Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии. Книга 2 (СИ) - Репина Авдотья - Страница 36

- Монах! – окликнула девушка смотрителя Источника. Он шел из библиотеки со стопкой книг в руках, на лице смесь негодования и довольства. А еще на лице красивый южный загар. И волосы выцвели до золотистого цвета. И никаких капюшонов и плащей в пол.

Монах остановился, быстро сложил книги на ближайший стол и раскинул объятья для Миры. Она, не задумываясь, подбежала к нему и обняла.

- А ты на человека стала походить, - пошутил он.

- Что есть, то есть.

- Ты еще учишься?

- У меня все занятия на сегодня закончились.

- Пойдем ко мне! А? – жалобно проговорил он. - А то я ничего не знаю из того, что в Академии во время моего отсутствия произошло, - подхватил книги, но покосился в сторону библиотеки, где все еще горел свет. Значит, Монах не так давно познакомился с Изольдой Дмитриевной.

Они спустились в подвал. Мира ожила увидеть там что-то вроде кельи отшельника, но очутилась в хорошо обставленном кабинете без окон.

- Удивлена? – улыбнулся Монах.

- Да, - честно призналась она.

Пока смотритель пристраивал книги, девушка написала мужу, где и с кем находится, уютно устроившись в одном из плетеных кресел.

Монах достал гавайский ром в пузатой непрозрачной бутылке и долил его в чай. Все, как и обещал.

- Это твой кабинет, - прокомментировала Мира, мужчина кивнул. – А спишь ты где?

- Там, - он указал на стену с дверью, - находится моя комната, но я тебя туда не приглашаю, потому что приличные девушки не посещают спальни холостяков. Как у вас дела с твоим мужчиной?

- Мы с Андреем поженились. Недавно.

- Добился-таки коршун голубки, - улыбнулся он.

- Он изменился, - вступилась за мужа Мира, вздернув подбородок. – Сам увидишь.

И увидел спустя несколько минут. Она только успела рассказать о новых студентах и преподавателях. Отдельного отступления удостоилась Изольда Дмитриевна, о которой Мира говорила увлеченно. Монах же считал, что она просто вредная старая женщина, которая дорвалась до минимальной власти и сейчас пользуется ею.

- Изольда Дмитриевна была куратором у Рихтера! – выдала волшебница последний из имеющихся аргументов в пользу защиты нового преподавателя.

- Не спорю, он сильный маг. Видимо, у нее только семижильные и доучивались, - буркнул Монах.

Обсуждаемый ректор покашлял, выдавая свое присутствие.

- Я думаю, пусть каждый останется при своем мнении, - дипломатично вмешался Рихтер в спор. И уже с улыбкой обнял друга, - Монах, рад видеть тебя! Можно мне того же, что вы пьете, - и сел рядом с Мирой, поцеловав ее в щеку перед этим.

- Увидел, - подмигнул Монах девушке, протягивая Рихтеру кружку с чаем.

Когда смотритель рассказал о своем отдыхе, а Андрей – о состоянии Источника, перешли к более сложной теме – документам.

Чувствовалось, что Андрей готовился к разговору с Монахом, тщательно подбирая слова, рассказал об их расследовании и последней находке. Смотритель слушал молча, лицо его по мере рассказа все более мрачнело.

- Думаю, что самым надежным местом для хранения бумаг являются подвалы Академии, - закончил Рихтер.

- Да, да, я спрячу их, - перебил его Монах. – Можно мне взглянуть на данные.

- Да, - Андрей ушел и через несколько мгновений вернулся с небольшим чемоданчиком, снял защитные чары и поставил перед Монахом. – Когда будешь готов, тогда смотри. Думаю, что защитное плетение сможешь и снять  и повторить.

Монах рассеяно кивнул, все его внимание было сосредоточено на чемоданчике.

- Поскольку ты теперь не испытываешь сложностей с проживанием на поверхности, я, как глава Академии, обязан обеспечить тебя, как ее работника, жильем. Вот договор на аренду квартиры, и ключи от нее, - Рихтер протянул Монаху папку. – Если не понравится, то подыщем что-нибудь другое. Идем, - это уже Мире.

Она попрощалась, но Монах ей не ответил. Не услышал, он был весь в себе.

- Оставим его, - Андрей потянул девушку за собой.

