Чернокнижник в Мире Магов (ЛП) - "The Plagiarist / Wen Chao Gong" - Страница 1065

Сейчас, когда война мелькала на горизонте, было самое время для огромного урожая верующих. Лейлин видел много людей, которые рыдали и раскаивались за миску овсянки, а затем, не раздумывая, присоединялись к церквям.

«На севере их редко можно было встретить, но сейчас, когда кругом война, они все вдруг собрались здесь. Мысли людей и богов очевидны...» – размышлял Лейлин.

Конечно, среди них было много разных священников. Например, Лейлин смог заметить небольшую группу святых воинов и наемников, направляющихся на север.

«Это паладины и священники Бога Правосудия, Тира. Они спешат на поле битвы от своего имени... – рассуждал Лейлин. – Боги человеческих фракций, как правило, занимают самые нейтральные позиции. Как Бог Правосудия мог позволить своим собственным последователям участвовать в битве не от его имени? Что за нелепая внутренняя борьба за власть…» – Лейлин засмеялся.

Для него, однако, это был шанс.

Глава 918: Победа врага.

«Манеры за столом­» были очень важны. Даже Лейлин нуждался в чем-то, чтобы скрыть убийство Кассли, а эти крупные знатные семьи часто тщательно расследовали такие вещи.

Из-за расовых конфликтов правители разных человеческих государств послали свои армии на помощь северу. Тем не менее, даже самые свирепые армии могли только отодвинуть линию фронта поближе к Йоркширу. В принципе, хоть с ними, хоть без них – не было практически никакой разницы.

Для паладинов, направившихся на север в одиночестве, это было трагедией. Лейлин не стал зацикливать на этом свое внимание. Достаточно скоро стража Йоркшира вернулась к Лейлину с условиями, которые выдвинул город.

Лейлин и дворяне могли войти внутрь, но его армия должна была остаться снаружи. Таковы были их условия. Лейлин просто пожал плечи и спокойно принял эти условия.

Наплыв дворян вызвал огромных рост цен в Йоркшире, до такой степени, что они стали непомерными даже для дворян. Конечно, для тех, кто обладал властью, были и свои преимущества. Лейлину предоставили бесплатную роскошную виллу.

Он встретился с маркизом Лансетом, о котором был уже наслышан.

– Барон Лейлин, я давно хотел познакомиться с редким волшебным гением севера! – у Лансета были серебристые завитые волосы и обычная внешность. Когда он увидел Лейлина, даже морщины на его лице разгладились. Очевидно, перед тем, как встретиться с ним, он провел тщательное расследование.

– Я чрезвычайно благодарен маркизу за великодушие, особенно в такое время, когда север попал в руки врага! – поведение Лейлина поразило маркиза. Большинство гениев были высокомерными, но Лансет не заметил ничего подобного за Лейлином.

Кроме того, ему не доставало упрямого мышления и апатии, столь характерных для волшебников, и вместо этого он, скорее, больше походил на ученого. Его поведению могли позавидовать даже некоторые гроссмейстеры, уроки которых стоили огромных денег.

Лансет налил Лейлину бокал темно-красного вина, выглядя опечаленным:

– Прежде чем мы перейдём к официальным обсуждениям, я хочу рассказать барону кое-что относительно севера...

– Сильвермун пал? – глаза Лейлина сверкнули, когда он равнодушно перебил его.

Рука Лансета на мгновение замерла в воздухе, в результате чего поток вина прервался на какое-то время. Затем он сел перед Лейлином так, словно ничего не произошло, серьезно взглянув на него:

– Похоже, у вас есть свои собственные разведывательные каналы, барон ... Да, действительно, Сильвермун пал. Вчера...

...

Днём ранее, на севере. Город Сильвермун.

Будучи главным советником Сильвермуна, ученый Бюрен, который был, как премьер-министр, с беспокойством наблюдал за Алустриэль. Она выглядела уставшей, ее брови нахмурились. Это было душераздирающее зрелище.

