Star Wars for the Avenger (СИ) - "Simon Phelps" - Страница 122

— Мы не тронем вас, жалкие смертные, — высокомерно заявляет жрица, — если вы отдадите нам одного лишь наемника.

Непривычное молчание, прерываемое шумом ветра над головами, нарушается спустя десять секунд, голосом Старка:

— Ты, конечно, хотела сама вести переговоры, красотка, но тебя что-то не видно. А эта мадам обозвала нас жалкими. Не могу не ответить. Я…

«Да, — саркастично отзывается Тея, — мы разве не собираемся вступать в диалог?»

«Не с ней», — спокойно думает Ева.

— …пока вы не сказали что-то еще, порочащее нашу великую расу, — скрипит зубами жрица, — мы напомним вам, что в наших силах уничтожить всю вашу жалкую планету одним махом.

— Смотрите-ка, она снова обозвала нас жалкими! — протяжно замечает Старк. — Красотка, ты так и будешь прятаться? Ты заварила эту кашу, не хочешь ее разгрести?

«Чего ты ждешь?!» — возмущается Тея. Ева едва ли может удержать ее эмоции под контролем — даже поглощенные внутри ее тела, скованные, они не дают ей расслабиться и рвутся на волю, как непокорный зверь. Эмоциям Теи Амидалы можно было бы дать отдельное имя. Буря.

«Терпение», — думает Ева. Он покажется им сам, иначе им придется вступить в бой с представителями родной расы.

На короткое мгновение ей кажется, что она просчиталась: Айеша не потерпела поражение в погоне за Стражами, не потеряла свой флот в попытках поймать Питера Квилла и его отца, не создала Адама и явилась сюда не с секретным оружием в козырях, а со своей малой армией, чтобы забрать себе положенное. Айеша дает знак своим подданным, те мгновенно направляют свое оружие на окруженных Мстителей и Стражей.

Тогда Ева берет дело в свои руки. Она накрывает людей куполом, тот искрится и светится на солнце, и суверены только теперь замечают сходство.

— Что это? — тут же восклицает их верховная жрица. — Как вы смеете! Вы используете энергию наших же батарей, чтобы защитить свои никчемные жизни?!

Прежде, чем она успевает напасть на Мстителей, прежде, чем начнется битва, к которой обе стороны не готовы, Ева взмывает в воздух и показывается на глаза Айеше.

— Что ты такое?! — вопит она. Она напугана до паники и дает знак своим подданным. Те стреляют без предупреждения, но Ева отмахивается от их выстрелов, как от мух.

— Ты покажешься сам или нам придется сковать твою мать и ее людей? — спрашивает Ева как будто у воздуха. — Мы не хотели бы прибегать к насилию. Оно ни к чему.

Тогда рядом с побледневшей Айешей проявляется прямо из ниоткуда мужской силуэт. Он обретает четкость, становится твердым, золотым, как его создательница. Он превращается на глазах у изумленных Мстителей и Стражей в Адама, сына Айеши.

— Добро пожаловать на Землю, — здоровается с ним Ева. На жрицу и остальных она не смотрит, опускается ниже, пока Адам взмывает вверх, и кланяется ему. Эти традиции были заложены в ней сувереном, что вытянул ее из тела Теи Амидалы. Эти традиции она знает с момента своего рождения.

Что Адама нисколько не удивляет, словно и ее существование он предвидел.

— Ты как я, — говорит он монотонным голосом, похожим на голос Евы, — но ты не я.

— Мы принадлежим параллельной вселенной, — отвечает Ева. — Мы как ты.

За ними наблюдают все в полном молчании — и Мстители, и Стражи, и даже суверены удивлены так, что слов не находится.

— Я предполагал, что такое возможно, — кивает Адам. — Я заметил изменения в ткани реальности, которые разгладились до того, как я смог выявить причину нарушений.

— Это был разлом, который мы восстановили.

— Какой ценой?

«Ценой всего», — думает Тея в глубине души Евы. Адам отмечает необычное поведение своего двойника, но ничего не говорит — возможно, он не уверен, стоит ли озвучивать вслух свои предположения.

— Вы необычны. Я думал, что я единственный в своем роде.

Тея отмечает, как легко и просто он перешел на «вы», словно выявил в Еве еще одну личность, спрятанную глубже, куда не доберется сознание смертного.