Они зашли в общежитие, пообщались со студентами, которые, как обычно, вечером собрались в холле. Кто-то ужинал, кто-то выполнял учебные задания, Белый и Васюта играли в шахмачи.

Близняшки Саша и Маша хвостиками ходили за Рихтером, пока тот наливал себе кофе.

Сергей Сергеевич поспросил Миру объяснить кое-что по начертанию.

Белка без умолку трещала, терпеливая Вилка лишь кивала головой на рассказ подруги.

Мирон, Лев и Кир в присутствии ректора перешли на кодированный язык, они вместе с Платоном тайком разрабатывали артефакт, который бы позволял выигрывать в любой игре.

Олианна с видом принцессы прошествовала из комнаты для самоподготовки в свою комнату. Ее поведение все больше напоминало Мире Ирэну. Аж передернуло.

В покои ректора возвращались по одному, а потом Андрей попросил Миру открыть портал в их квартиру. Мол, это практика у нее такая. И она открыла. Сначала смогла держать портал только несколько секунд, а потом получилось почти минуту.

Когда они очутились в квартире, Мира ахнула – та вся была заставлена горшечными цветами. И несколько туй в вазонах стояло на балконе.

- Я посчитал, что мало дарил тебе цветов, - прокомментировал Андрей. – А цветы не в горшках ты не любишь, я знаю. И ветки яблони в вазах – тоже.

- Мне очень нравится. Спасибо! – она прижалась к нему.

- Это тебе спасибо, счастье мое, - Андрей поцеловал ее нежно-нежно. У нее от таких поцелуев обычно ноги подкашивались, ему приходилось ее перехватывать и прижимать к себе.

Эту нежность Мира вспоминала несколько недель спустя, когда вернулась из Р-мира, и ей потребовалось все самообладание и смелость.

- Начинается, - проговорила мисс Шарлотта, заходя в кабинет Лорана в Академии.

Тот лишь кивнул и вернулся к своим записям.

Глава 18 Постапокалиптическая: Правда за ложь

Андрей Рихтер ждал возвращения Миры.

Отпуская ее одну в каждый из миров, он просчитывал, насколько это было возможно, риски и возможность ее невозврата. И этот мир, куда она ушла сейчас, пугал его больше всего, потому что, по описанию, был варварским. Его девочка, которую он сам готовил и натаскивал на разного рода провокации и нападения, должна была справиться. Но она все не появлялась. Критическое время ее возвращения – завтра утром.

Сейчас уже ночь. Но Мира никогда еще не выходила за критическое время, предпочитая вернуться как можно раньше, с запасом.

Поэтому он не спал, а стоял у окна в своем кабинете и смотрел на спящий город. На этот спящий город, на площадь Свободы, они любили смотреть вдвоем из окна из квартиры, обнявшись.

Она ушла вчера в 12.34.

С тех пор он не спал, был слишком уставшим, и организм требовал восстановления сил. Еще организм требовал закурить, но Рихтер сдерживался, потому что Мира морщила носик, когда обнимала его и улавливала запах сигарет. Выходил из положения по-другому: язвил больше обычного, выпускал пар в боевом зале, пил кофе – справлялся, как мог, одним словом.

Пошел в обсерваторию, чтобы перепроверить временные границы пребывания Миры в Р-мире, хотя был уверен в правильности своих вычислений, но почему-то завернул в медблок. Как оказалось, не почему-то, а потому что способности магерика подстроились под его состояние таким образом, что выпятилось на первый план провидение.

Едва оказался среди больничных коек, еще не включил свет, а уже почуял, как хищник, что она здесь. Бесшумно прошел и сел на стул около окна. Почему так поступил? Потому что Мира неспроста пряталась тут.

Конечно, спряталась, иначе бы уже прибежала к нему. Эта догадка неприятно резанула по сердцу. Поэтому отключил чувства и включил мозг. Так, над кроватью, где она лежит, растянут лечебный купол, сама девушка крепко спит, повернувшись на живот.

Больше ничего не увидел, но когда зрение в темноте притупилось, а другие чувства обострились, почувствовал запах заживляющей мази и крови. Если Лакомба здесь нет, значит, пробралась сюда, когда он уже ушел. Лоран ни за что бы не оставил ее здесь одну. И уж точно сообщил бы о Мире главе Академии.