Снишься мне (ЛП) - Лофтис Квинн - Страница 13

— Да.

— Помню.

— Что если я скажу тебе, что все что Эмма рассказала мне в том сне — правда? Ты сочтешь меня сумасшедшей? — Серенити задержала дыхание в ожидании ответа подруги.

— Нет, — наконец, ответила Глори. — Но я хотела бы знать, откуда тебе известно, что это правда, несомненно, основываясь на реальных фактах.

Она выдохнула и поблагодарила Бога за такую удивительную подругу.

— Устраивайся удобнее.

— Тебе придется проявить некоторую жалость, пока пища не начнет перевариваться. Не обращай внимания на стоны, пока объясняешь, о чем, черт побери, ты говоришь. Просто продолжай.

— Темой мистера Суини вчера на истории была легенда о Песочном человеке.

Голова Глори внезапно показалась над краем кровати. Ее светлые волосы упали на лицо, и она нетерпеливо их смахнула.

— Ты знала, что он собирается говорить об этом?

Серенити покачала головой.

— Он сказал, что заменил тему в последний момент.

— Это странно, — она сузила глаза, гладя в пространство, прежде чем обернуться к ней. — Что он сказал? Что-нибудь из этого совпадает с тем, что говорила Эмма?

Серенити начала с момента, когда лекция мистера Суини резко свернула в область преданий, которые совпадали с тем, что девочка рассказала ей во сне. Глори — самый внимательный и экспрессивный слушатель, ахала во всех нужных местах и изредка добавляла «черт возьми», когда считала это необходимым. Серенити остановилась, когда, наконец, добралась до той части, где почувствовала присутствие Дайра в комнате.

— Это та часть, которая меня беспокоит. Я боюсь, что ты подумаешь, что у меня галлюцинации или что-то вроде того, просто чтобы наполнить содержанием все, что я слышала и испытала.

— Ну, я всегда полагала, что ты самая стеснительная телка в стаде. А если серьезно, подруга, ну кто еще на земле имеет столь же крепкую голову на плечах, как ты? Ради бога, как я могу думать, что ты была не в своем уме, когда ранее не подавала никаких признаков подобного? — спросила Глори.

— Ну, ты можешь изменить свое мнение, когда я скажу тебе, что Дайр был у меня в комнате прошлой ночью, и я с ним говорила.

Глори распахнула глаза.

— Он отвечал? Подожди, как он выглядит? Он был горяч? Конечно, он был горяч, не так ли? Я тебе говорила, что так и будет.

— ГЛОРИ! — Серенити схватила размахивающую руку подруги. Она начинала сильно жестикулировать, когда была взволнована.

— Ты слышала ту часть, где я говорила, что мифическое существо объявилось в моей спальне прошлой ночью?

— Я это слышала, и если ты говоришь, что разговаривала с ним, то я тебе верю.

— Вот так просто?

— Серенити, я тебя знаю. Я знаю твой характер, твое сердце, и твою неспособность лгать. Я имею в виду, давай посмотрим правде в глаза, если тебе придется играть в покер на жизнь, то мы сразу можем сдать мерки для гроба.

— Я не собираюсь обижаться, потому что в данный момент я просто радуюсь, что могу поговорить об этом.

— Да, я ужасна. Как ты могла сомневаться во мне? Теперь перейдем к самому главному. Так он горяч?

— Тебе, в самом деле, двадцать два? Они не ошиблись в твоем свидетельстве о рождении?

Глори закатила глаза.

— Моя лучшая подруга — старшеклассница. Как ты можешь многого от меня ожидать?

— Резонно, — согласилась Серенити. — И отвечая на твой вопрос, я не имею ни малейшего понятия, страшен ли он как черт или так горяч, что может расплавить сталь. Он не захотел мне показаться.

— То есть он просто с тобой разговаривал? Как ты поняла, что он в твоей комнате?

— Я могла чувствовать его. Это было странно, но я просто знала, что он был там. Поэтому я окликнула его. Но он не ответил, пока на третий раз я произнесла его имя. К тому времени я почти поверила, что разговаривала в пустой комнате. Но потом он заговорил.

Ее лицо приняло мечтательно выражение, которого она не осознавала, пока вспоминала спокойный, гипнотический голос Дайра.

