Конец или новое начало (СИ) - Че Наталья - Страница 40

Надеюсь, он действительно учит тому, что должен преподавать, а не придуривается, забивая мою голову псевдонаучным мусором…

Урок я отсидела внешне спокойно, хоть это и стоило мне немалых усилий.

А как только раздался сигнал к окончанию занятия, отправилась прямиком в деканат. Осталось уточнить еще один момент…

Интересно, а если я опаздываю или прогуливаю занятия, они… он… Ну, в общем, личины так и разыгрывают спектакль, но уже без меня? Или молча и неподвижно сидят, ожидая моего стука в дверь?.. От представленной картины мурашки жути вновь прогулялись вверх-вниз по моей спине…

— Девушка, не морочьте мне голову! — раздраженно глядя на меня поверх круглых очков, сказала наш методист.

— Группы 11е у нас нет, и никогда не было!

Ну, вот и все. Теперь я узнала все, что хотела.

Медленным шагом я пошла обратно к своей аудитории. Вошла со звонком и села на свое место.

— Пулло! — громко сказала я, обводя взглядом лица «одногрупников».

— Я все знаю, — мои глаза остановились на «преподавателе».

Наследник понял, что раскрыт, и снял со своих копий личины.

Все вокруг вдруг стали им. Нервно сглотнув от этой картины, я дрогнула, когда они все практически одновременно сделали какое-то резкое движение под столешницами парт, и с тихими «пуф» испарились.

В аудитории остались только мой муж и я. В каком-то смысле ничего не изменилось… Лучше об этом не думать!..

Молча, он подошел ко мне, вставать я не спешила.

Пулло отодвинул в сторону учебную парту и… И встал передо мной на колени!

Я закусила губу…

Никак не могу привыкнуть к тому, что у него совсем нет гордости!

Наследник сделал очень большие и умильные глаза. Кажется, они расширились на пол-лица.

— Прости меня! — сказал он, обхватывая руками мои колени.

Проклятье! Когда он так смотрит… Не могу злиться, физически не получается…

Я страдальчески вздохнула, растирая переносицу пальцами.

— Я возвращаюсь в свою старую группу. Больше чтобы никаких твоих копий поблизости. И никакой слежки под невидимостью! — строго сказала я.

Поняв, что буря миновала, Пулло в порыве чувств прижался лицом к моим бедрам, крепче стискивая мои ноги под коленями.

Спустя пол-вздоха, я почувствовала, как тело его дрогнуло.

Моя рука в этот момент замерла в ладони от его волос.

Вдруг, захотелось погладить их, узнать, какие они на ощупь…

— Если просить прощения всегда будет так приятно, то за хорошее поведение я не ручаюсь… — глухо пробормотал он мне в… Только сейчас до меня дошло, где сейчас находится его лицо…

Я вскочила на ноги, как ошпаренная.

— Т-ты! — мой подрагивающий палец указал в его грудь.

— Ты!..

Но дальше этого «ты» не пошло. Слов не было.

Кипя от негодования, я резко развернулась и сбежала в свою комнату в общежитии.

Надо ли говорить, что мои запасы успокоительного на следующий день вновь пришлось обновлять?

Такими темпами очень скоро у меня выработается привыкание…

Или к зелью, или к наследнику…

Краска голубая.

Все следующее возрождение луны наследник вел себя идеально, как и обещал.

Никакой слежки (по крайней мере, в радиусе действия кольца), никакого преследования и никаких подмен в моем окружении.

Я чуть расслабилась.

Но его сегодняшняя фраза, сказанная с тем самым взглядом огромных глаз, заставила меня вновь насторожиться:

— Я же был таким хорошим, выполнишь одну мою маленькую просьбу? — обезоруживающе-мило спросил Пулло.

Посомневавшись немного, я неуверенно кивнула.

— Если она мне не понравится, выполнять не буду, — тут же добавила я.

А то мало ли…

— Пойдешь со мной на праздник перелома? — спросил он с робкой надеждой в этих своих гигантских глазах.

Я только удивленно моргнула, это было неожиданно…

Разумеется, я собиралась пойти с ним, а как же еще? Мы ведь официально женаты.

— Конечно… — слегка растерянно ответила я.

Пулло просиял.

