Глаз Пустыни (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 65

Затем он рухнул на пол. Толпа задвигалась, выкрикивая имя эмира и Файлид.

Файлид некоторое время потрясённо смотрела на своего рухнувшего отца. На её лице отразились самые разные чувства, горе и ужас были доминирующими. Затем она выпрямилась и подняла руку.

— Прошу тишины! — попросила она звучным голосом. — В память о моём отце прошу вас, сохраняйте спокойствие!

Марина снова стояла прямо.

— Но то, о чём ты забыла упомянуть, это твоя болезнь, сестра, — сказала она. — Как говорится, боги любят тех, кого хотят забрать пораньше. Разве я не права, сестра, и у тебя есть такая болезнь?

Внезапно я вновь почувствовал это давление и беспомощность, которые уже ощущал с Обдуном, когда тот обхватил моё лицо руками. Только на этот раз это чувство казалось несравнимо сильнее.

— Да, — сказала Файлид. — Я страдаю такой болезнью.

Её голос звучал вымученно.

У ног эссэры Файлы закричала Фарайза, и Хелис посадила её на пол, чтобы странно равнодушными глазами пристально уставиться на Марину.

Позади стула Зиглинды раздался звон, когда упал Ледяной Защитник и заскользил по полу. Меч не прыгнул ей в руку, а пролетел мимо меня, остановившись почти возле эссэры Фалы. Я попытался позвать Искоренителя Душ, но он не двинулся с места. Фала, видимо, тоже не могла двигаться, я слышал, как её дыхание становится всё тяжелее.

— Разве твои личные врачи не объявили, что тебе осталось жить всего несколько месяцев? Теперь ты носишь корону Газалабада, стала эмирой… Будь честна к своему народу!

Глаза Марины были теперь чёрными, как ночь, но это могли видеть только Файлид, Фала и я. Оба охранника, которые убрали неподвижного эмира в сторону, смотрели в пол. Хелис тоже их видела, хотя вряд ли понимала то, что видит. Она дрожала, а на лице появилось выражение чистого ужаса. Может воспоминания о том, как она потеряла душу, остались. Потому что глаза Марины приняли ту же тёмную глубину, которую я видел в глазах Ордуна, когда он схватил меня.

— Да, — выдавила Файлид. Я видел её борьбу, как на шее выступили вены, но всё было бесполезно. — Это верно. Личные врачи сказали, что мне осталось жить совсем недолго.

— Разве они не говорили, что будет чудом, если ты ещё сможешь пережить своё День рождение?

Голос Марины звучал теперь странно убедительно. Внезапно для меня стало всё очевидным. Эмир знал о болезни Файлид… и знал, что корону она будет носить не долго.

Но мы могли быть благодарны богам за то, что тут стояла Марина, избранная Глазом Газалабада как достойная наследница.

И разве Файлид не выглядела больной?

Ужас на лице Хелис сменился любопытством, когда она посмотрела на Ледяного Защитника, который лежал у ног Фалы рядом с ней. Бриллианты на рукоятке меча сверкали.

— Ты хорошо себя чувствуешь, сестра? — обеспокоенно спросила Марина. Как же трогательно она заботится о своей сестре! — Лучше сядь.

Файлид послушно кивнула.

— Я должна сесть, я и правда чувствую слабость, — тихо промолвила она и почти падая, опустилась на пол.

Хелис прикоснулась к Ледяному Защитнику, и её глаза расширились.

Она обоими руками быстро схватилась за рукоятку меча и повернула голову дракона на четверть круга. Голова отделилась от рукоятки.

— Лучше отдай корону мне, сестра, пока ещё можешь, — сказала Марина.

Я чуть не расплакался при виде такой заботы. Это было такое трагическое зрелище, видеть этих двух сестёр вместе. Одна такая храбрая перед лицом смерти, другая готовая выполнить свой долг перед страной и народом.

Из рукоятки Ледяного Защитника в руку Хелис выскользнули две жемчужины. Она зажала драгоценности в кулак и встала. Какая-то часть моего разума удивлялась её целенаправленным действиям. Хелис подбросила жемчужины в воздух над обоими сёстрами. Сначала они летели нормально, но потом перестали падать и пулей метнулись ко лбам сестёр, чтобы там коснуться кожи.

