жизнь, а ведь и она сама по себе штука весьма ценная. Поэтому спрос на услуги наших предприятий весьма высок и среди людей.

— Другое дело, что не все люди могут позволить себе подобный уровень, — вставил Леонид Лаврентьевич.

— Уж не хотите ли вы, уважаемый Роман, предложить нам запустить что-то вроде массового производства и ориентации на количество? — нахмурился ворон.

— Ни в коем случае, Борис Игнатьевич, — заверил его пантер. — Я веду к другой мысли: почему бы нам не организовать программу по обмену опытом для молодых специалистов? Ведь знаний и умений много не бывает, верно? Особенно учитывая, как много зависит от мастерства дуалов-врачей и ювелиров. Начать можно было бы с наших общин, а затем, я уверен, подтянутся многие. Тем более, если опыт будет успешным, то председатель совета глав общин Франции вынесет этот вопрос на всеобщую повестку.

На несколько секунд над столиком повисла тишина. Официант, стоявший у барной стойки, встрепенулся и направился было к гостям, но один из них заговорил, и взгляд молодого человека снова соскользнул с четверки. Он обернулся к бармену, протиравшему стойку, и завел тихий разговор, не мешающий посетителям ресторана.

— Предложение интересное, молодой человек, но, будьте добры, обозначьте выгоду от этого мероприятия для нашей стороны, — произнес Златов.

— Выгода обоюдная и равнозначная, Борис Игнатьевич. Молодые специалисты или подмастерья получат возможность пополнить свой багаж знаний не от одного учителя, но, как минимум, от двух. А ведь у каждого мастера есть свои наработки и техники, которыми он делится с учениками. В результате общество дуалов получит более качественные услуги, а специалисты станут ориентироваться на постоянное самосовершенствование.

Дуал-медведь снова хмыкнул и поскреб гладковыбритую щеку. Глава местной общины задумчиво потер подбородок, а нахмурившийся ворон опять взял слово:

— Все верно, дорогой Роман. Все так. Но вы не учитываете некоторых злободневных реалий нашей жизни. Кто даст гарантию, что, проучившись год или два во Франции, мой ученик захочет вернуться на родину? Ведь свой долг он сможет с успехом исполнять и на чужбине. И что получится в итоге? Я буду брать учеников одного за другим, взращивать, вкладывать в него знания, а затем отправлять на стажировку, с которой он заведомо не вернется? Так мы, простите, дойдем до того, что придется за охранами во Францию летать.

Злотов по-птичьи дернул руками, будто крыльями.

— Мне кажется, Борис Игнатьевич, вы преувеличиваете. Во-первых, никто еще не отменял здоровую конкуренцию, а во-вторых, всегда можно оговорить условия стажировки. Например: по окончании специалист будет обязываться проработать на родине не менее пяти лет.

— И что помешает моему специалисту взмахнуть крылом спустя пять лет? Чувство долга? Ответственность? Может быть. Но, знаете ли, не у всех дуалов эти качества развиты в одинаково высокой степени.

Ворон повернулся к доктору Виргуну.

— А вы что скажете, Леонид Лаврентьевич?

Медведь довольно громко прочистил горло, откинулся на спинку кресла, сложил руки на животе и ответил, глядя на пантера:

— По большей части я согласен с Борисом Игнатьевичем. Утечка необходимых нам мозгов и рук более чем вероятна. Вы, Роман, предлагаете нам отправлять наших студентов на вашу территорию, где они сведут нужные знакомства и наведут полезные контакты. И я более чем уверен, ваши специалисты не будут против того, чтобы наши самые выдающиеся ученики стали их учениками на постоянной основе.

— Безусловно, такие случаи будут иметь место, но не так массово, как вам представляется, — сдержанно кивнул Роман. — К тому же, наши общины подвергаются равным рискам.

