Сорок апрельских дней (СИ) - Савенков Сергей - Страница 20

— Как, Облако? Ты согласен?

В подтверждение этих идей котёнок мяукнул.

«К тому же, какими бы красочными не были сны, здесь моя реальная жизнь. И здесь же — единственный друг, пусть не такой весёлый, как Мэйби. А значит, нужно ему помочь. Разбудить его чувства и сделать счастливым!»

Собравшись с духом, Кир сбросил с ног одеяло. Пальцы были обыкновенные, ровные. Как у всех.

Фух!

Впрочем, теперь всё понятно и без таких подтверждений. Уж слишком Мэйби похожа на Эйприл — не внешне, а поведением и разговором. Чего стоит фраза о белых барашках! Только во сне произнесла её не Эйприл, а я. И мать этого придуманного Кирилла исчезла при перелёте, как и моя.

«Да! Это не моё прошлое! Никогда этой истории не было!»

Завтрак снова был вкусным. Даже слишком: управившись с блинчиками пришлось доесть из банки весь кленовый сироп.

Облизывая ложку и закатив глаза в потолок, Эйприл сказала:

— А ведь у тебя в руке стоит штифт. После того падения с велосипеда, в тринадцать…

— На что это ты намекаешь?

— Так, ни на что…

— Смотри! — Кир продемонстрировал ей ровные пальцы.

— Знаешь, показывать ноги, когда другой ест, не слишком прилично.

— Сама напросилась… А велосипед тогда был не при чём. Одноклассники постарались…

Кир снова достал кристалл и уставился в изумрудную глубину.

Эйприл раздражённо хлопнула рукой по крышке стола.

— Встречать рассвет не пойдём. Для тебя есть сюрприз.

Кир оторвался от созерцания кристалла.

— Сюрприз? Как этот Олень? Доставай!

— Потом, после обеда. Нужно всё подготовить. Надеюсь, на складе найдётся то, что мне нужно.

— Естественно! — удивился Кирилл. — Разве бывает иначе? Если тебе что-то нужно, просто шагаешь на склад!

— Думаешь, там есть всё, что угодно?

— А разве нет?

— Нет.

Сюрпризом оказался трос, протянутый между опорами южной арки. К нему был прицеплен другой.

Как она ухитрилась сделать всё в одиночку?

— Время прыжков! — заявила Эйприл, а котёнок мяукнул.

— Я не хочу.

Не то, чтобы Кир боялся, он давно привык к высоте. Но в этом занятии не было смысла. Ведь он человек, покоритель Галактики! А по мнению девчонки должен прыгать, как обезьяна с лианой!

Хотя, генноморфированные обезьяны не прыгают с арок, а настоящие вообще давно вымерли. А с Эйприл ссорится не хотелось — она оставалась единственной нитью, связавшей его с реальностью, и обрывать её было нельзя. Иначе, правды ему никогда не узнать.

— Ещё чего! Прыгнешь, как миленький! Это даже не обсуждается. Что я, напрасно всё утро старалась! Сам говорил, что хотел прыгнуть с арки, но без верёвки. А может, когда-то и прыгал…

— Прыгал? Нет.

— Откуда тебе это знать?

Кир вдруг взорвался:

— Думаешь, смерть — это зло? Если сделал ошибку — такую, что не исправить, такую, что жить дальше незачем. Как тогда быть? Мучиться вечно?

— Как это, незачем жить? Всегда можно найти цель, в любом положении!

— Можно, конечно. Но я не об этом. Как быть, если главное ты уже потерял? И что делать с болью, которая съедает тебя каждый день?

— Ты сам создаёшь эту боль. Ничего непоправимого нет. В общем, дружок, полезай-ка наверх! А я догоню. Только прихвати с собой ещё кое-что.

Возле опоры валялась верёвка и подвесная система — такая же, как та, в которой он поднимался на «парус». Эйприл помогла продеть руки и ноги в лямки, а за спиной закрепила моток верёвки.

— Теперь можешь лезть.

Наверху ветра не было. Тишину нарушал лёгкий шелест меняющей конфигурацию арки. Воздух пропитали выжатые солнцем из трав, железа и пластика странные, но привычные ароматы.

Кир вытер пот рукавом — лезть с грузом было непривычно и сложно.

— Ну ты и копуша! — раздалось за спиной. — Лучше бы я сама затащила.

Спустя пять минут, Кир стоял на краю. Он повернулся к девчонке.

