Наследие (СИ) - Бэк Мэри - Страница 84

— Велимонт не злой, — вдруг произнесла девочка десяти лет, сидящая прямо напротив Эффи, с двумя миленькими косичками и большими любопытными глазами. Все тут же обратили на нее внимание, настороженно прислушиваясь, но она лишь отрешенно ответила, смотря по сторонам на всех них детским наивным взглядом: — Просто ему не повезло. Даже героям иногда приходится страдать, и их тоже нужно спасать.

Эффи удивленно взглянула на девочку, и даже не поняла, как тарелка у нее самой опустела слишком быстро. Все-таки атмосфера здесь была настолько спокойной и уютной, что она внезапно почувствовала себя как дома. И все они здесь сидели, как одна семья, этот дружный клан, и на душе у нее становилось так тепло… Она вдруг вспомнила Лорен и Велимонта, вспомнила друзей, вспомнила Ваньку… Ей стало так совестно, что она ругалась с ним, что ругалась со всеми остальными…

— Безумно вкусно, спасибо… — протянула она, благодарно взглянув на них всех, улыбаясь, и тут же почувствовала, как Демонтин ободряюще приобнял ее за плечо, легонько сжав его.

-------------------Mr.Kitty — Everything Will Be Okay------------------------------------------------

Внезапно на Эффи накатило странное безумное наваждение, и она поняла, что не хочет быть здесь, ее место совсем не здесь. Все эти оборотни, хоть они и готовы были принять ее в свою огромную и дружную семью, но то, что она почувствовала в тот момент, совсем не было связано с ними. Она чувствовала зов откуда-то из другого мира, где ее ждал кто-то другой. Кто-то, кто хотел ее видеть рядом не меньше, чем они все и даже Демонтин.

Очертания гостиной и всех присутствующих размывались перед ее глазами, и она видела уже совсем не их, не видела рядом Демонтина — она стояла в темном ночном лесу, а рядом был Ванька, или его копия, это было неважно. Она почувствовала вдруг, как сильно она скучает по нему, почувствовала невероятную тоску, прежде не мучавшую ее так сильно… Она поняла, насколько сильно ей не хватает ее лучшего друга, который так долго скрывал свои настоящие чувства к ней.

И, возможно, даже она любила его, но она сама не знала, как это может быть правдой, если все это время она нуждалась только в Демонтине. Или, все же, нет? С тех пор, как он сказал ей правду, она не могла уже мыслить, как прежде и считать его тем, кем он был для нее до этого. Все перевернулось с ног на голову, и она понимала, почему он молчал — он думал, что она отвернется от него, оставит эту дружбу в прошлом и все, что связано с ним. Но для нее это было равносильно тому, чтобы оторвать кусок от своего сердца, выбросить его как что-то ненужное из своей жизни и из своих мыслей — а это было совсем далеко не так.

Они гуляли по тихому и безмятежному лесу, и каждое мгновение растягивалось, казалось вечным и необратимым, любое движение или слово становилось искренним и сокровенным — здесь они оба могли не притворяться, что между ними есть какие-то стены. Несмотря на то, что она была не одинока, он занимал особое место в ее сердце, он был особенным человеком — и здесь, в этот самый момент она чувствовала это сильнее всего.

Он был больше, чем лучший друг, больше, чем даже кто-то больший. Это было нечто особенное и совсем не скованное в рамки или определения, он просто был, и он оставался неотъемлемой частью ее жизни. Они всегда гуляли вместе, разговаривали обо всем, о чем только можно, проводили много дней вместе, просто убивая время. Эффи чувствовала все, что чувствовала та, другая в параллельном мире — и та, другая знала, что именно происходит между ними. Ничего и не происходило, но на поверхности оставалась сама суть — в этих бесконечных, хоть и банальных моментах и разговорах.

— Я скоро умру. И ты это знаешь, — вдруг произнес он.

— Знаю, — она нервно сглотнула, — Без тебя… Я не знаю, что будет без тебя.

— Ты будешь. Ты останешься, и этот мир будет существовать дальше. Если, конечно, люди не перебьют друг друга. Сейчас мы в безопасности только здесь, где-нибудь в лесу, куда они не суют свой нос — они дерутся где-то там, в пыли и грязи, раздирая друг другу глотки. А мы пока спокойно ждем своего часа и наслаждаемся каждым моментом.

