Я не вернусь (СИ) - Репина Авдотья - Страница 5

— Что ты делаешь? — с улыбкой спросил Роук.

— Буду тут спать, — невозмутимо ответила я. Плащ Кира был все еще у меня. Да и спать под открытым небом мне приходилось очень часто.

Дружинник ничего не ответил, ушел к костру.

Когда я жевала свой скудный ужин, то почувствовала, что за нами наблюдают. Это чувство развил во мне учитель в процессе охоты на монстров. Я притихла и позволила телу воспринять окружающий мир. Хищники. Справа от меня. Повернула голову — краем глаза заметила огоньки в траве.

Мягко спрыгнула с повозки и подлетела к Киру, чем вызвала негодование среди дружинников.

— Князь, за нами следят долинные волки, — сказала я ему торопливо.

Кир вскакивает, а я показываю ему на горящие глаза животных, которые находятся пока еще далеко от нас. Их манит запах лошадей. И женщин. Князь озвучивает воинам нашу проблему, те хмуро на меня посматривают. Да, от меня есть толк, но я же хилая женщина.

— Если разожжем еще костры, то нас могут увидеть кочевники, — произносит Дуи.

— Лучше сражаться с людьми, чем с животными, — говорит Роук.

И то, и другое для нашего небольшого отряда чревато серьезными потерями.

— Сворачиваемся и идем ночью, — приказывает Кир, его поручение исполняется мгновенно.

— Кир, варвары могут напасть и днем, как только мы сделаем привал. Варвары приручают долинных волков, чтобы те изводили людей по ночам, — говорю я князю в полголоса.

— Не лезь не в свое дело, женщина, — отрезает он и толкает меня в сторону повозки.

— Но, Кир, мы можем умереть, а волки… — не успеваю договорить, потому что Кир хватает меня за горло, больно тянет вверх.

— Для тебя я князь, женщина. Князь! — он готов придушить меня, только моя высокая стоимость не дает ему сделать этого. Демоны! — Иди к повозке, женщина, и не высовывайся.

Волки идут за нами, дружинники и лошади устали, дорога изводит и меня. Наконец, нам попадается пещера, где можно укрыться и отдохнуть. Мысль неплохая. Нет, просто отличная. Как только повозка останавливается внутри пещеры, наваливаюсь на ее колесо и засыпаю сидя. Меня грубо будят, толкают палкой в бок, я пытаюсь отбиться, палка с треском ломается. Лои, что стоит рядом с обломком деревяшки, очень бледен, его собратья, которые сидят у небольшого костра, гогочут, Кир по-прежнему хмур.

— Иди сюда, женщина, — говорит князь холодно. Покорно плетусь и опускаюсь рядом с ним на колени. Так ведут себя рабыни.

— Что ты знаешь о равнинных волках?

— Они теряют след, если уйти по воде. По-другому они от нас не отстанут, волки могут преследовать дичь неделями. И особенно их привлекает запах женщин. Скорее всего, они учуяли нас еще в горах, и шли по пятам, я заметила их только недавно.

Кир молчал, а я рассматривала его лицо. И зачем природа сделала его настолько красивым? Это не утонченное изящество, как у Роука, не грубая привлекательность Реи. Нет, Кир был красив без сравнения с чем-либо. Он был просто красив. Даже когда князь хмурился, лицо оставалось великолепным. Он отошел и заговорил с Реи.

Пока дружинники занимались лагерем, я нашла момент, чтобы снять сапожки и отряхнуть их. Неподходящее время выбрала, прямо скажем. Кир схватил меня за локоть и потащил к выходу из пещеры.

— Обувь, — запротестовала я.

— Молчи, женщина, — прорычал Кир и вывел меня в темноту ночи. — Волки еще тут?

Я прислушалась, как говорил учитель.

— Вот там, — показала на небольшой лес неподалеку от пещеры, — они затаились.

— Я ничего не вижу.

— Я тоже их не вижу, но я чувствую, меня этому научили.

— Научи меня, — рычит Кир.

— Не могу.

— Научи меня, женщина, — Кир хватает меня за волосы и силой тянет на свет, что льется от проема в пещеру, чтобы видеть мои глаза.

Щиплю от боли, и некстати наступаю на что-то колючее босыми ногами, вскрикиваю от этого, но моему хозяину плевать.

— Я не могу научить тебя или твоих воинов. Мне потребовалось семь лет, чтобы уметь чувствовать опасность рядом.

