Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии (СИ) - Репина Авдотья - Страница 26

Ножницы все резали ткань, а Мира понимала, что мисс Шарлотта тысячу раз права.

- Дорогая Миранда, начните с простого, с одежды. Пересмотрите свой гардероб и оставьте только то, что вам действительно нравится, - тепло продолжала мисс Шарлотта.

- Да, обязательно, - пообещала Мира в первую очередь самой себе. – Я хотела бы еще научиться шить.

Англичанка просияла и не видела причин откладывать занятия по спецкурсу.

К положенному сроку Мира сдала зачет по начертаниям и символам графу Орлову-Вышеславцеву, не допустила ни одной ошибки. Александр Всеволодович хвалил новую студентку и предложил записаться к нему на углубленный курс, но Мира отказалась. Это можно и из книг узнать, а учебное время потратить на что-то более серьезное. Например, на боевую магию – волшебнице нравилось, как стало изменяться тело. Не внешность, а именно тело, сильное, подтянутое, это прибавляло уверенности. А внешность, то есть лицо, оставалась без изменений…

В тот же день Рихтер пригласил ее в свой кабинет («Иванова, к милорду ректору»). Сегодня от Розы как-то особенно сильно пахло духами, аж со второго этажа был слышен ядовито-сладкий аромат ее парфюма.

Ректор вручил Мире новый учебный план и сообщил, что через час они отправятся к детективу по делу ее отца. Попросил поискать вещи, которые могли бы принадлежать отцу, посмотреть фото.

Мира уже практически вышла, когда ректор задержал ее.

- Мирослава Юрьевна, я зайду за вами в общежитие, - проговорил Рихтер.

Когда девушка проходила мимо Розы, та проводила ее взглядом до самой двери Академии, отчего хотелось поежиться.

Собралась Мирослава быстро и почти все время потратила на пересмотр унесенных из квартиры фотографий. На них в основном были Мира с мамой, волшебница тут молодая, веселая, красивая. Вот Мира маленькая: стоит в лопухах, вот рассматривает ромашку, стоит с удочкой, наряжает елку – все фото до 7 лет, потом только общие фото с классом. Это и понятно, не до того стало маме.

Какая же она была миленькая в детстве, волосы были темнее, а глаза, наоборот, светлее и счастливее. Сейчас Мира мало находила общего с той, прежней собой. Разве что сам взгляд, такой человек всегда добивается своих целей.

На одном из фото - мама в белом платье с венком на голове - свадьба? Фотография была разрезана, разрыв прошелся по плечу стоящего рядом мужчины. Отец? Эту фотографию взяла и пару со своими детскими фото, там, где виднеется незнакомый дом. Сложила все в сумку, надела джинсы с рубашкой, к пальто подобрала шапку и шарф. Да, курс на новый стиль.

Ректор, как и обещал, зашел через час, ничего не сказал по поводу внешнего вида Миры. Эффект от личины безличия не прошел полностью, лицо не изменилось. Только кожа стала шелушиться, весна же все-таки, витаминов не хватает.

Погода в последнюю неделю марта решила подарить горожанам последний зимний снегопад. Снег летел огромными хлопьями, ветра не было.

Ректор повел Миру в старый район города, мужчина молчал по дороге, погруженный в свои мысли.

Когда снегопад стал сплошной стеной, ректор достал большой зонт и расправил его над ними обоими, но вместе идти не очень-то получалось, потому что Мира не могла подстроиться под шаг мужчины, то отставала, то забегала вперед.

- Ты можешь взять меня под руку, я не кусаюсь, - о, да нашего соседа Андрея выпустил из заточения злобный ректор. Рихтер взял ее руку, задержал в своей и положил себе на предплечье. - Мирослава, я хочу попросить прощения за свое поведение несколько дней назад. Я не имел права с тобой так разговаривать.

- Прощаю, - она действительно давно простила.

Какое-то время они шли молча.

- Мира, дарю тебе последнюю в этом сезоне зимнюю прогулку.

- Спасибо, милорд. В Академии все очень плохо? - Мира не хотела упустить шанс узнать новости. Андрей некоторое время обдумывал ответ.

