Жена для князя (СИ) - Истомина Ольга - Страница 49

— Ты не злишься? — только сейчас я заметила, что меня бьёт нервная дрожь.

— На магов? Злюсь ужасно. Надо было сразу учесть твоё предупреждение и принять меры, — жених уселся в кресло и притянул меня к себе, заключив в объятия.

— Нет, на меня, — смотреть в глаза Ису стало стыдно, и я уткнулась носом ему в плечо. — Можно ведь было решить всё мирно, а я сорвалась. Просто стоило увидеть Шена с этим камнем… внутри что-то щелкнуло. Сразу вспомнилось, что Шен захватил его из подземного хода. На память о наших приключениях и ещё как доказательство, что я обещала ему дракончика. А ещё вспомнила, как ты тогда удивился моему поведению. Мол, мне следовало счесть плачущего ребенка обузой, но ни в коем случае не жалеть и не пытаться утешить. Я знаю, что давно уже выгляжу по-другому в твоих глазах, но вот какой меня воспринимают другие? Не так давно мне было совершенно плевать, кто что подумает и что скажет. Вот только теперь этот замок стал моим домом, а значит, подданные должны видеть во мне хозяйку и защитницу, я просто не имею права оставаться равнодушной. Ты бы только видел, как кинулась ко мне Нила. И как споткнулась, словно врезавшись в невидимую стенку, когда её одернул Варун.

Я говорила и говорила, не в силах остановиться. Запал ещё не прошёл и теперь внутри меня продолжал пылать костер. Пожалуй, сейчас мне даже заклинания не понадобились бы, чтобы швыряться огнём, пламя и без того бежало по венам, лихорадя сознание.

— Бедная, бедная Риш, — сочувственно произнёс Ис и, совсем как маленького ребенка, отчаянно нуждающегося в утешении, погладил по голове. — Сколько же всего тебе не хватило в детстве, что ты так отчаянно пытаешься заслужить любовь сейчас. Причем сама же стыдишься этого желания, отчего мучишься вдвое сильнее.

Костер внутри погас и вся злость испарилась. Вместо неё внутри заворочалась глухая тоска, и невесть с чего запекло глаза. Ужасно захотелось уткнуться лицом в подушку и зарыдать. Глухо, отчаянно, оплакивая своё испорченное детство, сломанные мечты и отравленную веру в людей. А Ис пусть бы сидел рядом, продолжал гладить по голове и говорил, что все вокруг просто ошиблась и не знали, как им повезло познакомиться со мной.

— Кажется, мы отвлеклись от темы, — я часто-часто заморгала, дожидаясь, пока лицо жениха перестанет расплываться перед глазами. — Нам сейчас нужно решить, что делать с незавершенной проверкой. С этой парочкой больше не хочу иметь дело, да и сами они вряд ли вернутся. А новых магов ковен быстро не направит. Пока изучат отчеты Ларуна с Варуном, пока вдоволь обсудят, с чего это я зачастила писать письма и что такое у нас в княжестве творится…

— Значит, на этот раз письмо напишу я, — настаивать князь не стал и послушно сделал вид, будто не заметил, как я прячу слёзы. — Вряд ли тогда рискнуть обсуждать. В конце концов, как вы там говорите: что бы заказчик ни придумывал, лишь бы жалование в срок платил?

— Именно. Открою секрет: когда я только устраивалась на работу, Верита постоянно выспрашивала, какое ты на меня произвел впечатление, — я сделала паузу и окинула Иса оценивающим взглядом из-под опущенных ресниц. — И первое, чем тебе удалось меня заинтересовать, это размер зарплаты. Я даже готова была и дальше собирать паутину в подвалах, вылавливая несуществующих призраков, лишь бы ты продолжал платить за это, как за охоту на вполне настоящих упырей.

— Практичная Риш, — расхохотавшись, жених поцеловал меня в макушку. — И за что я тебя только люблю?

— Потому что я отличная ведьма. И если меня не любить, могу обидеться и запустить пульсаром. А ожоги от них заживают очень долго, в зависимости от злобности мага даже шрамы могут остаться, — с честным видом отчиталась я.

— Ведьма и проклятый — чем не отличная пара? — Ис улыбнулся, но с меня сразу рукой сняло всё веселье.

В отличие от князя, вполне смирившегося со своей судьбой, я по-прежнему не могла спокойно говорить на эту тему, и любое упоминание об оборотнях вызывало резкий приступ отчаяния и злости.

