Откровения Жрицы. Квинтэссенция (СИ) - Гюст Хелена - Страница 39

— Если кто-нибудь ещё вмешается, то в следующий раз буду целиться в голову! — зло прокричал Белиэрхан.

Пока тот отвлекался на воспитание собачонок, Заар не только успел подняться, но ещё и призвать мощь огня. Раньше не замечала, что он может так умело обращаться со стихийной магией. Меч, до этого горевший рыжим пламенем, усмирил свой пыл, превращаясь в обычную раскаленную красную сталь. Неприметные движения пальцами и щит невидимой оболочкой накрыл его тело.

Белиэрхан снова обернулся к брату и хищной птицей налетел на него с мечом в руках. Оружия скрестились с новым треском. Заар, немного отстранился, а затем, как разъярённый зверь, обтекая очередной выпад, приблизился и ударил кулаком по лицу соперника. Тот отшатывается.

Теперь настала очередь старшего брата из рода Аасэн совершать атакующие выпады. Его меч бил настолько сильно, что проходила лёгкая дрожь по земле. Учитель громко произносил заклинания на непонятном мне языке и совершал удары исключительно по оружию врага, даже не целясь в тело оного. Белиэрхан издавал истошные вопли, а из его меча словно что-то высвобождалось, поднимаясь высоко в небо белой дымкой. Один из малумнов завыл в призыве, и остальные полетели догонять эти маленькие облачка.

— Души невинных, что когда-то поглотил и поработил Белиэрхан, — спокойно прокомментировал Витем, отпуская меня.

— А малумны начали на них охоту, — догадалась я, вставая с холодной земли.

Заар продолжал наступать. Однако Белиэрхан быстро увернулся, повернувшись к нему спиной, и с локтя ударил в челюсть. Он стал падать, но ногой зацепил того, так что упали они уже оба. Мечи у двоих высвободились из рук. Заардан с прыжка наскочил на старшего брата и просто начал избивать, нанося удары по лицу.

Витем закрыл ладонью мои глаза. Оттолкнув его, снова открыла себе убийственную картину. Раз я теперь стала полноправной жрицей, мне придётся совершать нечто подобное, защищая целые две планеты. Хотя я против насилия.

Старик перестал двигаться, но Заар продолжал наносить удары. Захотелось крикнуть о прекращении действий, но отчётливо понимаю — если сейчас не убить Белиэрхана, то мы никогда не сможем прекратить войну с малумнами.

На мгновение даже отвернулась, продолжая слышать эти приглушённые удары. Нет, не могу всё-таки такое допустить. Заар стал откровенно звереть. Выражение лица поменялось. Я же стала чувствовать исходящую от него ту самую тьму, с которой и началось его отравление. Вспомнила те странные свитки. В очередной раз решила вмешаться. Ему нельзя позволить убить Белиэрхана. По крайней мере, не сейчас.

— Заар, остановись! — резко срываюсь на бег.

— Алина, стой! — очень недобро бросилось мне вслед.

— Заар, не надо! — падаю на колени перед ним и хватаю за окровавленные руки, превращающие постепенно всмятку чужое лицо. — Остановись! Ты слышишь меня?!

Маг взглянул на меня абсолютно чёрными глазами. Испугалась, честно. Даже Хнар не смотрел таким голодным, жаждущим убийства взглядом.

— Заар, — произношу сиплым голосом. — Прошу, не совершай этого.

Мужчина зарычал и резко встал, я же поднялась вместе с ним. Думала, что он, наконец, пришёл в себя, но хищный оскал, изуродовавший его злое лице говорил об обратном. Он крепко сжал моё плечо, а второй рукой прислонил к груди.

— О-оу, — только и смогла выдохнуть.

— Попрощайся с жизнью, жрица! — прохрипел в ответ.

Вспомнила, что во мне теперь живёт часть Ариадны, что безумно любила этого человека, несмотря на всё совершенное им зло. Что бы сделала она в такой ситуации? Ответ пришёл сразу на интуитивном уровне.

Оттолкнув его руку, приблизилась и обняла Заара. Озлобленный и неконтролируемый маг издал недовольный и протестующий рык, пытаясь отцепить меня. Ухватилась крепко, так что в этот раз не выйдет оттолкнуть. Он перестал дёргаться, а я слышала безумно бьющееся сердце, приходившее постепенно в норму. Тьма отступала, а его глаза становились прежними, притягательными и лукавыми.

Всё же обнимашки творят чудеса. Только не вздумайте повторять это дома. В моём случае произошло чудо и элементарное везение.

