Путь Избранной (СИ) - Виор Мирослава - Страница 27

Когда я открыла глаза, все в округе выглядело как после падения метериорита: поваленные обугленные деревья в радиусе нескольких десятков метров, выжженная земля, откуда поднимались струйки дыма, и множество кучек пепла.

И это сделала я?! — оторопело думаю и понимаю, что вернула контроль над собой. Однако отчаяние и страх от осознания себя в качестве беспомощной марионетки, наблюдающей, как твое тело, а главное столь опасный магический дар, как взрыв, использует кто-то посторонний, сильно отпечаталось в моем сердце. И вызвало опасения, что я знаю о Тэлуме не все или — и что гораздо хуже — кто-то преднамеренно скрыл от меня информацию о способности артефакта полностью контролировать Избранную.

— Тея Елена, с вами все в порядке? — аккуратно взяв меня за руку, вопрошает появившийся Охотник.

— Да, — неуверенно произношу я и оглядываюсь назад. Все целы, все живы. И направляются ко мне.

Объятья, рукопожатия, попытка проверить мое состояние с помощью магической диагностики и мой категоричный отказ от подобной процедуры, возгласы радости — каждый бурно радовался прекрасному завершению сражению с наемниками.

— Ты героиня, Лена! Я восхищаюсь тобой! — восторженно говорит Беллавия и обнимает меня.

— Нет, наш герой — это Стейдмонд! Он нас спас, а не я! Его нужно благодарить! — и разомкнув объятья с целительницей, и я выражаю искреннюю благодарность за спасение и открытое восхищение умом, ловкостью и смелостью герцога. И не я одна, все последовали моему примеру и выразили ему свою горячую благодарность за свое спасение.

— Спасибо, — немного смущенно благодарит воин и смотрит только на меня. — Надеюсь, теперь я заслужил поцелуй Избранной, — и, не ожидая моего ответа, он целует меня. Нежно и бережно. И мне такое отношение к столь тонкому делу пришлось по душе.

Когда наше лобызание закончилось, я аккуратно положила пальцы на скулу синеокого мужчины и исцелила его от синяка под глазом.

— Так-то лучше, — любуясь аккуратно проделанной работой, говорю я и еле успеваю увернуться от нового поцелуя светлого мага, быстро подставив щеку под такой удар. — Нам не стоит этого делать снова, — тихо прошу его, понимая, что еще один поцелуй может перерасти в нечто большее, чем просто симпатия и… я могу влюбиться в герцога, а дальше все пойдет по наклонной: я начну с ним встречаться, далее приму его предложение, а после навсегда откажусь от возврата на Землю и больше никогда не увижу родных.

Нет, не бывать этому! Мне нужно лучше держать себя в руках! И я отхожу от прекрасно сложенного герцога на безопасное расстояние.

— Сейчас устроим небольшой привал, а дальше обыщем лагерь и добьем выживших, — приказывает командир Кейв Инверс, беря в расчет особую мстительность наемников и полагая такими действиями полностью пресечь новую возможность нового нападения бандитов. А затем возвращает себе позаимствованное на некоторое время наемниками его же оружие.

Когда каждый вернул себе свои вещи и оружие, а некоторые из них — совсем малая часть — не были отданы нам бандитами — мы устроили пир на весь мир. Разумеется, это был простой обед, состоявший из каши с мясом, горячего тонизирующего напитка с булочками, но после вынужденной голодовки он показался нам самым лучшим и изысканным на всем континенте. А простая вода стала поистине ценным эликсиром, которому каждый член группы воздал должное.

Во время нашего обеда, мы узнали о том, когда и при каких обстоятельствах Стен успел вступить в ряды наемников. Оказывается, он слышал когда-то подобную историю от дедушки, всеми уважаемого воина и мудрого мага с большим жизненным опытом, и решил повторить ее. Его расчёт основывался на неожиданности для всех вызова главаря на дуэль чести. И, разумеется, о нашем незнании о его вступлении в банду, ибо он сидел в клетке только с раненным охотником на нечисть. Аграду он даже смог дать обезболивающее из потайного отсека своего медальона — подарка матери в честь его вступления в ряды магов войск Светлого королевства — и тем самым на время облегчить его страдания. А далее он ночью под предлогом желания спасти свою жизнь потребовал встречи с главарем, назвал ему неверные координаты Тэлума (горы Эйгв, находящиеся чуть западнее горной цепи Монсэ) и взамен стал членом банды.

