Правящая тень (СИ) - Васёва Ксения - Страница 27

Только Лиза и не хотела вовсе — отец запихнул. Сволочь. Много лет назад сделал матери ребёнка и свалил в закат, а сейчас вдруг вспомнил! Наследник ему понадобился, причем уже взрослый! Если бы не бедность, в которой её семья увязла после войны, Лиза никогда бы с ним не пошла. Но отец купил её ежемесячными подначками, которые Лиза отсылала своей семье. Они заключили договор — за эти деньги девушка должна выполнять его "просьбы". И одна из них — обучение искусству стража под контролем наставницы Элены де'Вайн. Её Лиза тоже ненавидела.

Наставница была важной шишкой и уже состояла во Внешнем Круге — то есть, имела все шансы попасть в Совет Старейшин. Этим фактом она необыкновенно гордилась. Но если к самоуверенности Элены можно было привыкнуть, то к фанатичности — нет. Она была жёсткой, неуступчивой, знала лишь одну правду — свою, и Лиза откровенно не понимала, как такая женщина вообще стала тенью-наставницей.

— Ты меня разочаровываешь, Лизавета. Твой отец, кажется, слишком приукрасил твои таланты. Даю последний шанс — убей этого кукловода! Учись понимать приказы, чёртова пацифистка!

Её слова имели резон — стражи должны выполнять приказы. Но убить живого человека, пусть и кукловода… Она посмотрела в грустные, ореховые глаза парня и покачала головой.

— Я не буду…

Хлёсткий удар по лицу — кровь прилила к щеке, Лиза опустила голову. На глаза набежали слёзы. Если Элена откажется от уроков, отец выгонит её и больше не будет платить.

Дверь скрипнула, и в тренировочный зал вошла правящая тень. Лиза видела её однажды — молодая девушка с пустыми, безжизненными глазами. Вроде они были ровесницами, но Аллерин Аммар казалась ей старше, намного старше.

— Что за шум? — хрипловатым, простуженным голосом поинтересовалась она, рассматривая Лизу, Элену и кукловода. При виде правящей тени наставница сморщилась, но покорно обрисовал ситуацию. Вкратце. Лизе как всегда достались самые "лестные" эпитеты. Но правящая тень ничего не сказала.

Она быстрым шагом подошла к ним и, подобрав нож, спокойно вонзила его кукловоду в сердце. Раз — и всё. Лиза отвернулась. Разве ж можно… так.

— Проблемы больше нет? — глядя в стекленеющие глаза кукловода, равнодушно спросила правящая тень. Даже Элена была ошарашена.

— Нет, — выдавила она.

— Прекрасно. Только зачем вы заставляете девушку убивать?

— Она пришла учится на стража, Аллерин. Это часть нашей работы, — с ноткой уважения, которое раньше не звучало в её голосе, ответила Элена.

— Добровольно?

Вопрос получился немного резким. Лиза вновь опустила глаза, испугавшись, что правящая тень обо всём догадается по её взгляду.

— Я не спрашивала, — смутилась наставница, — меня попросил отец девушки, герр Майер. Один из заместителей начальника стражи.

Правящая тень удивлённо подняла бровь:

— А разве у герра Майера есть дети? — уточнила она, уставившись на Лизу. Элена открыла было рот, но вдруг тоже нахмурилась. Молчание повисло в воздухе.

— Я так понимаю, что услышу неприятную историю о герре Майере, если спрошу, откуда вы взялись? — Аллерин повернулась к Лизе. Она сглотнула, но прямо врать не посмела, и кивнула.

— В нашем мире нужно беречь теневиков, которые не хотят убивать, — неожиданно улыбнулась правящая тень, — казнить легко, а вот спасать — тяжелее. Фрау Анессе, главе дипломатического корпуса, требуется помощница. Думаю, вы ей подойдёте. До семи часов она будет в своём кабинете, на четвертом этаже. Не опоздайте.

Лиза с трудом оторвала взгляд от трупа, и не сразу осознала, что ей сообщили. Но когда она пришла в себя, Аллерин уже не было в зале. Забыв про Элену, Лиза выбежала следом.

— Зачем вы его убили? — вырвалось невольно. Правящая тень с некоторым изумлением повернулась к ней, — вы же даже не знаете, в чём он был виноват!

Девушка понимала, что кричать не стоит — но осознание не давало покоя. Как можно так просто взять и убить?!

Аллерин повернулась к ней.

— Во-первых, это я подписывала приказ и знаю, кем он был. Во-вторых, пока вы отвлеклись, он пытался ногой подцепить тот нож, который вы, скорее всего, уронили. Этого было достаточно.