— Но любой может стать последним. Особенно для тебя…

— Тебя не должно это так сильно волновать. Я потерян для этого мира. А ты будешь жить, и это главное.

— Для тебя главное… Но вот как мир будет жить без тебя?

Эффи уже заволновалась не на шутку — хоть она и пребывала в теле своего двойника, слышала все и видела — его грустное и поникшее лицо, на котором, казалось, еле-еле отображались хоть какие-то эмоции. Казалось, он был полуживым, уже одной ногой в могиле… И ей это казалось несправедливым, и ее беспокоило то, что она видела именно это. Она уже потеряла Ваньку однажды, и, кто знает, не потеряет ли снова?

Но внезапно она поняла, что уже еле слышит его, его голос отдавался эхом, как будто из-под воды, а лес вокруг начинал казаться ненастоящим, и она поняла, что кто-то пытается вернуть ее в реальность. Она начала сопротивляться — ей не хотелось уходить, здесь она и правда чувствовала себя в безопасности почему-то. Но уже было поздно — и он, и лес вокруг исчезли.

-------------------My Darkest Days — Come Undone-------------------------------------------------

— Эффи! Ты слышишь меня?

Эффи быстро замотала головой, и вдруг увидела перед собой лицо Лорен, непонятно откуда взявшейся в гостиной оборотней. Она растерянно огляделась — все за столом недоумевающе смотрели на нее, понимая, что она исчезла на несколько мгновений, увидев что-то в параллельном мире, и виновато взглянула на Демонтина — но тот лишь грустно вздохнул, не спеша осуждать ее.

— Что я наделала… — в смятении пробормотала она, — Я все испортила…

— Нет, нет, Эффи, все хорошо, — успокаивающе произнес Демонтин, — Мы все были там, и мы все понимаем. Тебе нечего стыдиться.

— Да, Эф, все нормально, не волнуйся. Тебя искали твои старые знакомые в клубе…

Эффи снова перевела взгляд на Лорен — та выглядела обеспокоенной. И, видимо, когда она пришла, она появилась именно в тот момент, когда сознание Эффи было в другом месте, и попыталась вернуть ее обратно. И в этом не было ничего плохого, но… Эффи вдруг охватила какая-то странная злость — то ли на них, то ли на саму себя. Ей хотелось вернуться обратно, безумно хотелось еще хоть на пару мгновений ощутить себя так же хорошо, как и было там…

— Опять ты пытаешься вмешаться! Когда ты уже оставишь меня в покое!.. — вдруг недовольно воскликнула она.

Лорен оторопело уставилась на нее, не в силах сказать ни слова, и отошла на шаг назад, виновато опустив голову. В тот же момент она почувствовала, как пол угрожающе затрясся, впитывая в себя обозленную магию Эффи — но никто и не мог понять, почему она так злится, что такого она могла увидеть… За это ей и было стыдно перед ними, и перед самой собой.

— Я лишь хотела помочь… Только и всего… — глухо ответила Лорен.

— Ты и себе помочь не можешь — как ты можешь помочь мне?!

— Эффи, успокойся, пожалуйста… — Демонтин ободряюще коснулся ее плеча, чувствуя, как уже и стены начинают трястись, и все, что было на столе. И все уже заметили, что происходит, но Эффи внезапно дернулась, выскочив из-за стола, и, бросив напоследок еще один виноватый взгляд на всех присутствующих, мучительно схватилась за голову и выбежала из гостиной и из коттеджа прочь, стремясь лишь убежать от самой себя.

Лорен лишь растерянно взглянула ей вслед и забегала глазами по полу, чувствуя, как внутри нее вскипают опустошающие и гнетущие чувства, накатывающие волнами и сбивающие ее с толку — вина, казалось, преследовала ее по пятам. Она не знала, почему и за что, не знала, откуда все эти чувства — но это мучило ее каждый день, каждую секунду именно из-за того, что она никак не могла вспомнить. Но, удивительно — эти чувства не вызывали ни землетрясений, ничего, они просто сжигали ее изнутри, шевелились, противно скреблись, и она не могла никуда от этого скрыться. Иногда ей казалось, что остальным повезло больше — ей было бы легче, если бы эмоции просто вышли наружу.