Поиски выживших не дали никаких результатов, ибо от лагеря ничего не осталось: моя мощная взрывная волна пологостью уничтожила этот обитель зла и порока. Но мы не исключали возможности, что кто-то все-таки выжил и спрятался в лесу, но поиск на прилегающей к разрушенному лагерю местности занял бы слишком много времени. К тому же, прислушавшись к разумному доводу Охотника, что после таких последствий моего взрыва оставшиеся не захотят рисковать своей жизнью и преследовать нас, все единогласно признали бессмысленность поисков выживших наемников и окончательно отказались от их проведения.

Сверившись с картой и используя навигационные приборы, было определено, что мы серьезно отклонились от первоначального маршрута. Теперь, чтобы вернуться на исходную позицию, где произошла наша стычка с наемниками, необходимо сделать серьезный крюк через густые заросли Темного леса, отмеченные красным цветом, обозначающие особую опасность возникновения частых разломов в этих местах. Однако иного выхода не было, и выжившие после сегодняшних событий члены отряда, не теряя зря времени, продолжили экспедицию по поиску Тэлума.

Пробираться сквозь плотные заросли Темного леса было нелегко. Идя по плотному слою мха и опавшей листвы, ноги постоянно проваливались в пустоты, образованные плотно сплетенными наземными частям корней. С веток свисали клочья травы, которая царапала кожу и жутко пахла, а чрезмерно большая плотность деревьев заставляла в буквальном смысле протискиваться между их искривленными темными стволами. В лесу постоянно слышались какие-то неприятные звуки, очень напоминающие вой, крики детей и жалобное мяуканье, что в совокупности с тусклым серым светом и практически полным отсутствием солнечных лучей, не бывших способными пробиться сквозь густые кроны деревьев, добавляло тревожности и заставляло каждую минуту ожидать нападения какой-нибудь твари. По крайней мере, я от всей окружающей обстановки получила только такие эмоции, остальные были спокойны или же просто тщательно срывали свое беспокойство.

Еще до захода солнца мы заблаговременно остановились в относительно безопасном месте. Относительно безопасным оно было по той простой причине, что здесь практически не слышались звуки обитателей Темного леса.

Костер ярко пылал, даря тепло и приятно разбавляя сгущавшиеся вечерние сумерки. А после того, как я подбросила собранный мной хворост, он разгорелся еще ярче, отбрасывая причудливые блики на окружавшие его предметы. Я завороженно смотрела на этот сгусток света, прислонившись спиной к дереву, и думала о том, что никогда не была настолько счастлива и печальна одновременно. Счастлива от того, что жива и цела, что живы и целы члены моей группы, к которым за время нахождения в экспедиции я успела привыкнуть и по достоинству оценить их храбрость, ум и человеческие качества. Печальна от того, что этот и без того трудный и ужасный день омрачился смертью Аграда Друмма… Жаль его, ведь у него была семья, дети, родители, друзья. Жаль, что мы не смогли его спасти… Он погиб из-за этих поисков артефакта, как, скорее всего, погибла и часть нашей группы на болоте, оставшаяся сражаться с кикиморами, как погибли и люди на трактате еще в самом начале экспедиции. Столько смертей и все из-за одного артефакта! Магического шара из голубого полупрозрачного материала! А ведь после всех смертей, произошедших из-за него, он должен окраситься в красный, в цвет крови умерших ради него! Раз он может подчинять меня своей воли, так почему же он просто не указал свои точные координаты и не заставил перенестись к нему?! Если он может посредством Избранной создавать взрывы огромной силы, почему же он не может просто перенести Избранную к себе? Неужели он не способен это сделать без личного контакта? Без всех этих прикосновений и «создания устойчивой связи», как указано в «Книге Избранных»?! Неужели для артефакта подобной мощи это так сложно?! Тогда все были бы живы! Все! А мне не снились практически каждую ночь кошмары всех пережитых в экспедиции ужасов!