Star Wars for the Avenger (СИ) - "Simon Phelps" - Страница 143

— Ничего, что не способна была бы отдать! Да я же… — она взмахивает свободной рукой (вторую Питер зажал в ладони и не отпускает) и смотрит на Паркера испуганным, но раздраженным взглядом. — Ох, Питер, что же ты…

— Чтобы Майлз остался жить в нашем мире и не исчез, — поясняет Питер, — его портал должен быть открытым. Всегда. Я знал об этом, когда отпускал Тею к суверенам, но не думал, что она предложит себя в качестве хранителя.

— Что? — ахают все, даже мистер Старк. Лишь Стрэндж остается невозмутимым, будто знал наперед обо всем.

— Вот, почему суверены не предложили сотрудничество, — кивает он, ловя взгляд Питера. Все-то вы знаете, док.

— Потому что они уже решили передать Тее энергию своих батарей, — припечатывает Паркер и снова злится. На свою девушку, так безалаберно предлагающую себя золотокожим ублюдкам, на себя за бессилие перед ней. Тея дергает его за руку, тянет к себе.

— Питер, послушай, я всего лишь…

— Ты всего лишь хочешь вернуть себе силы, и защита портала для Майлза вовсе не первостепенная задача для тебя!— перебивает он. Амидала хмурится, должно быть, совсем запутавшись, но Питер мотает головой. — Я не хочу, чтобы ты шла на такие жертвы ради меня.

Накатывающий волнами ропот, идущий от остальных, Питер почти не слышит. Он смотрит на Тею сверху вниз, тяжело дышит и хочет лишь, чтобы она поняла его.

— Ребята… — неуверенно зовет их Шури. — Что происходит?

Они молчат. Питер колеблется — он уже не считает такой хорошей идеей говорить при всех о сделке Амидалы, Тея тоже растеряна и почти плачет. Она прижимает свободную руку к дрожащим губам, в глазах стоят слезы.

— Я знала, что суверены вернут мне силы, если я предложу им такой план, — тихо говорит она, объясняя, скорее, все это Питеру, хотя прячет от него взгляд. — Майлз останется с нами, его портал будет под моей защитой. Я хочу этого, я сама. Не ради Майлза.

— Ради меня, — договаривает за нее Питер, ни на кого не глядя. Он видит бледное лицо Амидалы, стискивает ее руку. — Ты хочешь вернуть себе силы ради меня. Я слышал это, я знаю.

— Да, — соглашается Тея под шепотки вокруг них. — Что в этом плохого?..

И только теперь Питер осознает, что Тея осведомлена обо всех аспектах своего положения. Что она точно понимает, на что идет. О, Господи…

— Мистер Старк, — зовет Паркер, тихо, так что его голос едва слышен.

— Да,пацан? — тут же отзывается тот, голос эхом разносится по онемевшему залу.

— Скажите… Закон о Мстителях, он все еще действует?

— Да.

Тея хмурится, кусает нижнюю губу. Питер не отрывает от нее взгляда и обреченно выдыхает:

— Ты и я, мы… Нам придется открыть свои лица миру. Ты подвергнешь свою семью опасности. Твои родители, Кирк и Селеста. Тея, ты не можешь делать из них мишень.

Он наблюдает за слезой, стекающей по щеке девушки, и не может поднять руку, чтобы стереть ее. Вместо этого стискивает ее пальцы своими и ждет, что до Теи, наконец, дойдет весь смысл, который Питер вкладывает в свои слова.

Он не готов принять от нее такую жертву.

Девушка сокращает расстояние между ними, стирая его совсем, и прижимается своим лбом к подбородку — теперь разница в росте у них гораздо заметнее; должно быть, он и правда вытянулся за те полгода, что ждал Тею.

— Это ничего. Они поймут. Мы что-нибудь придумаем, Питер.

Они так заняты собой, что не замечают, как Тони Старк открывает рот и порывается что-то сказать, как Пеппер шикает на него: «Позже, Тони, оставь их!», как Майлз, замерев между Мишель и Недом, испуганно бледнеет.

— Это неправильно! — сипит Питер. — Я не соглашался на такое, и ты не можешь просто закачать в себя анаптаниум и прийти, как ни в чем не бывало, потому что…

— Но ведь это мой выбор, — перебивает его Тея. — Мой. Я хочу быть с тобой рядом и прикрывать твою спину.Каждому супергерою нужен свой тыл. И я хочу быть твоим.

От эмоций у него перехватывает дыхание. Он готовился к этой речи и знал, что хочет сказать всем вокруг и Тее особенно, но теперь его голова пустеет, ноги становятся ватными, и все, что он помнит, это имя Амидалы. И то, что он любит ее. Но сейчас этого не достаточно.