— До полнолуния оставалось совсем мало времени. Если верховный жрец не вернется, придется проводить церемонию в другом храме, — Ис покосился на окно, где на небе висела пока ещё белоснежная луна.

— Знаешь, день выдался такой насыщенный… Я, собственно, как раз спать собиралась, когда маги нагрянули, — неохотно вывернувшись из объятий жениха, я поднялась на ноги. — Поэтому вернусь к прерванному занятию. А письмо сочиним утром.

— Тогда спокойной ночи, — в глазах Иса отразилась досада, но останавливать меня он не стал.

Вопреки собственным словам, спальня значилась на последнем месте из числа тех, которые я собиралась посетить.

Помня о том, что Шен обожал сладкое, первым делом я заглянула на кухню и прихватила поднос с самыми разнообразными пирожными. Слуги к этому времени уже успели в красках обсудить инцидент с магами и то, как я вступилась за ребёнка, так что теперь жаждали высказать мне свою благодарность. Главный повар и вовсе едва в ноги не упал, причитая, что я уже второй раз спасаю его сына от неминуемой смерти, и ему жизни не хватит, чтобы рассчитаться за всё добро.

Сам Шен, как оказалось, уже и думать забыл о недавнем испуге, и, растянувшись поперёк кровати, с восторгом слушал рассказываемую Вэйли сказку. Сидевшая в кресле Нила умиротворённо улыбалась и что-то вязала.

— Сразу предупреждаю, если это будущий шарфик в благодарность мне — лучше ограничься устной формой, — сгрузив поднос на тумбочку, я ткнула пальцем в ярко-красный клубок.

— Вообще-то это будет шляпа. Мы ещё купим на рынке большую звезду для украшения. Вэйли как раз рассказывала, что маги на важные собрания надевают балахоны и шляпы со звёздами, — сев, серьёзно произнёс Шен. — А то какая из тебя ведьма без шляпы? Балахон только долго вязать, но я попрошу у папы фартук и покрашу в чёрной краске.

— Ну, спасибо, подруга, удружила, — прекрасно зная, что мальчик от своей идеи не откажется и станет носиться следом, пока не уговорит хотя бы примерить «обновки», я сердито уставилась на Вэйли.

— Сделала всё, что в моих силах, — целительница состроила рожицу, давая понять, что таким образом пыталась заставить Шена забыть страх перед магами.

«Зря пирожные принесла», — запоздало спохватилась я.

Впрочем, пропасть добру было не суждено. Мальчик не стал терять время зря и, пока взрослые болтали, поспешил снять пробу.

— Шен, ты что делаешь? А вдруг это не тебе? — выронив вязанье, Нила всплеснула руками. — Простите, он у меня такой непоседа!

— Что значит «не мне»? А кому тогда? — с детской непосредственностью изумился мальчик. И тут же повернулся ко мне за подтверждением. — Ришида, ты же мне принесла мои любимые пирожные с вишнями?

— Кому же ещё? — усмехнувшись, я потрепала его по волосам. — Только не наедайся сильно на ночь глядя, оставь что-то на утро.

— Утром папа свежие приготовит. Вы угощайтесь, пока не кончились, — Шен протянул нам поднос с надкусанными пирожными.

Покосившись на его перепачканную в креме мордашку, я испытала невольную грусть. Совершенно некстати подумалось, что у нас с Исом тоже мог бы родиться сын. И он точно также уплетал бы сладости, а мы бы смеялись, как забавно выглядит будущий князь с кремом на носу.

«Вот только этого никогда не будет. И Ису никогда не увидеть своего сына и не передать ему княжеского венца», — мрачно напомнил внутренний голос.

Больше в разговоре я не участвовала и, с трудом дождавшись, когда рассыпающаяся в благодарностях Нила уведёт сына, обернулась к подруге:

— Удалось что-то найти?!

— Если бы получилось, я бы сразу сказала. Прости, зря только надежду дала… — Вэйли виновато взглянула на меня.

— Да нет, я и не ожидала, что ты сразу решение проблемы озвучишь. Просто и намеку бы обрадовалась, — я заставила себя улыбнуться, после чего прибегла к испытанному приёму и широко зевнула. — Наверное, пора спать ложиться.

— Согласна, — а вот подруга зевнула уже по-настоящему. — Может, повезёт и как раз во сне нужная идея нагрянет.