Откровения Жрицы. Квинтэссенция (СИ) - Гюст Хелена - Страница 9

Девушка, пританцовывая в такт музыке, взмахнула флагами вверх, крутанулась, и резко присела на корточки, опустив и флаги. Машины взревели и рванули со старта, толпа вторила рыку двигателей.

Мы стояли далеко от финиша, поэтому не было видно, кто выигрывает в заезде. Через несколько мгновений послышался гудок, оповещающий о финише.

— И-и-и, — тянул ведущий, ждавший через мини гарнитуру цифры победителя. — И выигрывает в первом заезде номер тринадцать!

Крики, женские возгласы, свисты ликующей толпы разразились на всю улицу города. И снова заиграла оглушительная музыка.

Ром подошёл ко мне, протянув те самые листки, и дал ручку.

— Здесь, — показал на место подписи участника. — Это ознакомительные правила проведения заездов.

Расписалась, не читая. Глупо с моей стороны, но я уверена в своём друге и напарнике. Он не станет меня обманывать, к тому же сам внимательно читал всё, пока проходило соревнование между тринадцатым и семьдесят девятым номерами.

Ромальв Заильн навсегда останется в моём сердце как единственный верный и бескорыстный друг, как родной человек, ставший мне братом не только на словах. Даже не могу подобрать тех слов, что смогли бы описать то, как я им дорожила, словно в моих руках находился хрупкий тонкий фарфор. Признаюсь, мечтала с ним породниться, желая, чтобы сестра вышла за него замуж. Но… Вселенная, эта чёрная и холодная Вселенная, решила сделать всё по-другому.

— Здесь, — протянул второй лист, указав на линию подписи. — Отказ от претензий к Организаторам.

И тут с прищуром на него смотрю, и подозрительно так спрашиваю:

— А у меня не будет претензий?

— Может, и будут, но ты от них отказываешься, — поступил безразличный ответ.

— А если…

— Не спорь, а подписывай, — поступил мягкий приказ.

Надо, так надо. Ему видней, он вон вообще в межгалактический гонках участвовал. Только подписала, как снова подбежал тот самый парнишка и забрал листки, а нам, точнее Рому, отдал какую-то карту.

— Твоя карта участника, — сунул мне в карман моей лёгкой куртки. — Предъявишь судье старта.

— И-и-и, — послышался голос ведущего. — И победитель этого заезда номер семь.

Снова крики и свисты толпы.

— Шестьдесят шесть и девяносто девять, — весело проговорил ведущий.

А у меня сердце в пятки ушло, и руки похолодели. Я же одна за рулём буду!

— Выезжай на старт! — всполошился Ром, запихивая меня на водительское сиденье. — Не явишься в течение пяти минут, дисквалифицируют.

Выжала сцепление, нажала на педаль тормоза, повернула ключ зажигания, дождалась тихого сигнала от машины о готовности, продолжила поворачивать ключ и мотор завёлся. Включила первую скорость, мягко отпускаю сцепление и надавливаю на педаль газа. Машина плавно тронулась с места.

И вот я стою на линии старта, а судьи выравнивают наши спорткары, жестами командуя кому отъехать назад, а кому, наоборот, подъехать вперёд. Мотор гудит тихо, но я отчётливо слышу глухой быстрый стук. С запозданием понимаю, что это моё сердце. Ладошки вспотели. Это моя первая в жизни гонка! Лёгкая дрожь по всему телу. Живот чуть свело судорогой.

В самую неподходящую минуту в кармане завибрировал телефон. Нашли время звонить! Неделями ни от кого звонка не дождёшься, а тут начинается. Подняла трубку, забыв посмотреть на номер.

«Перчатки надень, чтоб руки не скользили, — раздался улыбающийся и уверенный голос Рома. — И да, мышонок, в бардачке лежит мини гарнитура для телефона. У тебя десять секунд, чтобы я мог быть постоянно на связи с тобой.»

От такого я чуть не расплакалась. Ром всегда знал, когда мне необходима поддержка. Он лучший из всех людей целого космоса. И сравнивать его с кем-то бессмысленно и унизительно, потому что таких людей судьба дарит раз в тысячу лет.