Если на мгновение отбросить её реальный возраст, и судить о ней, исходя из ее умственного возраста и внешности, то судьба города находилась сейчас в руках маленькой девочки. Ученый Бурен считал это слишком жестоким.

Хотя Алустриэль имела отличную репутацию и обаяние, она не была компетентным лидером. Стресс войны практически сломил ее.

– Нет, Богиня еще не дала мне ответ! – Алустриэль закончила свою медитацию, и морщины на её лбу стали отчетливее.

Богиня Плетения, будучи великим богом, была краеугольным камнем, поддерживавшим существование Сильвермуна. Однако сейчас она отвергала все молитвы и просьбы Алустриэль о помощи, ясно давая ей понять свою позицию.

– Это не просто какой-то мелкий бог. Неужели даже могущественная Мистра бросила нас? – видя это, даже такой могущественный легендарный волшебник, как Бюрен, почувствовал жуткую горечь.

Рёв!

Крики зверей вдалеке доносились до дворца, заставив Алустриэль резко измениться в лице.

– Снова начинается. – вздохнул Бюрен. Открылись телепортационные врата, и Алустриэль с Бюреном оказались на городских стенах.

– Да здравствует Ее Величество! Да здравствует Ее Величество! – при виде ее, боевой дух городской стражи воспрянул. Теперь они были полны надежды.

В последние несколько дней Алустриэль, как Избранная Богини, проявляла свою мощь. Только император орков, Саладин, мог сразиться с ней.

«Но королева – просто лидер, битвы не входят в её обязанности. Борьбой с высокоранговыми Профессионалами противников должны заниматься военные волшебники!» – вздохнул Бюрен. Хотя Алустриэль и обладала огромным обаянием и силой, она все еще была слишком неопытной.

Бюрен наблюдал за построением орков под городскими стенами. С ними были огромные осадные машины и ужасающие бегемоты, что сделало его еще более беспокойным. Даже со всеми своими магическими предметами, а также высокоранговыми и Легендарными волшебниками, они всё ещё находились в невыгодном положении.

«У нас слишком мало людей ... лишь немногие из Альянса Сильвермун пришли нам на помощь, а солдаты, разосланные с приказами, так и не вернулись с людьми. Вернулись меньше половины городских стражников, способных взять на себя самые суровые миссии...»

Бюрен подумал над этим, а затем снова предложил Алустриэль:

– Ваше Величество, ситуация стала совсем плохой. Пожалуйста, подумайте над моим предложением!

– В этом нет необходимости. Я не могу бросить своих людей, тем более в такое время! – Алустриэль решительно перебила Бюрена.

– Смотрите! – она указала вниз. – Здесь осталось еще так много моих людей, так много тех, кто верит в меня. Как я могу бросить их и уйти?

Лицо Алустриэль покраснело, и огромная сила вырвалась из её тела. Рафиния тихо посмотрела в сторону королевы из толпы. Мощные энергетические колебания излучались наружу, а золотой свет, сияющий на её теле, заставил ее почувствовать приятное тепло.

– Это милость? Нет! Это ... Это массовый бафф! – Рафиния покраснела, и ей казалось, что сейчас она способна убить даже дракона.

Лицо Алустриэль стало бледным. Даже при поддержке масштабных магических заклинаний, такой большой импульс все еще был очень сложным. Для этого ей даже пришлось использовать божественную силу. Однако она не выглядела хрупкой. Раздался молодой девичий голос:

– Мы добьёмся победы!

– Победа! Победа! Победа! – взревело несметное количество воинов.

Рафиния была тронута, а ее глаза сверкали блестящими слезами. Когда она наблюдала за паладинами вокруг, чьи лица были такими же раскрасневшимися, в её глазах вдруг вспыхнула твердая решимость; Она чувствовала, что действительно выбрала для себя лучший путь.

«Это и есть справедливость! Борьба за благополучие и счастье! – Рафиния крепко сжала кулаки. – Лейлин ... Когда-нибудь он обязательно осознает свои ошибки и пожалеет об этом!»