В чужом теле (СИ) - Кутукова Елена - Страница 29

Но, главное, было другое, мы вместе с Андреем занимались одним делом, вместе помогали детям. И одно это стоило той колоссальной усталости, которой я испытывала последнее время. Журналисты нас даже прозвали «сердобольной парочкой», и яро интересовались подобной причиной изменения Андрея. Некоторые шептались, что как только у нас появятся дети наши благотворительные порывы тут же выветрятся. И все с предвкушением ждали нашу свадьбу. Ждала ли я ее сама? Не знаю. Я знала одно, мне с ним хорошо. И я хотела с ним быть.

Сразу вспомнилось, как однажды вечером, лежа в постели, он признался мне, что думал, что мы расстанемся. И лишь только после аварии он смог по-настоящему меня узнать. А значит, случилось, то чего я могла меньше всего ожидать. Андрей влюбился в меня. Казалось бы, чего еще нужно для счастья? Интересная работа, любимый мужчина, знание, что в семье все хорошо?! Безумная любовь, которую я никогда не разрушу, сказав правду. Слишком хотела быть с ним, слишком была уверена, что мы будем счастливы.

Но однажды придя домой, я обнаружила на столе записку, сделанную цветными карандашами и написанную детским почерком:

Замуж лучше не ходить.

Как и «да «не говорить

А иначе будет боль

Лучше будет он не твой.

Меня всю как будто током ударило. А записку уже покрывали языки пламени. И вскоре она превратилась в пепел. Я смотрела на него, словно сейчас это мои мечты и чувства обратились в этот пепел. Этого не могло быть не могло. Андрей же хороший, правда, хороший. Что, вообще, это могло значит?

На автомате выпила воды, чтобы хоть как-то успокоиться. Все будет хорошо, все будет хорошо. Главное, ведь не говорить да? Да и Андрей мне попросту замуж не предложит, Лера была вечной невестой, чем я лучше? Все будет хорошо.

Наступил день показа у Пьетро, где мне было суждено примерить и продефилировать в платье невесты. Модельер все-таки не стал выпускать полноценную коллекцию свадебных платьев. Образ невесты достался только мне, остальных же нарядили в вечерние платья. Девушки немного нервничали, иначе как можно было объяснить их молчание? Я всех их знала, сегодня Пьетро выбрал моделей только из нашего агентства. Никто даже не пошутил на тему, что я "вечная невеста". Даже Ева не воспопльзоалась подобным шансом и держала рот на замке, и обычно болтливая Жанна тоже на удивление помалкивала.

Со мной возились дольше всех, сегодня не было никаких одинаковых образов, как объяснил визажист, сегодня я должна была сиять, как никогда, затмевая всех. Лишь когда мы садились в лимузин, я искренне позавидовала коротким платьям девушек. Мне было очень неудобно садиться в пышном великолепии с длинным шлейфом, которое сотворил модельер. Как, вообще, невесты в таком целый день ходят, при этом сохраняя радостную улыбку? Корсет больше напоминал пыточную машину. К чему, вообще, лимузин? Зачем, эта вся помпезность? Гораздо удобнее девушек было рассадить по разным машинам. Почему мы готовились не непосредственно на месте показа, как обычно, принято? Неужели гримерок нет? Но также можно помять вещи. И что за необходимость делать показ на незнакомом подиуме?

Это нервировало. Но еще больше я стала переживать, когда девушек высадили раньше меня. И я осталась с Пьетро одна. Уже подумала, что вновь угодила в какую-то ловушку, как он сказал мне выходить. Почему-то мы с ним заходили именно с чернового хода. Пара лестничных пролетов, усланных красной ковровой дорожкой, и Пьетро остановился у одной огромной двери, где нас ждала парень, очевидно, его помощник.

— Да, прибыла, — ответил он кому-то по наушнику.

Пьетро еще раз расправил платье, улыбнулся и произнес:

— Будь счастлива. А теперь плыви моя лебедь.

И они вдвоем открыли мне дверь в зал с не открыли двери. Я успела сделать несколько шагов вперед, когда как услышала Марш. Марш Мендельсона. А в конце огромного зала увидела Андрея в смокинге, явно ожидавшего меня. И море, целое море гостей. На секунду я хотела рвануть обратно. Но Пьетро с помощником уже закрыли двери за мной. Сердце бешено билось, я не верила в происходящее, в это невозможно было поверить. Я невеста, мы сейчас женимся, но как? Как Андрей это провернул?