Между нашими машинами появилась Карина, послав водителям воздушные поцелуи и подмигнув глазом, пританцовывая, подняла зелёные флаги вверх. У меня второй раз отвисла челюсть. Лобовое стекло не было тонированным, и она прекрасно видела, кто сидит за рулём нашего фольксвагена.

Моё сердце таким темпом вскоре вообще остановится. Я слышу тихое дыхание Рома, и просто представила, что он сидит на пассажирском сиденье. Мне не нужны были какие-то слова, главное знать, что он рядом.

Карина резко присела на корточки, опустив флаги. Наши двигатели были заведены, поэтому быстро среагировав, стала работать активно ногами и правой рукой переключать скорости.

Первая. Стрелка быстро дошла до необходимого деления, и снова работа ногами, отпускаю педаль газа, выжимаю сцепление. Рукой переключаю скорость.

Машина чуть дёрнулась, и двигатель начал набирать обороты.

Вторая скорость.

Третья.

Четвёртая.

Гудок.

Мы с соперником стали тормозить. Странно, но только сейчас осознала, что я соревновалась. Настолько была погружена правильностью действий вождения, что и вовсе забыла о втором водителе. Но по-прежнему напряжена. Даже стекло опустила, чтобы услышать номер победителя в заезде.

— И-и-и, — ведущий. — И побеждает в этом заезде номер шестьдесят шесть.

Вот это да! Не верю! Не могу поверить, что мне удалось выиграть. Толпа, в частности девушки, заревела. Музыку сделали громче, но сквозь неё слышалось «Ром! Ром! Ром!».

Наверное, не буду выходить из машины. Хотя это очень странно, ведущий ведь зачитывал и машину с номером и водителя.

«Не обращай внимание, — сказал Ром, продолжая находиться на связи. — Заслужишь себе репутацию, и тебя будут узнавать по машине. Ты молодец. Возвращайся на место, а то стоишь одна, и не даёшь начать новый заезд.»

«Спасибо тебе, дружище, — искренне поблагодарила и разорвала связь.»

На город опускался красный заливистый закат, заметно холодало, отчего многие стали надевать куртки. Второй мой заезд был не таким удачным, как первый. Закончился, не успев начаться, потому что у меня произошёл фальстарт, и меня автоматически записали в проигравшие этого заезда. В третий раз получилась ничья. Четвёртый — проигрыш, пятый — снова выигрыш.

И вот настала очередь шестого заезда. Таким путём отбора я боролось за третье место. К этому моменту в моей крови бурлил азарт и адреналин. Мне казалось, что я сейчас порву любого соперника и выиграю. Даже научилась газовать на старте. Правда, за такое Ром меня отругал, добавив, что вызывающее и агрессивное поведение ещё никого не украшало. И стало стыдно, что поддалась плохому влиянию.

— На стартовую линию выезжают номер тринадцать и шестьдесят шесть, — прогремел уже подуставший голос ведущего.

Надо же, начала с плохих чисел и закончу на них же. И вообще, чего это я придираюсь к тому, на что раньше внимания не обращала.

Села в машину и повела её на старт. Там уже снова выбежали судьи и выравнивали наши автомобили по наиболее выступающей впереди части кузова.

Краем глаза заметила, что стекло со стороны водителя моего соперника опустилось, и собственно, сам соперник стал выразительно смотреть на меня. Я поступила также, опустив стекло только с пассажирской стороны.

— Как дела, малыш? — спросил он, подмигнув.

— У меня? — честно, не ожидала такого вопроса.

Парень не старше двадцати пяти лет расхохотался и снова подмигнув, продолжил:

— Как насчёт вместе проведённого вечера после окончания соревнований? — широкая предвкушающая улыбка.

Заманчивое, конечно, предложение, но он меня явно с кем-то перепутал. Показываю ему сидений палец, что сказал гораздо больше, чем могла бы я. К счастью, в этот момент подошла Карина, которую мне стало жаль, и даже перестала наблюдать за реакцией охамевшего соперника. Она тут целый день танцует без перерыва на обед, и главное ей нужно держать лицо.

В салоне раздался звук телефона, лежавшего на переднем сиденье, и высветилось имя «Ром». И как же он вовремя, это когда девушка, танцуя, подняла флаги. Пришлось поднять трубку, поставив разговор на громкую связь.

«Сделай фальстарт.»

«Что? Меня дисквалифицируют тогда!»