Берсеркер. Сборник. Книги 1-11 (СИ) - Сейберхэген Фред - Страница 376

Брабант посмотрел на Сандро с сожалением.

– Эй, доктор Задор очень стойко держится. Действительно стойко.

Сандро встрепенулся:

– Спасибо. Охранник:

– У вас с боссом общее горе. К большому сожалению.

Под давлением собственных горьких чувств Кенсинг нередко забывал, что пропала новая жена премьера. А ведь верно, что у него с премьером общее горе.

– Где Майк? — неожиданно спросил он телохранителя.

Тот попытался вспомнить, но пожал плечами:

– Он поссорился с отцом несколько месяцев назад и уехал. Залетал сюда, но это было давно.

– А где же он теперь?

– Семья не посвящает меня в свои дела.

– Я-то думал, что встречу его на борту яхты. Его отцу понадобятся хорошие пилоты.

– Эй, хороших пилотов у босса хватает. Даже лучших, чем Майк.

Кенсинг приподнял брови:

– Но ведь не многие находятся здесь?

– Но тот, который находится на борту, действительно хороший пилот.

Брабант с довольным видом, что владеет информацией, посмотрел в сторону коридора и добавил:

– Может, увидите его.

– Да? Говорите, что он представляет собой нечто ценное?

– Совершенно верно. Его зовут Фрэнк Маркус. Полковник. Это его последнее звание, о котором я слышал. В отставке.

На какое-то время Кенсинг даже забыл о личных переживаниях.

– Маркус? Вы говорите...

– Точно. Знаменитый человек... Мне сказали, что недавно — да, перед нашим полетом сюда — его поставили управлять яхтой.

– Боги космических полетов!.. Я думал, я полагал, что полковник Маркус умер несколько десятков лет назад.”

– Не говори ему это, малыш. Извините. Я хотел сказать, что это было бы не совсем дипломатично, мистер официальный представитель Иматры.

И телохранитель рассмеялся.

Кенсинг покачал головой. Полковник Маркус по общепринятым нормам уже считался стариком, поскольку уже столетие, и даже больше, фигурировал в межзвездных легендах.

Сандро помнил рассказ, что Маркус еще в молодости лишился своего органического веса в какой-то аварии. Или это случилось в схватке с берсеркерами? — С тех пор его тело из-за своего бессилия находилось в ящиках. Кенсинг, расценил это как просто забавный факт.

– Эй, знаете, что я узнал, мистер Кенсинг? — Брабант слегка понизил голос.

– Что же?

Суть истории, поведанной в клинических деталях восхищенным телохранителем, заключалась в том, что Маркус, имея ранг одного из лучших космических пилотов в истории Солнечной системы, пару месяцев назад получил должность главного инструктора полетов, отказавшись от постоянной работы в качестве личного пилота премьера Дирака.

Вскоре беседа перекинулась на другую тему. И вдруг оборвалась. Что-то... нет, кто-то, должно быть, сам полковник шел к ним, покачиваясь, по коридору от отсека управления.

Если бы Кенсинг не знал, что полковник находится на борту корабля, он принял бы эту фигуру за слугу-робота. Он увидел три соединенных между собой металлических ящика, каждый высотой по колено, а вместе размером не более человеческого роста. Ящики сохраняли подвижность по отношению друг к другу, и с помощью колесиков, сделанных из полифазного вещества, осуществлялось постоянное плавное изменение их положения.

Из переднего ящика послышался голос, механически воспроизводимый, но очень похожий, на человеческий — самодовольный, даже надменный:

– Привет, Брабант! Я хотел бы увидеть шефа, когда он освободится.

Кенсинг, размышлял о том, что могло бы случится, если бы ему пришлось сделать официальное рукопожатие, посмотрел в окуляр и представился:

– Полковник Маркус? Очень приятно. Я — Сандро Кенсинг, друг Майка, сына премьера.

– Да, я слышал о Майке, но не имел случая познакомиться с ним.

– Что премьер собирается делать? — Кенсинга очень волновало это.

– Это не секрет,— заверил ящик.— Мы собираемся преследовать машину-убийцу.

Это Кенсинг и надеялся услышать. Что-то внутри, близко к сердцу, внушало надежду, что удастся догнать злодея, который утащил Анюту. Сначала выяснить, что произошло. Затем вступить в сражение с чудовищными неживыми средствами, натворившими столько бед.

