Серенада (ЛП) - Кибел Эмили - Страница 25

Почти теряя сознание, Лорелей перестала бороться. Она подумала о маме и словах, что остались не высказанными между ними со смерти ее отца. Ей было больно видеть маму снова, но было поздно. Это все было ошибкой. Ее глаза закрылись, тело сдавило, вода проникла в легкие. Холодная жидкость наполнила ее с покалыванием, но она пришла в себя, и боль утихла. Лорелей выпустила воду изо рта и вдохнула еще жидкости. Она услышала громкий вой в воде. Он становился громче, ранил ее уши. Она тут же узнала Песнь, но в этот раз она была сильной и понятной. Туман ослабил хватку, начал толкать ее к поверхности воды. Лицо Лорелей оказалось на воздухе, и она поймала на себе взгляды других женщин.

— Ты в порядке? — спросила Хелен.

— Не знаю, — Лорелей дрожала. Ее тело было уязвимым, словно ее избили. Она опустила голову и поняла, что ее кожа изменилась. Она была гладкой, как шелк. Как и у остальных, кожа Лорелей была перламутровой, поблескивала розовым и голубым на бежевом. Ток покалывал под ее кожей. Ее пальцы были заряжены силой. Она слышала Песнь над головой. Зеленый туман обвивал ее тело, но и удерживал ее по пояс в воде. Нежное лицо Лорелей обрамляли идеальные каштановые кудри, ее бирюзовые глаза сияли ярко, как у остальных.

— Думаю, все будет хорошо, — сказала Каллиопа. — Немного потрясена, но ты привыкнешь.

— Первый раз худший, — сказала Дейдре. — После пятого или шестого раза куда лучше. Просто не борись в следующий раз, и будет проще.

— Можно было сказать об этом заранее?

— Тогда ты могла отказаться, — сказала Каллиопа. — Но все прошло, а нам нужно спешить.

Хелен скользнула к Лорелей и сжала ее руку.

— Не забывай дышать, — сказала она. Лорелей не заметила, как оказалась под водой. Ее рука дернулась, они понеслись из бухты в океан. Песнь и шум воды играли в ее ушах. Хелен рядом с ней была пятном зеленого тумана. Она заставляла себя дышать в воде. Ощущение было неестественным, но она пыталась дышать ровно. Она смотрела на широкий простор тьмы вокруг них. Дно океана пропало из виду, и они полетели по странному миру света и тени. Страх сжимал сердце Лорелей, но она старалась доверять Хелен.

Они замедлились. Лорелей увидела свет солнца сверху, лучи проникали под воду, и солнце напоминало так свет в конце туннеля. Хелен ослабила хватку на руке Лорелей, их плечи поднялись из моря, они двигались размеренно. Лорелей откашляла жидкость в легких, вдохнула кислород. Хелен указала на рыбацкую лодку и сказала:

— Это место. Сюда нас позвали отвести душу из жизни в смерть.

Лорелей прищурилась и увидела лодочку, покачивающуюся на воде. Тучи собирались на горизонте, ветер усиливался. Женщины приближались, скользя, к серой лодке с каютой впереди и горой ловушек для лобстеров сзади. Морщинистый матрос был у румпеля, бросал приманки в ловушки, сверкая рыжей бородой. Сигарета торчала из его губ, он выругался, задев ладонью проволоку, торчащую из ловушки. Закончив, он прошел к борту и поднял якорь, а потом закричал:

— Спенсер, отпускай!

Подросток вышел из каюты, его растрепанные каштановые волосы прикрывали глаза. Он застегнул куртку и прошел по палубе к моряку, докуривающему сигарету. Мужчина выбросил окурок за борт и подвинулся. Спенсер открыл люк и вытащил длинную палку с крюком на конце. Лодка приблизилась к женщинам, моряк начал опускать ловушки в воду. Лорелей смотрела со страхом, зная, что для одного или обоих судьба решена.

Они работали в тандеме: мальчик склонялся и палкой цеплял ловушки, пока они проплывали. Каждая ловушка была соединена с веревкой, что тянулась под водой, чтобы он мог схватить ее. Веревка натягивалась, и ловушки всплывали, чтобы мужчины могли вытащить их. Они без слов опустошали некоторые ловушки, добавляли в них приманки и бросали обратно. Лобстеров взвешивали, клешни тех, кого они оставляли, скрепляли резинками, их опускали в ящик. Поглощенные работой, они не заметили женщин за ними.

