Берсеркер. Сборник. Книги 1-11 (СИ) - Сейберхэген Фред - Страница 151

Откуда-то сверху двигалась Элли Темесвар, ее перемещение свидетельствовало о том, что гравитация на большинстве участков направлена под прямым углом к той поверхности, на которой стоял Тупелоф. Она прямо как истинный спортсмен перебиралась с одного витка на другой. Элли первая добралась до того места, где стоял Тупелоф.

Тайное сообщение Ломбока, которое Тупелоф просмотрел до того, как они покинули Солнечную Систему, не обвиняло ее в пособничестве “хорошим организмам”, но и не утверждало обратного. Хотя Секретарь поверил ее рассказу о похищении, и со времени ее спасения не изменил своего мнения. В конце концов Тупелоф сам похитил одну из матерей Микеля, так почему бы берсеркерам было не похитить другую?

– Темесвар! – сказал он. – Вы уже были здесь, не так ли?

– Вы хотите спросить, тот ли это самый Тадж, который я описывала? Я думаю, это так, хотя я понимаю, о чем вы хотите спросить. Здесь все не совсем так, как я описывала тогда.

– Да, сейчас здесь все отнюдь не похоже на то, что я себе вообразил, исходя из ваших описаний.

– Нет, нет, я чувствую, это то же место. Такое ощущение, что я в доме, в котором бывала, но в другой комнате.

– В доме моего отца много комнат.

Темесвар не очень-то поняла, что хотел сказать Тупелоф. Она глянула на него с удивлением, но тот уже смотрел на приближающегося Маркуса – набор ящиков двигался осторожно по поверхности ленты, похожей на гусеницу. Энергетическое ружье посверкивало в металлических руках. А почему бы и нет? Тупелоф не отдавал приказов оставлять оружие на орбите, хотя видимой нужды в нем явно не было.

– Ну, как, полковник? Какие воспоминания в вас пробудились?

Ответ Маркуса был слышен и по радио, и разнесся в воздухе:

– Никаких. Все, что было во время той миссии, для меня словно подернуто непрозрачной пленкой. Но верно одно: это Тадж, хотя из рассказов Элли я представлял его по-другому.

Элли медленно оглядывалась. Потом она сказала:

– Прошлый раз нас изучали, я уверена. Тогда было странное чувство давления, противостояния или чего-то подобного.

Тупелоф слушал внимательно.

– Вы раньше никогда не упоминали об этом. Противостояния чему, кому?

Маркус тоже приблизился к Тупелофу и начал тестировать прозрачную твердую ленту под его ногами на состав. Элли наконец сказала:

– Вы поймете, что я имею в виду, если все повторится на этот раз. Я не знаю, как это объяснить словами.

– Вы думаете, что должно все повториться?

– У меня чувство, что все сделано специально для нас – воздух, гравитация. Затем... Потом должно быть что-то. Я не знаю, но чувствую. Мы должны подождать.

– Может быть, вспомнить о Последнем Спасителе? – спросил Тупелоф. Ведь Элли служила в Храме.

– Эта мысль ни к чему не ведет.

Вглядываясь в искривленное пространство, Тупелоф увидел некоторый атмосферный эффект – вокруг отдельных участков изогнутых лент было мерцающее радужное сияние. В тех местах, где ленты перекрещивались, возникал эффект рефракции. Когда глаз Тупелофа встречал голубой или зеленый цвет, все выглядело весьма обычно. Но для одного цвета в ящике, знакомом Секретарю, не было подходящего слова.

Иайнари уже двигался навстречу – по тому же маршруту, что и Тупелоф. Ученый тоже нагнулся над лентой, стал проводить ее анализ.

Темесвар помогала Маркусу, затем ей пришла в голову какая-то мысль. Она сделала жест рукой, выразив намерение поговорить с Тупелофом без свидетелей. Тот включил канал двухсторонней связи.

– Когда мы выберемся отсюда, мы полетим домой?

– Во-первых, неизвестно, когда и как мы выберемся отсюда. Во-вторых, у меня есть задание, и я вряд ли могу сбежать со службы.

Она вздохнула:

– Я не знаю, что думает экипаж. Шесть лет – долгий срок. Я, конечно, не буду бунтовать. И Фрэнк с нами, конечно.

И вновь Тупелоф испытал приступ любопытства:

– Я могу понять Маркуса. Для него – это своего рода реванш. Он не признается, что однажды потерпел поражение. Но вы...