И вот перед Кенсингом стоял единственный человек, у которого были реальные возможности сражаться. Это Фрэнк Маркус, который служил во всех вооруженных силах галактики, кроме Тамплиеров. И был теперь пилотом яхты премьера Дирака.

Кенсинг решительно сказал.

– Полковник, если вы преследуете берсеркеров, я с вами.

– Да? — говорящие ящики зазвучали с заинтересованностью, но без особой уверенности в слова Сандро.

– Я и доктор Анюта Задор собирались пожениться через месяц. Более того, я — инженер, который учился и работал в оборонных сооружениях. Участвовал в предварительном проектировании колониальных кораблей.

– Есть боевой опыт?

– Нет.

– Впрочем, это может не иметь большого значения. Многие из нашего экипажа не воевали. Если вы квалифицированный инженер оборонительных сооружений, возможно, шеф захочет вас оставить.

Чуть позже Брабант, очевидно, получивший указание премьера по невидимой связи, проводил Кенсинга в офис.

Попав в комнаты апартаментов Дирака в первый раз за годы отсутствия, Сандро снова отметил, что были сделаны определенные изменения в отделке. Корабль теперь меньше стал похож на судно, больше на деловой офис.

В центре самой дальней комнаты стоял большой письменный стол. Деревянный. Хотя поверхность заставлена множеством электронных дисплеев. На столе также лежали настоящие бумаги. А за столом восседал настоящий человек. Премьер физически был некрупным. За два года, что они в последний раз виделись, в премьере произошли едва уловимые изменения, которые Кенсинг с трудом мог разглядеть.

Волосы Дирака имели серо-стальную окраску. Густые и вьющиеся от природы, они красиво обрамляли его широкий лоб. Глубоко посаженные серые глаза выглядывали из-под тяжелых бровей подобно разбойникам, приготовившимся к выходу из пещеры. Кожа и мускулы казались упругими и молодыми. И вместе с седыми волосами сбивали с толку в определении возраста Дирака. В руках он вертел нож с острым лезвием, в котором Сандро узнал антикварное приспособление для вскрытия писем. Голос у Дирака — выразительный актерский бас — звучал мягче, чем с экрана.

Когда Кенсинг вошел в кабинет, премьер разговаривал с довольно симпатичным молодым человеком, изображение которого передавал самый крупный на столе экран. Этот человек, имеющий на воротнике знаки отличия пилота, говорил:

– ...глубоко сочувствую, сэр.

– Спасибо, Ник.

Муж, потерявший жену, внешне сохранял контроль над собой, как это часто бывало и в других сложных обстоятельствах, хотя внутренне явно испытывал стресс.

Премьер поднял голову и кивнул Кенсингу. чей сопровождающий уже удалился, закрыв за собой дверь.

Кенсинг начал:

– Премьер Дирак, не уверен, что вы...

– Да, конечно, я помню вас, Кенсинг. Друг моего сына, он называл вас Сэнди. Майк всегда высоко ценил вас. Итак, вы делегированы, чтобы объяснить мне, что здесь происходит.

– Да, сэр.

– Вы потом отчитаетесь подробно. И вы участвуете в проекте колонизации, кроме того, вы — жених доктора Задор. Очень сожалею о том, что случилось. Ужасные дела здесь творятся.

– Да, сэр. Выражаю вам свое сочувствие. От себя и от жителей всей Иматры.

Дирак принял соболезнования, коротко кивнув головой.

– Майка нет со мной сейчас, заметил он.

– Говорят, он в далеких путешествиях, сэр? .

– Да. В очень далеких. Премьер указал на экран:

– Не думаю, что вы знакомы с Ником, не так ли? Николас Хоксмур, архитектор и пилот. Работает на меня.

– Мы не знакомы, сэр.

Дирак коротко представил их друг другу. В глазах старика промелькнули слабые веселые огоньки.

Формальная часть закончилась, премьер взглянул на изображенного по пояс Николаса Хоксмура:

– Продолжайте.

Ник спокойно отчитывался:

– Я ничего не мог сделать, сэр. Я... почти... перед самым последним взрывом оказался на борту курьера. Но не успел. Ничем уже нельзя было никому помочь.