- Нет, если принять предупредительные меры. Все зависящее от нас - обеспечение безопасности и оформление пророчества должным образом – уже сделано. Ждем ответа из Министерства магии, - ответил в точности, как и мисс Шарлотта. Значит, пророчество не сулит что-то хорошее, от плохого меры безопасности не принимают.

- Какое решение может принять Министерство?

Он снова помолчал.

- Закрыть нашу Академию, распределить учеников по другим учебным заведениям, отправить наблюдателя. Последнее было бы самым предпочтительным, - последние слова Рихтер сказал со вздохом. А потом сменил тему и рассказал о детективе.

Во-первых, Мире предстояло подписать с ним контракт, а после чего можно было рассказывать все без утайки, документ обеспечивал неразглашение информации третьим лицам. Во-вторых, детектива звали Ильяслед (фамилии его никто не знал), но он просил называть себя Илья След. В-третьих, дом детектива можно было найти только с его согласия, ничего секретного, просто хозяин не любил, когда его отвлекают от работы.

Мира и ректор дошли до частного дома, который каким-то чудом, - волшебство, не иначе, - потерялся среди цветных невысоких сталинок. Дом, куда они шли, был бревенчатый, серого цвета, крыша синяя, наличники на окнах белые.

На заборе красовалась кривая надпись «Детектив. Маг. Илья След. Без приглашения только в экстренных случаях», Рихтер подошел к крыльцу,  позвонил в настоящую рынду, которая висела под крышей. На звук колокола раздвинулись шторы в ближайшем окне, после чего вышел хозяин дома.

Это был молодой мужчина, примерно одного возраста с Рихтером, приятный, живой, одетый в футболку и джинсы.

- Андрюха, рад видеть, - хозяин кинулся обнимать ректора, потом перевел взгляд на Миру. - А это и есть наша специальная клиентка?

- Да, это Мирослава, моя студентка, - ответил ректор, и все они прошли в дом.

Тут было уютно, но царил полный хаос. В каждом углу, на каждой полке или просто свободной поверхности были сложены несовместимые вещи. Коробки и коробочки, утюг, правый ботинок, настольная лампа, крышка, платок, лопата, сундук, ковер, ваза, антенна, плитка, таз, канделябр, зеркало в дорогой раме, бинт, мяч, кирпич, цветок в цветочном горшке, самовар, бусы, еще одна ваза, очки, тарелка, дверь от автомобиля, газеты, часы, табурет – и все это только в одном углу. И чем больше Мира присматривалась, тем больше новых вещей находила. И на любой поверхности, незанятой вещевым хламом, висели или стояли часы, и все показывали разное время.

След усадил гостей на кухне, где был не занят только обеденный стол и три стула вокруг него. Как и сказал ректор, контракт, который они подписали, гарантировал неразглашение Следом информации третьим лицам, а Миру обязывал появляться у детектива строго по предупреждению.

- Илья, - обратился ректор к детективу после того, как с документами было покончено, - Мирослава хочет найти своего отца или других родственников, если они живы.

- Пусть девушка сама расскажет, не в Министерстве сидишь, - прервал его След.

И Мира рассказала. И про беспамятство, и про побег родителей, и про нападение на них с мамой, и про отца, которого вспомнила только недавно.

След слушал внимательно, а Рихтер выходил несколько раз на крыльцо, чтобы поговорить по телефону, а потом и вовсе вынужден был уйти.

- Все хорошо, Андрей Вильгельмович, я смогу вернуться сама, - успокоила его Мира, - я этот город хорошо знаю.

- Мирослава, зайдите ко мне в кабинет, когда вернетесь в Академию. И звоните, если появится малейшая необходимость, - с этими словами ректор ушел.

- Совсем ему с этим пророчеством свободы не дают, - констатировал След, провожая взглядом Рихтера, - печется он о тебе. Ты особенная? И давно с тебя «личину безличия» сняли?

Мира решила ответить сначала на второй вопрос.

- Пару дней назад Новокшенов приезжал к ректору, тогда и снял.

- Новокшенов хорош в этом, но эффект его контрзаклятия медленно проявляется. Можно ускорить его, если пропустить через тебя заряд силы, - проговорил След, глядя на нее вприщур.