— Тогда приступим к подготовке! — воскликнул он, стремительно выходя из нашей общей гостиной.

Чего? Какая еще подготовка? Кажется, или только что меня провели на мякине?

Под подготовкой наследник понимал примерку целой кучи платьев, которая с горкой помещалась в тот самый, переданный его матерью, сундук.

Кстати, его содержимое он мне тогда так и не показал.

— Мама бывает такая шутница! — это все, чего мне удалось от него добиться.

Видимо, это у них семейное. Склонность к шуткам, я имею в виду.

Примерку было решено проводить в моей комнате, за ширмой.

Да, с недавних пор в моей комнате появилась ширма. Пусть у меня теперь есть кольцо, но с ней мне было как-то спокойнее…

Приглядевшись к платьям, я поняла, в чем был подвох этой просьбы.

Все они были, как бы это сказать… Не совсем платьями.

Каждому до этого гордого звания не хватало кому чего.

Кому — спины, кому — подола, кому-то — рукавов и доброй части спереди. Были и вообще возмутительные экземпляры из прозрачной ткани, или нечто непонятное из ремешков и веревочек.

Я вздохнула.

Можно было бы возмутиться, но сама ведь согласилась. Да и мода среди молодежи в последнее время под влиянием галанета довольно сильно изменилась. Стала смелее и откровеннее, даже среди крайне консервативных и целомудренных азари. И такие фасоны, хоть и были на самой грани приличий, все же изредка мелькали даже на официальных мероприятиях в древе…

Вспомнился дом… Как там поживает мама? После свадьбы она звонила всего пару раз, мне же самой запретил звонить отец… Мда…

Ладно, Пулло ждет, уже весь извелся поди.

Я выудила из кучи самый пристойный наряд, и началось…

Я даже вошла во вкус, кружась перед ним в разных платьях, и наслаждаясь искренним восхищением в его глазах.

Каждый раз он поднимал табличку с цифрой десять.

Ох, уж эти его странные и не очень понятные комплименты… Но, к ним я уже привыкла.

Очередное платье, полностью закрытое сверху, и с пышной юбкой-солнцем чуть выше колен, показалось мне каким-то не таким… Вот не знаю, вроде нормально, но на ощупь было какое-то несоответствие…

Кольцо молчало, и я, посомневавшись, все же надела этот наряд.

Как только я вышла из-за ширмы, со стороны наследника донесся сдавленный стон. И задышал он как-то… шумно.

Я недоуменно подняла брови. Во мне что-то не так?

Пауза затягивалась…

Чуть отдышавшись, Пулло некоторое время порывался что-то сказать. Он жестикулировал указательным пальцем в воздухе, но связное предложение получилось у него далеко не сразу:

— Не могла бы ты сказать «господин», пожалуйста?

И опять этот полный умильной просьбы взгляд.

Чего?..

Я преисполнилась самых черных подозрений.

— Что происходит? — спросила я у него, все больше хмурясь.

Пулло на удар сердца отвел взгляд, опять проводя пальцами по губам, а потом…

Я ахнула. Платье на мне изменилось!

Это же… Я застыла, с неверием глядя вниз.

Платье горничной! Он подсунул мне одежку для ролевых игр!

Да я… Да как…

— Ты! — снова вырвалось у меня, когда я шагнула к нему, сжимая кулаки.

— Можешь ударить меня, — невинно глядя на меня снизу вверх, сказал Пулло, протягивая мне то, чем, видимо, мне и предлагалось воспользоваться в целях избиения.

Машинально я взяла предмет в руку, и только потом посмотрела, что же такое он мне дал… Метелка для пыли… Я так и застыла с ней в руке.

Дыши, Ари, дыши! Ты привыкнешь, уже потихоньку начинаешь привыкать.

Все будет хорошо, главное — дыши… Я закрыла глаза.

— Примерка окончена! — отшвыривая метелку, сказала я, и ушла обратно за ширму.

В этот раз обошлось без успокоительного зелья.

Привыкаю помаленьку, чтоб его!

Краска синяя.

Я дулась уже целый день. Никак не могла отойти после вчерашней выходки мужа.

Не могла успокоиться, даже когда поняла, что и от этой моей обиды, Пулло умудряется получать некую извращенную форму удовольствия.