Спустя столько времени, никогда бы не подумала, что снова смогу вот так просто стоять с ним в обнимку. Сердце кольнуло от нахлынувшей обиды, но и тут же приходило понимание, что это просто не мой человек, никогда им не был и не станет.

Ну, спасибо тебе, Ариадна, теперь буду постоянно мучиться — и обижаться и прощать. Наверное, только сейчас я поняла, что такое слияние. Наши чувства, эмоции, воспоминания смешались. Возможно, чуть позже я и смогу окончательно простить его, но не в данный момент.

— Жрица, — хрипло проговорил, опомнившийся Заар. — Не мешай, — оттолкнул меня и повернулся обратно.

— Сволочь! — крикнула в сердцах. — Самая настоящая ты сволочь! — резко замолкаю, так как перед нами поднималось, пошатываясь, тело Белиэрхана с окровавленным лицом.

Старик зло и хрипло закатился в смехе. Мы же втроём не понимали происходящего. Точнее мы с Витемом точно не понимали, насчёт Заара не уверена, они же братья.

— Чтобы я не делал, как бы не старался, все выбирают нашего любимчика Заардана, — отсмеявшись, начал тот. — Такого молодого, перспективного, подающего надежды в политике, перспективного десницу для будущего короля Крхана Аасэна, а также умелого в магии, страстного, — выразительный взгляд на меня, — да, жрица?

— Насчёт последнего не могу утверждать, — нервно улыбнулась.

— Правда? — искреннее удивление. — Сдаешь позиции, братец, — крутится вокруг себя, что-то ища. — Но ничего, положение поправим. Да где же он?

— Ты же понимаешь, Белиэрхан, что с этой площади сможет уйти живым только один из нас, — Заардан говорил спокойно, но нотки неуверенности чувствовались в голосе, а может то простая усталость.

— Серьёзно? — насмехался старик, повернувшись к нам спиной, продолжая поиски. — А я думал, мы спокойно посидим за чашечкой крепкого ниара, да поговорим о проблемах. Как раньше. Как тогда, когда ты и Ариадна предали меня. Помнишь? — резкий разворот, и кривой посох с зелёной переливающейся сферой оказывается в груди Заардана. — Ах, вот он где был.

Я вскрикнула от неожиданности, машинально зажав руками рот. Маг схватился за посох, издав болезненный стон.

— Вы предали меня, я предал вас, — смеялся Белиэрхан. — Мы в расчёте. Теперь и ты станешь подчиняться мне! — надавил, и посох глубже вошёл в тело.

Заардан, раскинув руки в стороны, закричал. Старик произносил заклинания, рисуя в воздухе древние руны. Витем снова держал меня, подальше уводя от них. Вся зелёная дымка всасывалась в мужское тело. Я вырвалась из цепкой хватки с помощью магии, создав воздушный отталкивающий удар между нами, чтобы хоть как-то помочь. Споткнулась, но продолжила направляться к магу. Схватившись за кривую палку, почувствовала режущую боль. Капли моей крови стали падать на землю. С криком вырвала этот проклятый посох из груди. Но, как оказалось, было уже поздно. Вся ядовитая магия проникла в Заара, что обессиленно упал. Отбросив теперь ненужную вещь, стала вызывать ураган, чтобы смести этого злобного старикана куда подальше! Убить не убью, зато хоть покалечить постараюсь.

— Лучше бы ты дала ему меня убить, жрица, — злодейски засмеялся старик сквозь нарастающий ветер. — Всё кончено.

Меня затрясло от возникающих эмоций и чувств: гнева, обиды, злости на несправедливость. Заардан Аасэн — тёмный маг, преступник Эртха и вселенское зло. Именно так думала долгое время. По крайней мере, от всех титулов ему остался лишь тёмный маг. Он же не может умереть у меня на руках? Оказавшийся рядом Витем, коснулся меня и учителя рукой. Вспышка, и мы исчезли с этой проклятой площади.

Витем, перекинул Заара через плечо, и мы все вместе шагнули обратно в портал. Перед самым выходом на другую планету, обернулась. Несчётное количество малумном стремглав летели к нам, образуя одно большое чёрное облако, издающее многочисленные взмахи крыльев.

Возникшая мужская рука из портала, схватив за грудки, втащила меня на Орб. Вернувшись сюда, я раскрыла рот от удивления. Нет, шока. Даже это слово и близко не подходит к моему состоянию. Весь космический корабль был практически разрушен. Отовсюду свисали разорванные электрические провода, изредка падали железные части стен, решётчатых полов и прочей атрибутики. Взглянула наверх — крыши так вообще не было. Над нами возвышалось безоблачное ясное и явно вечернее небо.