Звезды, которые мы выбираем (СИ) - Шорт Лана - Страница 17

— Это становится опасно, — герцог пребывал в тихом бешенстве. — Дар этой сучки все возрастает!

— Это духи, — отозвался Грейдас, — они усиливают его действие. Интересно, кто их составил? Сама Данира слишком глупа для этого… Разве что, компаньонка?

— Неважно, — отозвался Лерей таким голосов, что Грейдас с беспокойством взглянул на него и увидел, как у друга дергается щека. — Она завтра же должна убраться из замка. Я за последние несколько дней лишь чудом не попался. Твой оберег больше не помогает.

Грейдас подъехал поближе:

— Дай взглянуть!

Герцог протянул ему снятый с шей шнурок с висевшим на нем деревянным, отполированным до блеска, кругляшом. Менталист порасматривал его несколько минут, потом обескуражено заявил:

— Не понимаю. Лерей, да он больше не работает! Стал совершенно инертной пустышкой. Кто до него дотрагивался?!

Дорога до театра показалась герцогу и его другу слишком короткой — они так и не смогли догадаться, как разрядился сделанный для герцога амулет, а на основательный анализ времени не хватило.

Зато в театре леди Данира вынужденно осталась в лоджии одна, не считая компании своей компаньонки. Лорды разместились в соседней, следуя правилам приличий, и хотели было продолжить горячую дискуссию, но тут неожиданно выяснилось, что в спектакле блистает неизвестное ранее герцогу молодое дарование — обворожительная актриса, игравшая не менее пленительную героиню. Сердце герцога томительно сжалось в предвкушении. Новая фаворитка была определена! Слуга сбегал за цветами, и букет с запиской, собственноручно написанной герцогом, тут же передали прелестной искуснице театральных подмостков. Лерей с трудом дожидался окончания спектакля, собираясь тут же пройти за кулисы.

— Дружище, — позвал он Грейдаса, — я знаю, леди Данира собиралась пробыть у меня до конца месяца. Но уехать должна завтра. Сделаешь?

Грейдас задумался, потом кивнул:

— Если актриса останется до утра в твоих покоях, это здорово облегчит мою задачу.

Лерей самодовольно хохотнул:

— Ни одна из моих любовниц не уходит до тех пор, пока я их не отсылаю. Да и тогда — умоляют остаться. Так что, не беспокойся — будет греть мою постель сколько нам нужно!

***

Эллина успела перейти от отчаянной радости, что спасение близко, до опасливой осторожности — а откуда взялся этот спаситель и что за Академия Внешней Разведки? Хотя то, что общались они на аредейском, уже говорило само за себя. Эллина поежилась — выходило, что ее, каким-то образом, приняли за аредейску, более того — за курсантку какой-то их академии. Оставалось понять, как выпутаться из всего этого с наименьшими потерями. Сказать правду?

Эллина, подволакивая цепь, прошаркала вдоль стены, старая успокоиться. «Нет!» — правильный ответ пришел внезапно и Элли остановилась от осознания того, что если бы не эта ошибка, то ее, скорее всего, просто бы пристукнули. Стражник-то, явно, шпионит на пользу Аредейской империи, а что делают с посторонними недотепами, случайно раскрывшими тайного агента иностранной разведки? Правильно — даже отвечать не надо.

Эллина направилась в обратную сторону, пытаясь успокоить нервы и собрать разбегающиеся умные мысли в кучку. Пока что в ее голове царил полный хаос. Придется подыграть. А потом?! Влезть в доверие, узнать, где его корабль и угнать его? А что, если появится настоящий стажер? И если этот стражник — местный агент, то почему он ничего не знает об разбившемся Стриже, тем более останки его привезли в замок?

И девушка продолжила бесконечные метания вдоль стены, изнывая от бесконечного ожидания.

Алистер тем временем успел договориться о прикрытии для свалившегося ему на голову безмозглого отпрыска великого семейства. Осталось натаскать безбашенного стажера на новую легенду, — старая оказалась теперь совершенно непригодна.

Глава 9

Утро застало Лерея в самом благодушном настроении. Милашка актриса в постели оказалась страстной и искусной.

