Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии (СИ) - Репина Авдотья - Страница 11

Как только Андрей случайно (случайно ли?) увидел этот забор в одном из второсортных журналов по магии, где говорилось, что Глазовской Академии магии исполняется сто лет, так сразу он, богатый наследник (маг поморщился при этой мысли), неслабый маг приехал в провинциальный, тихий Глазов, чтобы стать ближе к гостье своих снов. На первых порах выступил меценатом, в потом смог вывести Академию на самоокупаемость.

Осталось только найти свою огненную девочку. Да, у нее была особая примета – рыжие с огненными всполохами волосы.

5. Любящая глава: Магическая аномалия Иванова

На следующий день Мира проснулась в прекрасном настроении и предвкушении первого дня обучения. Если бы она знала, что он принесет.

Когда девушка вышла из комнаты, чтобы заварить чай, на столике в холле покоился сверток с ее именем. Там лежала форма для учебы в Академии.

Да, одежда, сшитая на заказ, это не вещь из магазина. Нужно будет поблагодарить мисс Шарлотту за прекрасную работу, думала новая студентка, рассматривая себя в зеркале.

В форме Мира выглядела почему-то более юной. Или цвет таким образом играл с ее внешностью?

- Одобряю, - ректор смотрел на нее из дверей комнаты. - Идем в Академию.

Глава Академии был одет просто с иголочки, женщины на улице засматривались на него. По дороге Рихтер объяснил, что впредь Мира будет ходить одна или с другими студентами. На вопрос, почему бы не поставить в общежитии портал прямо в Академию, ректор фыркнул и сообщил, что отвечает, в том числе, за здоровье студентов, а небольшая прогулка на свежем воздухе еще никому не вредит.

В Академии в первую очередь они пришли в столовую. Ох, и много ели маги. Конечно, любой студент ест за троих и впрок, но тут столы ломились от всевозможных яств, а те съедались в один присест.

Потом студенты разбрелись на занятия, Рихтер попросил Миру подписать кое-какие бумаги для отправки их в Министерство магии. Затем торжественно вручил студенческий билет(хотя при входе их никто тут не предъявлял, на двери стояли чары от посторонних) и значок в виде совы с разноцветными глазами. Его полагалось носить на форме, им же скалывали мантию студента, которую Мира получит после первой сессии, если ее сдаст.

Только после всего этого Рихтер повел девушку к Лакомбу. В лаборатории артетефактора их ждали профессор Андерсон, Принц и Вероника. Ректор отошел к окну, чтобы не мешаться – в небольшом помещении и так было мало места. Что за консилиум магов?

- Мирабель, - месье Лакомб, сегодня снова в костюме в полоску, усадил Миру на кушетку, - я обнаружил у вас блоки, которые мешают нормальному принятию и передаче магии вашим телом и энергетической оболочкой. Это может проявляться в том, что заклинания действуют на вас иначе: отскакивают, не действуют, или действуют иначе.

 - Откуда у меня блоки? – неприятный холодок паники прошел по спине девушки.

– Иногда получается, что родители не очень верят в своих детей или не занимаются ими, тогда ребенок зажимает обиду в себе, а она формирует блоки. Сейчас почти у всех людей наблюдается такая картина. Бывает, что ограничения ставят другие волшебники, чтобы лишить сил. Сейчас мы попытаемся снять ваши блоки, процедура простая, не болезненная, но лучше всего ее выполнять в состоянии легкого транса. Как вы уже поняли, без этого вам нельзя будет приступить к обучению. Снятие блоков проведут наши студенты-выпускники под присмотром мисс Шарлотты, милорда ректора и моим. Для начала вас погрузят в транс, ложитесь на кушетку. Принц, прошу.

Юноша подошел к Мире, сел на стул рядом с кушеткой, их взгляды оказались на одном уровне. И снова эти холодные глаза, бросило в дрожь. Потом взгляд Принца потеплел.

- Не пугай ее, - Вероника стояла рядом.

- Мирослава меня не боится. Верно? – девушка кивнула и позволила себе утонуть в синих глазах Принца.

Синих, как небо перед дождем.

Синих, как васильки за бабушкиным домом.