— Ты все еще единственный в своем роде. Тебя создала Айеша, верховная жрица суверенов, взрастив из своей ДНК в аннулаксном коконе. Меня же взрастил в себе человек, а вытянул из него суверен. Во мне меньше суверенного, чем в тебе, и все же мы похожи больше, чем ты думаешь.

— Ох-еть, — свистит раздражающий енот. Ева дергает рукой, и его рот запечатывает заплаткой из анаптаниума. Тея хмыкает внутри нее.

— Теперь наш мир умирает. Ты знаешь, что это значит, — говорит Ева.

«Откуда ему-то знать?!» — шипит Тея, но не успевает ничего добавить: Адам согласно кивает, поражая Амидалу.

— Вам следует вернуться к себе до того, как любая связь между вашим миром и этим исчезнет. Иначе вы погибнете здесь.

— Да.

— Охренеть, — второй раз ругается кто-то. Теперь уже Питер Квилл. Гамора, дочь Таноса, одергивает его за руку, чтобы и ему не запечатали рот.

Тея, в отличие от Стражей и Мстителей, не возмущается, словно она и так знала все заранее. Но Ева думает, что Тее просто наплевать на свою судьбу, пока ее эмоции запечатаны в ней, как в капкане. Или же она смирилась со своей участью еще в родном мире и теперь просто ждет конца.

— Нам нужна твоя помощь, — говорит Ева. — Вот почему мы призвали тебя.

— Вы призвали Стражей, а за ними уже — мою мать.

Тее думает, что Адам обижен, хотя суверену, выращенному в коконе, вряд ли подвластны такие низменные чувства.

— Мы не знали, как найти тебя. Но мы знали, как найти твой народ.

— Потому что это и ваш народ.

— Верно. И ты поможешь нам вернуться.

***

Тони Старк готовит разгромленный портал, вернее, то, что от него осталось — единственное кольцо и один заряд, которого хватит на первую вспышку, — к работе. Стражи соглашаются поучаствовать в этом «эксперименте», хотя Ева предупреждают их, что путешествие через сломанный портал не будет увлекательным приключением.

Питер Паркер и Тесса Холланд ждут в стороне, смотрят на все испуганными глазами, и сперва Еве кажется, что им страшно за себя. Но они удивляют ее, когда подходят к ней и говорят:

— Будь..те осторожны.

Ева хмурится.

— Питер наказал мне позаботиться о Тее, — упрямо заявляет человек-паук. — Чтобы она жила здесь, в нашем мире, свободной и здоровой. И… счастливой.

Он сам не верит в свои слова, понимает Ева.

— И была бы Тея Амидала счастлива в мире, где копия ее возлюбленного живет с другой, а ее настоящий возлюбленный умер?

Питер краснеет, трет шею рукой, второй сжимая ладонь своей девушки.

— А ты хочешь подвергнуть ее опасности! — добавляет Тесса Холланд. Она вспыльчивее своего молодого человека, но добрее, чем хочет казаться. Ева чувствует это. Чувствует это и Тея.

— Мы хотим вернуть все на свои места. И спасти наш мир. Иначе ваша реальность погубит нас.

— Так это правда? — хмыкает за спиной Евы Стив Роджерс. Она кивает ему, не оборачиваясь.

— Вы слышали слова Адама. Он не врет.

— Откуда же нам знать…

— Суверены не умеют врать.

Питер и Тесса усиленно кивают, чтобы подтвердить слова Евы. И когда приходит черед, они первыми за нее заступаются…

— Мы и Адам откроем портал, и нам понадобится Питер Паркер, чтобы отыскать нашу вселенную, — говорит Ева.

— А что насчет перехода? Он будет болезненным, — хмурится Ванда Максимофф. В этом мире она умеет создавать альтернативные реальности, и она знает, о чем говорит.

— Не просто болезненным, — соглашается с ней Ева. — Он будет невыносимым.

— Что? — ахает Тесса. — Мы на такое не договаривались! Питер, ты не пойдешь туда!

Но Питер качает головой, вытягивает свою руку из хватки девушки. Он смотрит на парящую над ним Еву и видит Тею. Лицо Теи, глаза Теи, ее руки и ее жесты. Разве может он позволить ей умереть, когда поклялся своей копии, что будет защищать?

— Я сделаю это. Я смогу.

— Ты выдержишь это, Питер Паркер, — говорит Ева.

Она могла бы добавить что-то еще, более утешительное и подбадривающее, но не добавляет. Времени почти не осталось.