– Когда-то я отказалась от сына. Затем встретилась с людьми, которые не знали его, но ценили, – она встретилась глазами с Тупелофом. – Вы сами порой воспринимали его так, будто он – Бог.

– Может быть, – эта мысль приходила к Тупелофу порой во сне.

– Потом я встретила его... – лицо Элли изменилось. Она подняла руку так, как будто давно утраченный Микель бежит к ним по переливчатой жемчужной ленте.

Маркус повернулся к ним, настроил свои линзы. Тупелоф, в свою очередь, настроил лицевое окошечко в скафандре на увеличение.

На расстоянии в несколько километров – было трудно точно сказать, на каком именно – зеленые лохматые точки четко выделялись на фоне изогнутой дорожки в пространстве.

– Я думаю, это – деревья, – сказала Элл и, переключив радио на общую систему контактов.

– Деревья, – тон, с которым Маркус произнес эти слова, свидетельствовал о его недовольстве. Окружение, подобное этому, могло породить даже деревья, но ничего не добавить к разгадке тайны.

Взгляд Тупелофа был направлен по ленте-дороге, на которой росло то, что было похоже на деревья. Затем его взгляд устремился дальше. То, что он увидел, вызвало у него крик изумления. Секретарь сначала даже не поверил своим глазам. Ему захотелось даже чтобы кто-то еще посмотрел туда. Но все были заняты чем-то еще и не видели, поэтому после паузы Тупелоф произнес:

– Мне кажется, там люди. Они идут в нашу сторону.

Иайнари оторвался от тестов. Без сомнения, он подумал, глядя на Тупелофа, что у того начались галлюцинации. Но Фрэнк Маркус подтвердил, что увиденное не мираж:

– Я вижу их. Это действительно люди. Их около двадцати. Все они без скафандров. Такое впечатление, что они идут в обычной одежде.

– Сэр, мы навели на них телескоп, – в наушниках у Тупелофа раздался голос его помощника, оставшегося на КАРЛСЕНЕ. – Они без сомнения земляне. Данные визуального наблюдения введены в компьютер – двое уже опознаны, – они – члены экипажа “Гонфалона”.

Тупелоф вспомнил, что “Гонфалон” – название одного из исследовательских кораблей, посланных в Тадж, о судьбе которого до сих пор ничего не было известно.

Тупелоф не мог потом вспомнить, кто отдал приказ людям с ДЖОАН КАРЛСЕН пойти навстречу. Может быть, он сам?

Вместе со всеми, он пошел навстречу людям. Серая лента послушно ложилась под ноги, гравитация удерживала их на крутых виражах.

В наушниках вновь раздался голос помощника:

– Сэр, они явно не очень рады видеть вас. У них довольно больной вид. Сэр, в середине группы робот...

Скафандр Тупелофа, а также скафандры других издали сигнал тревоги, извещающий о близком расположении берсеркеров.

– Назад, на корабль, быстро...

Прежде чем Тупелоф договорил свой приказ, он понял, что в нем уже нет необходимости. И еще он понял – уже поздно.

Силовые течения несли его в центр Таджа. Микель обнаружил это довольно быстро. Он точно не знал, что ищет.

Хорошо было бы приблизиться к Таджу, осмотреть зону, не входя в нее. Осмотреть более подробно зону этих серых лент, застывших в необычной форме в космосе. Может быть у него возникнет желание улететь от Таджа как можно дальше? А может быть, и нет.

Используя память Координатора, Микель почувствовал, что перед ним новая разновидность чего-то хорошо знакомого. Именно это он видел с помощью “Ланселота”, когда впервые надел костюм. Микель вспомнил, что один из техников упоминал тогда название “Тадж”. Сейчас он это вспомнил с необыкновенной ясностью. И вспомнил еще, что на Земле знали очень мало об этой зоне.

Зато Тупелоф, а, может быть, и берсеркеры знали, что Тадж связан с появлением Микеля на свет.

После успешного завершения своей миссии в безжизненном небе Элиайн, Микель взял курс на Коре. С самого начала его встретили космические бури, тяжелые течения. Радиационные потоки сопровождали его. Высились облачные громады различных форм материи, истекающие прямо из центра Коре.

Материя разнилась – от солнечной плазмы до неистощимых фонтанов жидкости, которая, как известно, обычно существует в галактических протоках.