— Прелесть моя, — герцог лениво забрал пушистую прядку волос новой любовницы за её аккуратное розовое ушко. Та восприняла жест высокопоставленного покровителя как ласку и мурлыкнула от удовольствия, хотя причина его крылась совсем в другом — волосы девушки лезли Лерею в глаза, и это вносило диссонанс в его полное довольство жизнью. Он нарочно продолжал валятся в постели, ожидая действий своего приятеля, которые, наконец-то, — с надеждой взмолился он, — нанесут сокрушительное поражение матримониальным планам леди Даниры и вынудят ее убраться из замка и из его жизни. Прав был отец, а сам он оказался безмозглым дураком.

В коридоре послышался шум и Лерей недоверчиво приподнялся на локте — неужели Грейдас смог спровоцировать Даниру на то, чтобы она ворвалась к нему в покои?!

Девушка рядом испуганно дернулась, и Лерей ласково похлопал ее по плечу, как если бы успокаивал одну из своих гончих. А дверь действительно распахнулась и в спальню влетел взъерошенный Грейдас.

— Рей, ты должен это видеть, это же… у нас проблемы! Нас обвели вокруг пальца!

Лерей вылез из-под одеяла и, не стесняясь наготы, подошел к столику с набором для умывания — кувшином и тазиком. Он плеснул водой из позолоченного стеклянного кувшина себе прямо в лицо, отфыркался и только затем повернулся к столь не вовремя появившемуся менталисту.

— Успокойся и объяснись, — приказал герцог.

— Этот димерииец, этот Трой, — запинаясь, начал Грейдас, — он стер себе память о последних нескольких днях. Это какая-то новая разработка лорда Тахо. Просто невероятно! Мне нужна эта техника! — возбуждённо тарахтел приятель, заставляя Лерея недовольно морщится.

— Ничего, у нас есть девчонка. Они же вместе провели все это время. Если не сможешь пробить ее защиту, то в пыточной ей язык развяжут — особо и ломать ее не придется, уверен.

— Девчонка, — расстроился Грейдас еще больше, — пытать ее не получится. Там тебя целая делегация лиидцев ждет. Эта дурёха — племянница самой госпожи Деи. Переехала к ней из деревни, получила право на городское жительство, учиться у тётки начала, да влюбилась, говорят, в какого-то прохиндея и сбежала с ним. Тетка от радости, что племянница нашлась, все семейство сюда приволокла — в ноги тебе кланяться и о хартии прав лиидцев напомнить.

Грейдас расстроенно потер переносицу и продолжил:

— Так что, девчонку им придется отдать. У нас против нее только и есть, что сбежала из темницы, да как привязанная следовала за димериийцем.

Герцог возмущенно вскинул было голову, но ничего не произнес — хартия существовала, и он сам участвовал в ее создании, гордясь как собственным прогрессивным мышлением, так и самим поступком. Девчонку, коли все подтвердится, действительно придется отдать семье.

— Как они только узнали-то? — вслух задумался Грейдас, пытаясь припомнить, кто мог видеть пленников. То, что его планы в отношении большеглазой малышки оказались грубо нарушены, его неимоверно бесило.

— Кто-то из стражников язык за зубами держать не умеет. Разберись! — раздраженно бросил ему герцог. — А девку, раз все равно прочитать не можешь, на очный допрос в присутствии тетки. И без костоправства. Не след мне собственноручно подписанную Хартию не соблюдать.

Друг молча кивнул, со вздохом отказываясь от идеи уверить прибежавших родственничков пленницы в том, что их дезинформировали и никакой их племянницы тут нет. Лерей болезненно относился даже к крохотному пятнышку на его чести, а уж данное слово держал крепко накрепко. Это приводило Грейдаса иногда в восторг, а иногда — как сейчас — в тихое беспомощное бешенство из-за безголового упрямства герцога, помешенного на родовой чести. Не дело правителю провинции и умному политику соблюдать такие глупости, подходящие разве что рыцарям из баллад. Но, с другой стороны, именно это баранья упёртость в делах личной чести и привлекала к нему людей, именно его безоговорочное умение держать свои обещания выводило Лерея в пятёрку наиболее популярных политиков в союзных королевствах, и именно оно, как предполагал Грейдас, играло не последнюю роль в том, что Лерей, младший из трёх братьев, всегда был любимым сыном отца. А любовь короля стоит многого, пусть сын и рожден вне законного брака. Да, герцог вызывал у Грейдаса целый спектр разнообразных чувств, но постоянным оставалось одно — восхищение другом и полная ему преданность.