— Что это за вид? — спросила Глори, указав на лицо Серенити, почти попадая пальцем ей в глаз.

— Какой вид? — Серенити попыталась отрицать то, что увидела Глори.

— Хм, выражение лица, которое говорит, что кто-то перевернул твой мир. У тебя после этого удивительно соблазненный вид.

— Ладно, что это вообще значит и является ли это настоящим? И, нет, у меня вовсе не удивительно соблазненный вид.

Глори прищелкнула языком.

— Ты ведь знаешь, куда попадают лжецы после смерти, правда?

Она застонала на дежурное высказывание Глори, используемое каждый раз, когда отказывалась признаться в чем-либо старшей подруге.

— Хорошо, — сдалась она, приготовившись смутиться от необходимости объяснять, что его голос сделал ее такой удовлетворенной, что хотела оказаться в его руках и просто слушать его вечно.

— Его голос был… ну… похож на… заставил меня желать… я не знаю, как это объяснить, — сдалась она после жалких попыток объяснения.

— Ты пытаешься сказать, что его голос был достаточно сексуальным, чтобы вызвать слуховой оргазм?

— Ты серьезно?

Серенити покраснела и закрыла лицо руками. Через мгновение, собравшись, она продолжила.

— Он был сексуальным. Но был и чем-то большим, словно спокойный, гипнотический и вызывающий мурашки одновременно.

— Вот черт, — произнесла Глори, глядя на нее огромными, завидующими глазами.

— Что?

— Ты описываешь последствия. Жгучее желание удовлетворено, и все кажется супер чувствительным, но в хорошем смысле. Ты все еще на седьмом небе от этой силы, но теперь можешь сосредоточиться на своих ощущениях, потому что желание больше не отвлекает тебя.

Сара уставилась на лучшую подругу, широко раскрыв глаза.

— Ты поняла все это, после того как я сказала, что его голос был спокойным, гипнотическим и вызывающим мурашки?

Глори кивнула.

— Хотелось бы подтвердить, что твое весьма живописное объяснение правда, но моя девственность все еще в надежном месте, так что я не могу сказать, что чувства, которые я испытала, как-то совпадают с тем, что ты описываешь.

— Ладно, как насчет того, что его голос заставил тебя чувствовать, будто ты только что сделала несколько глотков самого прекрасно выдержанного вина, и оно теплом растекается по всему телу.

Серенити беспомощно посмотрела на нее.

— Все еще нет? — спросила Глори.

— Не пью, — ответила Серенити, показав на себя.

— Ну, я умываю руки, милая. Придется тебе самой описывать его удивительный голос, мой репертуар исчерпан.

Серенити фыркнула, когда подруга драматично плюхнулась обратно на кровать.

— Ценю твою готовность поделиться опытом.

Глори сделала одобрительный жест.

— Я знала, что есть причина, по которой я позволяю тебе тусить со мной. Теперь, — она показала жестом продолжать, — расскажи мне больше об этом Дайре с невероятным голосом. Что он тебе сказал?

И так история продолжилась до тех пор, пока Серенити не рассказала все вплоть до прощальных слов Дайра, произнесенных шепотом. Она почувствовала себя обделенной, заново переживая все это, пока говорила. Теперь, когда она уже пережила первоначальный шок от прямолинейных слов Дайра, она хотела больше узнать о нем.

— Дай-ка мне уточнить, милая, — сказала Глори, повернувшись на бок и подперев голову рукой. — Этот Дайр, бессмертный парень из легенды, с сексуальным, вызывающим-мурашки-по телу голосом сказал, что хочет тебя, а ты сказала ему, чтобы он ушел?

— Когда ты так говоришь, то заставляешь меня выглядеть отстойно, — парировала Серенити. — Я пыталась быть ответственной. Я ничего о нем не знаю.

— Позволь заметить, что ты провела неделю, изучая его, сидела в классе, когда твой учитель читал лекцию о нем, и видела сон, в котором жутковатая маленькая девочка выболтала все про него?

Глори многозначительно посмотрела на нее.

Она подняла руки, сдавшись.

— Ты снова заставляешь чувствовать себя отстойно, Глори.

Ее подруга просто пожала плечами и разглядывала свои ногти.