— Как думаешь, зачем люди создали общество, от которого тошно самим?

Эйприл пожала плечами.

— Люди — придурки… Но ты уверен, что это они его создали?

— Кто же ещё?

Снова пожав плечами, она подала ему трос:

— Не умничай! Прыгай, давай! Считаю до трёх!.. Раз!

Получив неожиданный толчок в спину, Кир полетел вниз.

Он хотел разозлится, но не сумел. Мир вращался, кровь прилила к голове, а в ушах свистел ветер.

Кир вдруг забыл о себе, и на мгновение всё изменилось. Ветер — из понятия, из слова «ветер», из кирилловых представлений о ветре, — стал настоящим. То же случилось и с небом, Солнцем, травой.

А после, рывок и болтанка…

Кир «вернулся». Всё стало, как раньше.

Вдоволь напрыгавшись, они уселись на пластиковом кубе под аркой, возле дремлющего океана.

— Знаешь, у тебя часто бывает такой пустой взгляд…

Девочка вздрогнула и немного смутилась.

— Я изучаю людей.

— В каком это смысле? Планета пуста!

— Планета, но не память Маяка. В ней есть картины, фильмы, записи с камер ГСН. А ещё, книги и музыка.

— И как ты их смотришь?

— Да так… Сижу себе и смотрю… Даже, когда с тобой разговариваю. И музыку слушаю.

— В плеере?

— Откуда мне знать? Плеер ведь реагирует на мысленные усилия. Захотел музыку, и она заиграла. Наушники одноразовые, внутриканальные. Отдерёшь — назад не прилепишь. Не хочу проверять…

— Ясно… — рассеянно произнёс Кир. Ему ничего было не ясно. В какой-то статье он прочёл, что мозг у девчонок — многозадачный, но посчитал это глупостью. Выходит, напрасно!

— Не знал, что тебя так волнуют люди…

— Вот ещё! С чего бы мне думать об этих пустышках!

— Зачем тогда их изучаешь?

— Маяк сказал, что я должна буду решить судьбу… — девочке в нос залетела пушинка, она смешно сморщилась и чихнула. — Фух… Судьбу человечества…

— Ты? — Кирилл посмотрел на веснушки, потом — на облезлое ухо, и не смог удержаться от смеха.

— Я, — заявила девчонка, без тени улыбки. — Вдвоём, вместе с тобой. В этом и заключается наше предназначение… Но сначала, ты должен решить мою.

Эйприл сматывала верёвки…

— Ну как? Что-то почувствовал? Я не напрасно старалась?

— Да.

— Что?

— Разве чувства опишешь словами?.. Смотри, Эйприл! Смотри! — Кир наклонился и вытащил из травы зелёный кристалл. — Опять! И как я его заметил? — он присоединил найденный кусок к амулету.

— Здесь упала слеза старика!

Кир повернулся к девчонке. Глянул в пустые глаза и не стал задавать вопросов.

Весь вечер мальчишка крутил кристалл. Не выпустил его из рук даже в постели. Теперь амулет напоминал букву «П». Стало понятно, что это — оленьи ноги и туловище.

Выходит, осталось найти ещё только две части: голову и хвост. И…

И неясно, что будет потом. Но наверняка, что-то важное!

«Может я вспомню, кто я такой или снова почувствую мир. Ведь в полёте это мне удалось».

Правда, сегодня Кир понял, что оказался в новой ловушке, в четвёртой. Ловушке по имени Эйприл.

«Если так пойдёт дальше, девчонка меня совершенно подавит! Она хитрая — знает, что ссорится я не готов. Понимает, что я от неё зависим. А выхода нет, вот в чём досада! Но как это глупо: будучи взрослым, подчиняться ребёнку!»

Утешало лишь то, что в случае Эйприл, возраст и внешность — скорее абстракция.

«Ладно, пора сбежать от неё к нормальной девчонке! Наверное, это обычная участь мужчин — общаться с красотками только лишь в снах!»

Повесив Оленя на грудь, он зажмурил глаза и был тут же проглочен явившейся Тьмой.

Маяк

Мэйби натягивает шорты, когда-то белые, а теперь — усеянные пятнами, на ещё не просохший купальник. Сверху одевает такой же замызганный топ. На ткани проступают мокрые кляксы. Купальник полузакрытый, и фиолетовая полоса через весь живот лишь добавляет пикантности образу.