Воды дивных островов - Моррисон Уильям - Страница 66

Пока говорила девушка, в зал вошла Атра, опустив голову, укрощенная и смиренная; щеки ее горели, руки дрожали, и молвила она:"Примешь ли ты от меня слово прощания, и благословение, и поцелуй мира промеж нас, и унесешь ли с собою память о нашей дружбе?"

Заряночка гордо выпрямилась, и побледнела слегка, когда Атра расцеловала ее в щеки и в губы, и молвила:"Теперь простила ты мне то, что судьба насильно поставила меня промеж тебя и твоей любовью и счастьем; и я простила тебе то, что судьба уводит меня в пустынь и пустошь любви. Прощай". И повернулась она, и направилась к воротам, и дамы за нею не последовали.

У ворот девушку поджидал Арнольд и четверо вооруженных людей, и конь Заряночки, и еще одна вьючная лошадь, нагруженная двумя добрыми сундуками, куда Виридис сложила одежду для подруги и прочий необходимый для нее скарб; и подошел к Заряночке Арнольд, и, улыбаясь, молвил:"Госпожа Виридис вручила мне для тебя кошель с деньгами, веля донести его до Гринфорда и там передать тебе, когда окажемся мы в безопасности; и наказала мне во всем тебя слушаться, госпожа, в чем нужды не было, поскольку отныне и впредь я по своей доброй воле твой покорный слуга, и стану исполнять твою волю везде и всегда".

Заряночка поблагодарила своего спутника, и улыбнулась ему приветливо, так что сердце юноши неистово забилось от радости и от любви к ней; с тем девушка вскочила в седло, и поехали они вместе своим путем, и Заряночка ни разу не оглянулась назад, покуда невысокая гряда холмов не заслонила от взоров Замок Обета.

ЗДЕСЬ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ПЯТАЯ ЧАСТЬ КНИГИ "ВОДЫ ДИВНЫХ ОСТРОВОВ", ПОД НАЗВАНИЕМ "ПОВЕСТЬ О ЗАВЕРШЕНИИ ПОХОДА"; И ЗДЕСЬ ЖЕ НАЧИНАЕТСЯ ШЕСТАЯ ЧАСТЬ ПОМЯНУТОЙ ИСТОРИИ, ПОСВЯЩЕННАЯ ДНЯМ РАЗЛУКИ.

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ: ДНИ РАЗЛУКИ.

По дороге до Гринфорда ничего такого не случилось, о чем бы следовало рассказать; и прибыли туда всадники, когда солнце уже клонилось к закату, ибо скакали, нигде не задерживаясь, весь день.

Проезжая по улицам славного города, приметили они, что хотя на дворе и вечер, когда люд обычно выходит из дому поразвлечься, детей и женщин на улицах и у дверей встречается довольно, но мужей очень мало, и те по большей части седоголовые старики.

И вот Арнольд привел Заряночку в городскую ратушу; несмотря на поздний час, представитель бургграфа был еще там; сам же бургграф находился в воинстве осаждающих Красную Крепость. Представитель бургграфа, человек преклонных лет и большой мудрости, и при этом еще вполне исполненный сил, оказал Заряночке и ее свите добрый прием, и очень им порадовался, узнав, что есть при них печать и пропуск от Джеффри Ли; он накормил и напоил гостей, и разместил их на ночлег в собственном доме, и всячески старался угодить им.

На следующий день спозаранку Заряночка отослала назад Арнольда и четырех вооруженных воинов, ничего им не объяснив, и объявив только, что такова ее воля; и прощаясь с помянутым Арнольдом, она протянула юноше руки для поцелуя, и подарила кольцо с пальца, так что уехал он, ликуя и радуясь.

Едва Арнольд и его люди удалились на достаточное расстояние, девушка отправилась к старику, городскому наместнику из числа олдерменов, и дала ему понять, что желает нанять в слуги и сопровождающие двух-трех мужей, умеющих управляться с лошадьми и прочим скотом, и при том с оружием обращаться, буде случится надобность; ибо есть у нее дела в этом краю, и, очень возможно, придется ей переезжать из города в город. Старик выслушал просьбу гостьи приветливо, но ответствовал, что в нынешние смутные времена непросто найти мужчин, что за какую бы то ни было плату согласятся выехать из Гринфорда, ибо почти все, кто способен держать в руках оружие, осаждают Красную Крепость. Однако же еще до полудня наместник привел к Заряночке человека, каковой, хотя и перевалило ему за шестой десяток, еще вполне был способен к далеким переездам, и двоих крепких отроков, сыновей его, и сказал девушке, что люди эти надежны, и при необходимости отправятся с нею хоть на край света.