На меня смотрели все, а значит, назад уже не повернуть. Оставалось только идти вперед, под прицелом многочисленных взглядов. И думать, как это, вообще, вышло?

Я шла по красной ковровой дорожке, словно по подиуму, словно это был очередной показ. Уверенная походка, лицо, не выражающее настоящих эмоций, и той паники внутри. Заметила девочек, с которыми ехала. Они радостно махали мне и улыбались. Лишь у Евы был кислый вид, словно она проглотила лимон. Девчонки все знали с самого начала, и молчали. Предательницы. В правом ряду в середине обнаружила Аню. А в одном из первых рядов я увидела белокурую макушку, явно принадлежащую Лериной маме.

Наконец, я встала возле Андрея, который самодовольно улыбался мне и протянул букет белых роз. Ну куда уж без букета невесты?

— Довольна? — тихо спросил он.

— Как? — тихо произнесла я.

— Тсссс, не время, — сказал он, поворачиваясь к работнице загса, которая уже начала произносить торжественную речь. Я не вслушивалась в ее слова. Все еще не могла поверить в происходящее.

Лишь после того, как Андрей сказал «да», я пришла в себя.

Регистратор уже обратилась ко мне:

— Согласны ли вы… — начала она говорить она.

А у меня перед глазами встала та дурацкая записка, и собственный голос, произнёсший:

Замуж лучше не ходить.

Как и "да" не говорить.

— Так, вы согласны? — женщина дважды повторила свой вопрос.

Андрей смотрел на меня. На его лице было удивление, которое готово было перейти уже в любую другую эмоцию. Улыбка окончательно стерлась с его лица, вместо нее в глазах был страх и замешательство. Казалось, весь зал замер в ожидании моего ответа. А мне хотелось разрыдаться. Слишком хорошо я понимала, что наши отношения не выдержат слово "нет". После этого я его навсегда потеряю. Будь что будет, и я решилась.

Зал взорвался внеплановыми аплодисментами, а Андрей выдохнул. Дальше все прошло по типичному для свадеб сценарию, поцелуи, первый танец, фотосессия и ресторан. Мама Леры, плачущая от счастья. Аня, рассказавшая, как именно Андрей это организовал. Да уж, кому-то нужно лучше хранить свой паспорт. А то так не до свадьбы, а до рабства могла дойти. Все это время я думала, как мои собственные родители хотели побывать на моей свадьбе.

Теперь мне нужно было привыкать к новой жизни с новой фамилией, но единственное о чем я думала безумно уставшая от этого безумного дня, не совершила ли я ошибку?

Моя жизнь действительно изменилась. После свадьбы я переехала к Андрею, в его дом. Собственно, Андрей не спрашивал о переезде, просто сказал собирать вещи. А ведь я ни разу у него не была, и даже не думала, насколько это несравнимо с Лериной жилплощадью, с нашим маленьким уютным гнездышком. Дом был огромен, Андрей выделил мне целый этаж под свои нужды. Но выбивало из колеи меня другое, у Андрея были слуги: домработницы, повар, и даже садовник. Кроме того, лично для меня он решил нанять фитнес-тренера и водителя. Последнее немного расстраивало. Я все же надеялась, что он и дальше будет забирать меня с работы. Но как Андрей пояснил, он просто не хочет, чтобы я садилась за руль. Эх мой муж и не догадывался, что в отличие от настоящей Леры, я не умею водить машину.

Жизнь и правду стала похожа на сказку о Золушке, где Андрей оказался моим прекрасным принцем, готовым исполнить любое мое желание. Память о дурацкой записке почти выветрилась. Слишком хотелось мне наслаждаться каждым мгновением. Даже то что я не слишком понравилась матери Андрея меня несколько не расстраивало, не мне с ней жить. Новоявленная свекровь всерьез советовала сыну всерьез подумать о своем поспешном решении. Но Андрей не желал этого слушать. Через несколько недель женщина все-таки смирилась, сказав, что надеется в скором времени на внуков.