— Ты жертвовала собой слишком долго, — еле слышно говорит он. Настал мой черед.

Тея поднимает к нему взгляд и хмурится.

— Мистер Старк сказал, что если это мой осознанный выбор, я могу решать за нас обоих, так что…— Питер, наконец, касается пальцем влажной дорожки на щеке Амидалы и стирает ее. Потом смотри в зал, на притихших друзей: на своих двойников, на двойников Теи, на Мстителей, готовых принимать его в свои ряды снова и снова.

— Я хочу уйти, — говорит Питер Паркер, так громко, чтобы его слышали все. — Я хочу оставить пост Мстителя и отказаться от человека-паука.

Все вздыхают одновременно, так что голос Теи почти теряется во всеобщем изумленном гуле.

— Ты не можешь! — восклицает девушка. — Питер, только не так!

Она заставляет его обернуться, посмотреть на себя. Она снова плачет, уже не скрывая этого совсем.

— Ты не можешь перестать быть человеком-пауком, это для тебя все!

Питер качает головой. Грустно улыбается своей девушке, решившей в какой-то момент, что геройство будет для него важнее нее. Когда-то, может быть, так и было, и Питер винит себя в том, что позволил себе так думать. Что позволил Тее так считать.

— Один раз ты отказалась от своей мечты из-за меня. Один раз я подвел тебя и обманул, нарочно выбрав человека-паука, а не тебя. Это было мое худшее решение. Больше такой ошибки я не допущу.

Тея прижимает руку ко рту, слезы бегут по ее щекам. Даже теперь, с покрасневшими глазами, с неравномерным вакандским загаром и волосами, от влажности и жары торчащими во все стороны, она красива. Питер смотрит на нее и не чувствует ни сожалений, ни сомнений. Он поступает правильно. Так, как должен поступать настоящий мужчина.

— Мне не нужно быть супергероем, если для этого придется принять твою жертву. Я не хочу так, — он касается кончиками пальцев лба Теи, проводит по ее виску, где все еще заживает синяк после кораблекрушения и пыток суверена. Прижимается своим лбом к ее, чувствуя, как дрожит девушка. — Хоть раз позволь мне решать за нас обоих. Я выбираю тебя.

Кажется, плачет не только Тея. Расчувствовавшись, всхлипывает Шури. Майлз за спиной Питера и Теи чуть ли не ревет в голос, ойкая на плече Мишель. Гвен прячется за Гарри Озборном, хмурится Тесса Холланд. Пит рядом с ней кивает своему старшему двойнику — так держать, приятель! — Эндрю поджимает губы. Должно быть, вспоминает свою Гвен Стейси и жалеет, что у него не было шанса сказать ей то же самое, что говорит сейчас Паркер.

Питер не замечает их, не смотрит по сторонам. Он берет Тею за подбородок, поднимает к себе ее заплаканное лицо. Улыбается.

— Я люблю тебя. И я хочу быть с тобой. И неважно, от чего мне нужно отказаться. Ты сделала для меня так много, что моих усилий будет недостаточно, чтобы доказать, что я достоин этих жертв. Тея, пожалуйста… Просто позволь мне…

— Нет-нет-нет, — стонет Амидала. Мотает головой, вспыхнув, сжимает лицо Питера обеими руками. — Ты не простишь себе, если… Ты ведь говорил мне когда-то, что не сможешь так жить. Когда ты владеешь такой силой и не используешь ее…

— …то всегда будешь виновен в том, что не предотвратил, — хрипя, договаривает Питер, прекрасно помня свои же слова. Он говорил это годы назад Тони Старку. Он говорил это Тее. И как же тогда ему хотелось, чтобы девушка поняла и приняла его принципы! И как же теперь ему хочется обратного.

Он закрывает глаза. Сердце Теи бьется гулко, ровно, прямо напротив него, и он чувствует это всем телом. Она больше не беспокоится, потому что все решила. Почему с ней так сложно…

Питер думает, что никогда не привыкнет к этому.

— Ты не откажешься от человека-паука, — говорит она. — И я не откажусь.

— Нет, но мы оба!..

Питер захлебывается словами — Тея встает на носочки и резко, без предупреждения, целует его прямо в губы на глазах всех их друзей. Они не поступают так, не демонстрируют свои чувства на людях, но сейчас Паркеру кажется, что вокруг никого нет: в голове шумит, в ушах стоит гул, сердце бьется, как заведенное, и губы Теи, горячие, очень, плавятся на его губах, язык становится ватным. Руки стискивают ее руки, в коленях — одна вода. Питер обвивает Тею за талию и отрывает от земли, прижимает ее к себе, сдавливая, уж точно, до синяков.