— Что?!

То есть, он смотрел на неё такими глазами и одновременно пытался…

— Именно поэтому из вас получится никудышный страж, в этом фрау де'Вайн права. Но возможно, получится хороший дипломат, знающий цену чужим жизням. Быть помощницей старейшины — неплохая должность. Попробуйте, Лиза.

Наши дни

Языки пламени умело взбирались по деревянным, вкусно пахнущим поленьям. Камин разгорался стремительно, подчиняясь власти огня… или же уверенным действиям мужчины, который, впрочем, мог разжечь не только костёр. Лиза машинально слизнула рубиновую каплю с кромки его бокала. Капля была сладковато-пряной, приятной на вкус. Поймав взгляд тёмных, почти чёрных в свете огня глаз, Лиза невольно сглотнула. А ведь когда-то она считала его редким занудой, помешанным на работе. Но как выяснилось, у некоторых зануд с фантазией было покруче, чем у многих страстных мачо. Это Лиза узнала месяца два назад… опытным путём.

Она залпом выпила свой сок, отворачиваясь. После всех "исследований" женщина уже побаивалась своего ходячего афродизиака.

У главной леди-дипломат долго не складывались отношения с мужчинами. Когда была молодой — не хватало времени. Пример Аллерин впечатлил её настолько, что заставил пересмотреть своё отношение к обучению. Ей повезло устроиться секретарём к старейшине и даже напроситься к ней в ученицы. Но тренировки с Эленой де'Вайн она тоже не оставила. Во-первых, у неё был договор с отцом, а во-вторых… Лиза банально не умела постоять за себя, а для её цели это было необходимо. После знакомства с Аллерин молодую Романову вели исключительно амбиции.

Она стала старейшиной довольно рано, лет в тридцать. В Совете Лиза была единственной, кто никогда не убивал. Но правящая тень оценила другое её умение: брать пойманных кукловодов живыми. Леди-дипломат словно договорилась со своей ненавистью, не позволяя отрицательным эмоциям взять вверх над расчётливостью.

Но эта черта и поставила крест на её личной жизни. Когда любовь превращается в переговоры, в постоянный расчёт приобретений и потерь, то найти в ней что-то тёплое и человеческое становится невозможно.

— О чём вы задумались, леди Шелль? — он опустился на плед рядом и сразу потянул её к себе. Лиза уткнулась носом в его плечо. Она никогда не понимала, чем пахнет её мужчина, но от этого запаха ей хотелось застонать и располосовать его спину ногтями.

— Я ещё не согласилась, — улыбнулась она. Запах запахом, но всё-таки сдаваться быстро Лиза не собиралась. Хотя Шелль тоже был не так прост. Боже Рейлин, она работала с ним больше двадцати лет и ни разу, ни разу не посмотрела как на мужчину. Бывают же в жизни сюрпризы!

Совершенно подлый ход — он подтягивается, демонстрируя себя во всей красе. Футболки на нём нет, и только татуировка с девизом рода змеится по руке. А взгляд голодный… И речь совсем не о еде.

— Согласишься, — вкрадчиво прошептал он, увлекая её на пушистый ковёр.

К пяти часам Лера наконец управилась с делами и поползла домой. Мысль о возвращении в город теней казалась ей невыносимой, особенно после столь насыщенного дня. Но надо было поговорить с Лизой, с Доэном и узнать, не нашёлся ли Терри. Список планов рос в геометрической прогрессии, и Лера сильно сомневалась, что после Этан-Нейры он уменьшится.

Но несколько часов отдыха она заслужила. В Этан-Нейре день ещё в самом разгаре, поэтому никому не придётся задерживаться из-за правящей тени. Спасибо разнице во времени. Лера уже предвкушала ужин и мягкую кроватку, как вдруг кто-то загородил ей солнце.

— Добрый вечер, — услышала она знакомый голос, и губы сами собой расплылись в улыбке. Не ожидавший такого тёплого приёма, Андрей неуверенно улыбнулся в ответ. Лера внезапно поняла, что ему чертовски идёт эта растерянная, но обаятельная улыбка. Вообще приятный внешне мальчик, надо сказать. Высокий рост, косая сажень в плечах, спортивное телосложение. Вспомнив Андрея с голым торсом, Лера слегка покраснела. Вечно разлохмаченные чёрные волосы, чуть густоватые брови, светло-карие глаза, которые на солнце выглядят янтарными. Нос слегка длинноват, но прямой, а губы почти идеальные. Не полные, не узкие, с уголками к верху, отчего ей и чудится постоянная насмешка с его стороны.