Обе сестры вздрогнули, Файлид отпрыгнула назад, и давление в голове исчезло. Марина начала кричать, когда жемчужина на её лбу потемнела, начав въедаться в кожу. Она подняла руки, и попыталась оторвать жемчужину ото лба, вдоль её пальцев сбегала кровь, а черты лица расплылись как вода.

— Файлид! — крикнула Хелис. Быстрое движение, и голова дракона вернулась на место.

На галерее стрелки прицелились, но Ледяной Защитник остался в ножнах.

— Файлид! Вот!

Принцесса удивлённо посмотрела на Хелис, которая за ножны протягивала ей Ледяного Защитника.

Марина обхватила пальцами чёрную жемчужину — мне казалось, будто они впились ей глубоко в лоб — и с триумфов вырвала её. Раны не осталось.

— Со мной такое не пройдёт! — воскликнула она и с триумфом подняла взгляд. Я вздрогнул, когда увидел рожу, которая ещё совсем недавно была лицом Марины. Её взгляд лишь скользнул мимо, всё же я почувствовал, будто меня затянуло в бесконечную глубину этих чёрных глаз. — Не так просто!

Я почувствовал, как снова нарастает давление в голове и обругал себя ослом за то, что не использовал короткий момент, чтобы позвать свой меч. Теперь же было слишком поздно! А может и нет, потому что…

— Зато так, — сказала громко и внятно Файлид и вытащила Ледяного Защитника. Блестящий клинок описал короткую дугу, и голова Марины с кровавым фонтаном слетела с плеч. На её чертах, которые утратили почти всё сходство с гордым лицом Марины, всё ещё был этот триумф.

К моему ужасу, тело Марины осталось стоять и задёргалось, прежде чем наконец рухнуть после, казалось бы, целой вечности.

— Тихо! — крикнула Файлид. — Соблюдайте тишину! Это не моя сестра! Это некромант, Глаз Газалабада только что предупредил меня, — она подняла вверх Ледяного Защитника. — Это меч Льва. Он спас меня от опасности. Сохраняйте спокойствие, сейчас вы всё узнаете.

Может это была её манера держаться или голос, или поднятое вверх бледное лезвие Ледяного Защитника… Что бы ей не помогло достичь этого, толпа успокоилась. Быстро подошли стражники и унесли обезглавленное тело и голову.

Файлид осторожно опустила Ледяного Защитника и поставила перед собой на остриё лезвия, он остался стоять.

На лезвии не было крови, и мне показалось, будто меч доволен. Если бы он начал мурлыкать как кошка, я бы вряд ли удивился.

— Это, — начала Файлид голосом, полным эмоций, — должен был стать счастливый день. Я ещё надеялась, что отец будет давать мне мудрые советы в течение многих лет. Но боги забрали его у меня. А потом оказалось, что моей бедной сестре всё-таки не удалось выжить, что это была уловка. Уловка некроманта, пытавшегося захватить корону Газалабада, — она замолчала, сделав глубокий вдох. — На коронации общепринято петь, танцевать и радостно праздновать, но сегодня… сегодня я прошу всех моих гостей и народ отправиться в храмы, чтобы помолиться за души моей бедной сестры и отца, чтобы ваши слова благополучно сопроводили их в Залы Сольтара. Завтра вечером я снова приму каждого, кто был приглашён сегодня, но в этот день народ должен помянуть своего мудрого эмира, моего отца. Идите и молитесь за них обоих.

Она опустилась на колени и склонила голову, перед ней блестел Ледяной Защитник, и постепенно толпа начала двигаться. Приглашённые гости покидали тронный зал тихо бормоча, качая головой, смотря с недоверием или плача.

Я тоже хотел встать, но Фала покачала головой.

— Останьтесь. Я хочу знать, что здесь произошло.

Она с трудом встала, будто в этот момент её настигло бремя прожитых лет, и прошла туда, где умерла Марина, наклонилась и подняла испачканную кровью чёрную жемчужину, которая в следующий момент побелела. Она задумчиво изучила жемчужину, затем зажала драгоценность в кулак и переключила внимание на Хелис.

Та снова наклонилась вперёд, качая в руках довольно лепечущую Фарайзу, но лишь внешне она была как раньше. Вся её манера держаться изменилась, что вряд ли ускользнуло от глаз эссэры. Только жемчужины и Ледяной Защитник позволили Файлид противостоять некроманту в шкуре сестры, и то и другое дала ей Хелис.