Этих людей Заряночка охотно наняла, и сговорилась с ними о хорошей плате; и поскольку у каждого было по луку, и по мечу, и по колчану со стрелами, ей пришлось снабдить новообретенных слуг только кожаными куртками, да круглыми щитами, да шлемами, и оказались они снаряжены в дорогу лучше некуда. В придачу девушка купила им трех добрых коней, и еще вьючную лошадку; и нагрузила последнюю различной потребной в дороге кладью и снедью. Затем распрощалась она с олдерменом, от души поблагодарив его за дружеское участие, и уехала из Гринфорда куда глаза глядят, пока день был юн.

Олдермен загодя спросил Заряночку, куда та направляется, и сообщила девушка, что сперва поедет в Моствик, а затем в Шиффорд-на-Стренде; ибо прежде доводилось ей слыхать, будто оба этих города лежат в одном направлении, и Моствик - в каких-нибудь двадцати милях от Гринфорда. Но едва всадники удалились от ворот на достаточное расстояние, Заряночка свернула направо, и двинулась по тропе, что уводила прочь от Моствика; и ехала по ней на протяжении миль трех; а затем спросила старика, куда тропа ведет. Тот поглядел на девушку и улыбнулся краем губ; не сдержала улыбки и она, отозвавшись:"Не удивляйся, друг мой, что сама я не знаю, куда еду; ибо, по совести говоря, я - искательница приключений себе на голову, направляю коня куда глаза глядят, а надо мне всего-то место под солнцем, где могла бы я поселиться и зарабатывать себе на жизнь, пока не наступят лучшие дни; и вот тебе вся правда, как на исповеди: воистину спасаюсь я бегством, и хотела бы запутать след, и прошу вас троих мне в том помочь. Но должно вам узнать, что бегу я не от врагов, а от друзей; и коли пожелаете вы, то по пути расскажу я вам мою повесть от начала и до конца, и, пока мы вместе, останемся мы друзьями, да и впоследствии тоже, может статься".

А сказала так Заряночка потому, что внимательно пригляделась она к своим спутникам, и сочла их людьми достойными и честными, и притом не вовсе обделенными умом. Воистину, старец, по имени Джерард из Кли, был далеко не немощен, и собою недурен; а двое его сыновей отличались и красотою, и крепостью сложения, с ясными глазами и точеными чертами лица; звались они Роберт и Джайлс.

Ответствовал старый Джерард:"Леди, благодарю тебя от всего сердца за учтивое твое обращение; я бы сошел с лошадки да преклонил пред тобою колена, кабы не видел, что хотелось бы тебе за сегодняшний день уехать как можно дальше; засим отложу я почести до того момента, когда расположимся мы отдохнуть у дороги". Рассмеялась Заряночка, хваля его рассудительность; а юноши глядели на нее во все глаза и восхищались ею в сердце своем. Воистину, дружба этих достойных и честных людей обрадовала девушку и утешила, успокоив ее мятущуюся душу. И принудила себя Заряночка говорить с ними приветливо и весело, и расспросила их о том, о сем, и многое от них узнала.

Но вот продолжил Джерард:"Леди, коли желаешь ты скрыть свои пути от кого бы то ни было, способ ты выбрала весьма недурный, ибо хотя дорога эта хороша для всадника, это - всего лишь проселочная тропка промеж овечьих пастбищ, дабы люди могли проехать с телегами в зимние дожди и весеннюю слякоть; и долгое время на пути ничего нам не встретится, кроме пастушьих хижин; от силы одно-два селения за два дня езды; а на третий день доберемся мы до городишки под названием Упхэм, где народу мало, кроме как во время ярмарки шерсти в середине лета, а таковая уже миновала.

А тропа эта выходит со временем на широкую дорогу, коя пролегла через возделанные земли и славный город Эпплхэм, и оттуда уводит к пашням, и вольному Граду Мостов; край тот порядком застроен и весьма изобилен. Но, коли хочешь, ни по одному из помянутых путей мы не поедем, но направимся через холмы, что лежат к северо-востоку от Упхэма; хотя дорог там нет, однако проехать нетрудно. Тамошний край хорошо мне знаком, равно как и его источники; и долинки и ручьи его 1, все уводят в направлении северо-востока, и тут и там встречаются деревни и села, где сможем мы отдохнуть и подкрепиться. Через холмы ехать нам придется дня четыре, а потом земля резко пойдет вверх, и с возвышения увидим мы внизу перед собою дивный край пашен, с лесами и реками, изрядно застроенный; а в середине его высится огромный город, с башнями и крепостными стенами; есть там и великолепный белый замок, и собор, и домов красивых немало. В том городе сможешь ты поселиться и зарабатывать себе на жизнь, ежели знакомо тебе какое-нибудь ремесло. А ежели нет, так отыщем мы себе какую-никакую работу за справедливую плату, и прокормим и тебя, и себя. А помянутый город тот зовется Градом Пяти Ремесел, и вольности его распространяются и на окрестные земли; и зачастую и сам город, и окрестные пастбища называют попросту Пять Ремесел. Что скажешь на это, госпожа моя?"