— Тогда сиди тут и охраняй вход в пещеру. Не страшно, если тебя растерзают волки, — его глаза горят злостью.

— Я хочу обуть сапоги, — торгуюсь.

— Быстро, — рычит Кир, разворачивается и возвращается в пещеру, бегу за ним, по стопам прокатывается боль от каких-то колючек. Демоны! Хватаю сапожки, плащ князя, он пахнет мужчиной, это отпугнет волков, стаскиваю ужин и под пристальным взглядом Кира бегу нести дежурство.

Темнота не позволяет мне осмотреть ноги, все равно натягиваю сапожки, постепенно, к утру, жжение в ногах разгорается.

Ночью я не спала, а дремала, привалившись спиной к камням и укутавшись в плащ, теплый, кстати, ни разу за ночь не замерзла. Успела проснуться до того, как в очередной раз дружинник пришел проверить, жива ли я. Конечно, жива, волки нападают только на движущуюся добычу, я же сидела, словно выточена из камня, да и пахла Киром.

— Передай князю, что от меня остался только мой длинный язык, — сказала пришедшему, не поднимая век.

— Было бы неплохо, если бы волки тебе отгрызли именно его, — послышался голос своего хозяина, я открыла глаза. — Волки еще тут? — я кивнула в ответ.

Князь смотрел в сторону леса, но чудищ там уже не было.

— С первыми лучами солнца они перешли под то дерево, — указала на большую иву, одиноко стоящую в тени горы. Он недоверчиво посмотрел на меня, — отсюда мне их хорошо видно.

Кир присел рядом, присмотрелся, помрачнел. Да, стая волков зрелище настораживающее.

Вдруг что-то белое пронеслось рядом с Киром, я схватила его за плечо, повалила на спину и закрыла собой. Над нами пролетел рой безвредных бабочек-беглянок. Демоны!

— Ты решила пасти меня от бабочек? — улыбнулся мой хозяин, все еще лежа подо мной.

— Я у тебя на службе, князь, — невозмутимо ответила и попыталась встать, но рука Кира удержала меня на месте. Другую руку он запустил в мои волосы, обхватил затылок, перевернулся вместе со мной и подмял под себя. А потом поцеловал, сначала нежно (и это грозный Кир?), как бы спрашивая, а потом, когда я ответила на прикосновение его губ, требовательно. Почему я не оттолкнула его от себя в тот момент? Почему, имея непокорный характер, подчинилась ему безропотно?

Когда его руки блуждали по моему телу, Кир целовал мою шею, спускался ниже. Как же приятно!

— Почему ты такая горячая?

— Из-за тебя, мой князь, — лепетала я.

— Нет, у тебя жар, ты больна! — поморщился Кир и вскочил на ноги. Что за напасть? — Иди за мной!

Легко сказать: «Иди за мной!», а я не могла встать на ноги — те не слушались, поэтому в пещеру вползла на четвереньках. Тут все мое тело обуял такой жар, словно я заживо горю. Дотащилась до ног Кира, села на колени, вцепилась в его сапоги, словно утопающий за бревно.

— Так ты мне нравишься больше, — проговорил князь холодно. — Ты стала страшная, как смерть. Мо осмотри ее.

— Ноги… не могу стоять… жарко, — пыталась выговорить я.

Мо, чернобородый воин с добрыми глазами, с трудом стащил с меня сапожки. Демоны! Мои стопы были фиолетовыми.

— Это яд шипошника, князь. Она умрет без лекаря к полудню, у меня нет нужных лекарств. Если только доживет до приезда в замок, — вынес вердикт лекарь.

— Береги свои силы. Она должна была умереть еще этой ночью, брось ее на повозку, — сказал Кир и поморщился, глядя на меня, словно и не целовал только что.

Меня подняли и уложили рядом с возницей.

Демоны! Ненавижу Кира, а за свою жизнь я еще поборюсь. Князь стоит рядом со мной, во взгляде незнакомое выражение. Что это? Сострадание? Или мне все это кажется? Глаза плохо видят, тело не слушается.

— Мо, добей ее, если будет сильно мучиться, — говорит негромко Кир.

— Кир, — хватаю его за руку, с трудом шепчу высохшими губами, — если я выживу, исполнишь еще одно мое желание?

Князь хмурится, но кивает и уходит, а я через несколько мгновений окончательно утрачиваю связь с реальностью.

Моя любимая дочка, я безмерно сожалею, что не могу быть с тобой. Сожалею, что оставил тебя в самый сложный момент твоей жизни. Я надеюсь, что ты сможешь меня простить.