Синих, как ее бант в детстве. Этот бант ей подарила мама, когда Мира пошла в первый класс. Она была самая красивая, это мама так сказала. У всех девочек были торжественные белые банты, а у Миры синий, красивый. С огромными гладиолусами наперевес, в новых блузке и юбке, черных лакированных туфельках, которые цокали (несколько раз с мамой протирали платочком, пока шли в школу, чтобы сохранить зеркальный блеск обуви) и белых капроновых колготочках (как у большой) Мира стояла за руку с мамой на пороге школы №6. Мама говорила, что Мира будет учиться только на одни пятерки, потому что все дети в школе №6 всегда учатся на одни пятерки.

Потом детей привели в класс, усадили за парты, а мама куда-то вышла. Вдруг появившийся приступ тревоги, словно должно произойти что-то плохое, он заставил Миру пойти искать маму. Та стояла рядом с мужчиной в куртке с капюшоном на голове. Они громко разговаривали.

- Ты сделаешь ей только хуже. Ей здесь хорошо, - мама была очень взволнована.

- Меня ищут и ее найдут. Что тогда? Это ее судьба, - мужчина схватил маму за руку, - они найдут ее, тогда вы обе пострадаете.

- Сделай что-нибудь, я не хочу, чтобы она стала как ты, чтобы за ней пришли ночью, - они заметили девочку и повернулись к ней.

- Мира, это твой папа, - сказала мама. – Ты его не узнаешь?

Девочка молчала, что-то не давало ей подойти к отцу. И хотелось увести маму от этого человека.

- Сделай что-нибудь, - повторила мама. – Она не должна стать, как ты.

- Хорошо, - лжепапа отпустил маму и повернулся в Мире, в его руке появился огонек, - доченька моя, ничего не бойся.

Но Мира ему не верила, потому что это был не ее папа, хотя у него были голос и лицо папы. Папа называл Миру «моя птичка». Почему мама этого не слышит?

Паника внутри возрастала… что-то плохое сейчас должно случиться!

Мужчина направил в девочку огонек, но Мира закрыла лицо руками, огонек прошел сквозь нее, отрикошетил и попал в маму. Боль. Мама кричит, схватилась за голову, голова Миры тоже болела, обеих затрясло. Лжепапа исчез.

Потом пришла спасительная темнота.

Потом крики. Ее трясет. Или ее трясут. Нет, просто держат. И слезы текут, и унять их не получается.

- Поплачьте, Миранда, поплачьте, - успокаивала ее мисс Шарлотта, девушка пыталась сосредоточиться на синих и зеленых клеточках ее платья, ректор сунул ей в руку платок. Мира все еще сидела на кушетке, не хотелось встречаться с кем-нибудь из присутствующих взглядом. Но консилиум магов во главе с ректором изучал что-то на столе профессора Лакомб.

Когда Мира успокоилась, то смогла рассказать, что с ней случилось. Объяснение вышло недолгим, потому что новая ученица с удивлением стала рассматривать окружающий мир. Он преобразился. Все стало ярче, четче, всюду чувствовалась магия, она пронизывала все вокруг, а каждый из присутствующих был таким красивым. Особенно милорд Рихтер. Но первой под раздачу любви попала англичанка.

- Мисс Шарлотта, вы похожи на ундину...ему нравятся оба направления… А, давайте обнимемся, - профессор не возражала. - О, Вероника, у тебя такие шелковистые волосы, спасибо, что вылечила меня, - Мира кинулась обнимать девушку.

-Принц, у тебя глаза похожи на васильки, такие синие-синие… а первая не твоя, вторая твоя и единственная….

-Профессор Лакомб, а вам так идет полоска…, и ей полоска тоже нравится, но традиции и все такое...

-Милорд, вы такой красивый, а ваши глаза как небо в безлунную ночь, в них столько силы… вы ее поймаете, свою фе…, - договорить Мира не успела, потому Рихтер хорошенько тряхнул ее за плечи.

Наваждение исчезло, но безграничное чувство любви осталось.

- Профессор Лакомб, вы препараты не перепутали? Она же сейчас залюбит нас до смерти, - ректор крепко держал Миру.

- Это эйфория от магии, милорд, - профессор смотрел на пациентку с пониманием, - девочка столько лет полноценно не получала магической энергии. Конечно, она любит весь мир, ведь он такой удивительный и прекрасный. Да, Мирабель?

Мира кивнула. Хотелось расцеловать всех присутствующих и даже Принца Ледышку, и даже противного ректора, который ее не отпускал. Да что там, присутствующих!… Хотелось обнять весь мир!