Лорелей нервно ждала, желудок сжимался. Спенсер взял последнюю ловушку и поднял ее над головой. Он бросил ее в воду, раздался громкий плеск. Спенсер оказался за бортом. Его нога запуталась в веревках одной из ловушек, которую столкнули в воду. Он кричал о помощи, сжимал край борта, но тело тянулось в сторону из-за волн, и его ноги оставались запутавшимися в веревке.

Моряк выключил двигатель и побежал на помощь сыну.

— Держись, Спенсер, — он схватил мальчика за руку и попытался поднять из воды. Ловушка запуталась в водорослях, он не мог поднять сына. Он склонился, пытаясь распутать ногу Спенсера. Мальчик терял хватку на краю лодки. Его отец сжал его предплечье, он потянул Спенсера к себе, но не смог поднять. Они застряли: мужчина не мог отпустить руки Спенсера, иначе тот утонет, но не мог и освободить его.

— Пора, — сказала Хелен. — Дейдре, хочешь оказать почести?

— Я могу, — ответила Дейдре. — А вы справитесь вдвоем с другим?

— Да, мы им займемся, — сказала Каллиопа ледяным голосом.

— Хорошо, дамы, удачи, — Хелен повернулась к Лорелей и сказала. — Останься тут. Это много времени не займет, но ты сможешь посмотреть и научиться. Знаю, тебе будет не просто, но ты должна это видеть, чтобы понять.

Лорелей согласно кивнула. Хелен махнула, другие последовали изящно по воде к лодке. Туман засиял ярче, чем раньше, нити света пронзали тьму. Они окружили лодку, где мужчина еще пытался вытащить сына из веревок. Туман растекался, Хелен и Каллиопа подняли воду кружащейся колонной за собой. Их тела поднялись с колонной в унисон, пока они не оказались на уровне с лодкой. Без звука они прыгнули на палубу. Лорелей стиснула зубы и смотрела, дрожа, как женщины окружили двух моряков.

Большая волна ударила по борту. Ноги мужчины поехали, когда судно дернулось. Голова Спенсера ударилась о борт, его отец запаниковал. Спенсер потерял сознание, его тело парило, его нога все еще была привязана к ловушке. Каллиопа коснулась моряка. Он обернулся. Она была шедевром женской красоты, пустые глаза пронзали его. Его сын беспомощно покачивался в воде, но он не мог отвернуться от Каллиопы. Она раскрыла рот и запела мелодию со словами, которые Лорелей не понимала. Его рот раскрылся, он отпустил руки Спенсера. Хелен подошла к Каллиопе, они пленили его своим видом. Они отходили от края корабля, и он шел за ними в трансе.

В воде внизу Дейдре выглядела как ангел. Она повисла над водой, ее светлые волосы лились по спине шелком. Ее нереальное лицо смотрело на мальчика с любящей нежностью. Она покачивала его голову своими ладонями, вытащила его из воды подышать. Его глаза приоткрылись, он посмотрел на нее, а потом понял, где находился. Он огляделся, увидел, что чуть не утонул из-за ловушки, стал дико барахтаться. Спенсер сжал плечи Дейдре, чтобы выбраться. Ее лицо не дрогнуло, она убрала волосы с его глаз. Она запела, и Лорелей узнала песню, которой ее учила Хелен.

Туман и тени зря борются

С серебряными каплями,

А тихие волны бушуют,

Тихо поют на глубинах,

Успокаивают разум,

Утешают сердце.

Спенсер перестал двигаться и замер в руках Дейдре. Лорелей он казался ребенком, уснувшим под колыбельную матери. Волны покачивали его, как в колыбели, он закрыл глаза, устал бороться. Дейдре прижала его к своей груди, тихо напевала ему на ухо, пока его тело не расслабилось во сне. Она нежно опустила его в воду, его голова пропала под поверхностью моря. Спенсер открыл глаза, но не пытался плыть. Он выдохнул, пузырьки вырвались из его рта. Он вытянул руки и двигался как кусок ткани на волнах.

Лорелей видела мертвое тело в последний раз, когда сама пела. Она была потрясена виду трупа, которого утягивало все глубже в водную бездну. Его глаза были пустыми, жизнь в нем пропала. Хелен и Каллиопа отступили в воду. Моряк стоял на борту, одинокий силуэт на фоне темного неба. Чары сирен отпустили его, и он побежал за сыном. Он потянулся к ловушке палкой с крюком, потянул ее к лодке. Он закрепил веревку на борту, нашел нож и отрезал веревку от ноги мальчика. Он вытащил тело Спенсера из воды, оно безжизненно обмякло.