— Я бы поспорил, Роман, — прервал его Ростислав Красноярцев. — Мне что-то с трудом верится, что французским дуалам, студентам по обмену, повально захочется эмигрировать к нам. Уж извините, но условия жизни у нас с вами разные, и не в нашу пользу выйдет сравнение. Так что же воспрепятствует нашим молодым и перспективным дуалам оставить родную землю и в какой-то мере зависящих от них представителей диаспоры?

Лис вопросительно выгнул бровь. Все трое мужчин смотрели на месье Реверди с толикой вызова во взгляде.

— А как же связь с корнями и чувство долга перед отчеством? — улыбнулся пантер и постарался скрыть нервное движение хвоста под скатертью.

Из горла Бориса Игнатьевича раздался звук, похожий на приглушенное воронье 'кар'. Ювелир свел брови к переносице, сверкнул черными глазами и сказал:

— Знаете, молодой человек, это даже не смешно. Увы, но в наше время, даже при условии патриотического воспитания внутри диаспоры, молодежь очень поверхностно воспринимает эти фундаментальные категории. И многие из молодняка цепко ухватятся за возможность переменить место проживания на более привлекательное.

— Согласен с Борисом Игнатьевичем, — веско кивнул Леонид Лаврентьевич. — Выгода представляется мне распределенной неравномерно. Даже более того, нам светит больше потерь, чем выгоды, от такого сотрудничества.

Глава общины молчал и переводил задумчивый взгляд с одного собеседника на другого. Пантер обвил хвостом ногу. Он чувствовал, что переговоры зашли в тупик, и за благо будет поскорее их закончить, пока гипотетические партнеры окончательно не уверились в своей правоте и не переквалифицировались в оппонентов.

— Я понимаю ваши опасения, но уверен, можно найти выход, благодаря которому довольны были бы обе стороны. К примеру, выгодные инвестиции и мецентаство. Думаю, при наличии обоюдной заинтересованности мы придем к консенсусу. Мне кажется, стоит взять паузу, чтобы хорошенько обдумать эту идею. А к следующей нашей встрече я постараюсь, чтобы у меня были такие аргументы, которые убедят вас согласиться.

Роман Реверди улыбнулся. Открытая приятная улыбка располагала к молодому человеку, но трое его собеседников были слишком задумчивы и даже взвинчены, чтобы располагаться к ее обладателю.

— Да, думаю, пауза на осмысление необходима нам всем, — согласился лис и сделал жест официанту, чтобы принесли счет.

Тот выполнил пожелание клиента с завидной скоростью.

— Об этом не беспокойтесь, — обратился к Ростиславу пантер, накрывая рукой кожаную папочку со счетом внутри.

Пожав друг другу руки, трое дуалов покинули ресторан. Роман проводил их взглядом и позволил себе усталый выдох только после того, как за их спинами закрылась дверь. Беседа прошла не блестяще и даже не хорошо. Тетя Люси была права: тем сложнее вести дела с русскими, чем больше в них патриотизма и порядочности. Впрочем, для дуалов эти качества поощряемы всегда хотя бы потому, что в первую очередь они относятся к своим.

Вздохнув, пантер открыл ежедневник и стал набрасывать примерный список вопросов к Люси Мерсьер как к председателю совета глав общин Франции, а не как к тетушке, благословившей его, как казалось на первый взгляд, импульсивную и полную юношеского идеализма инициативу. Чтобы убедить дуалов старой закалки, нужны весомые аргументы. Значит, будут им весомые аргументы. Роман усмехнулся. Возможно, если убедить Ростислава Красноярцева, дело с другими акционерами крайне актуальных для здешних дуалов компаний пойдет бойчее.

Борис Игнатьевич Золотов смотрел, как проносятся улицы родного города мимо окна его такси, и хмурился. Еще чего! Отдать своих учеников, которых он выпестовал, как собственных детей, взрастил в них мастеров, неизвестным людям. Непонятно чему понаучат, да еще сманят. Да и с какой такой радости он должен делиться профессиональными секретами с залетными молодцами, от которых гарантированно не будет никакой пользы его родной общине, и еще неясно, не будет ли вреда? Плохая. Очень плохая идея. Категорически отвратительная.