Звёздные врата. Пять чувств. Триллиум. Сборник. Кн. 1-13. - Нортон Андрэ - Страница 559

— Так тому и быть! — поставила точку Кадия. Анигель с невыразимой болью переводила взгляд с одной сестры на другую.

— Дорогая Харамис! — воскликнула она. — Как бы мы ни доверяли тебе, но твое пребывание у Орогастуса… Мы не должны забывать об этом. — В глазах у девушки стояли слезы, но говорила она тихо, спокойно, с неколебимой верой, и эта твердость духа заставила всех примолкнуть. Анигель закончила уже в абсолютной тишине — даже журчащая поодаль река замерла, ветерок присмирел… — У нас нет иного пути, кроме как подвергнуть испытанию чистоту твоих помыслов.

В этот момент со стороны лагеря долетели ликующие крики, громкие возгласы. По-видимому, сюда добрался еще один отряд добровольцев. Казалось, этот шум, ожившая ночь, особенно ясная в те минуты — туман уже рассеялся, и звезды, проснувшись, помаргивали в вышине, — должны были примирить сестер, смягчить их сердца.

Но нет — напряжение, царившее в главной ставке, передалось всем, стоявшим рядом. Никто слова не произнес, но словно по команде лаборнокцы и уйзгу покинули это место и скрылись во тьме, за линией часовых, охранявших подступы к штабу. Возле стола, кроме сестер, остались только принц Антар, которого бестрепетно удержала Анигель, и Джеган, который нарисовал на земле перед каждой из сестер знак Черного Триллиума.

Харамис, глядя на Анигель, усмехнулась.

— Пусть будет по-вашему, хотя я не настаиваю, чтобы тебя тоже подвергли испытанию за связь с принцем Ангаром.

Анигель покраснела, но голос ее остался так же спокоен, как и прежде.

— Это недостойные слова, Харамис. Более того, они неуместны, и я рада, что их слышат только свои и они не выйдут за пределы этого шатра.

Харамис прикусила нижнюю губу, потом повернулась, взяла со стола корону и подошла к Джегану. Тот встал на колени и, склонив голову, принял символ государственной власти. Затем охотник поднялся и отошел к одной из стоек. Там и застыл…

Анигель и Кадия встали рядом с поднятыми талисманами в руках. На этот раз молитву начала младшая сестра.

— Могучие Владыки воздуха, проявите милосердие к нам, Трем Лепесткам Священного Цветка. Явите, что ожидает нас на пути, с какой стороны ждать опасность, что может помешать нам восстановить великое равновесие во Вселенной.

Три талисмана засияли разом — малиновым ослепляющим светом. Принцессы замерли и теперь напоминали изваяния — глаза широко открыты, словно этот огонь вовсе не тревожил их, губы чуть раздвинуты…

Затем корона, жезл и меч сменили тон пульсирующего сияния — освободившись из рук своих хранительниц, они взлетели в воздух, застыли точно между ними и вдруг слились! Конец жезла врос в расположенный на набалдашнике меча Черный Триллиум, где между тремя пылающими очами образовалось трепещущее отверстие; при этом волшебный жезл пронзил и как бы насадил на себя корону, на которой вдруг ожили изображения трех ужасающих лип. Рога тиары плотно обхватили кольцо с трепещущими на вершине тремя крылами. Затем таинственный голос произнес:

— Перед вами Скипетр Власти, который способен не только поддерживать равновесие мира, но и уничтожить его. Станьте мудрыми и осторожными, проникнитесь благородной справедливостью, прежде чем прикажете ему действовать. И помните, что те, кто изготовил этот Скипетр, сами страшились коснуться его…

Кроваво-красный теперь свет угас… У каждой принцессы в руках очутился ее собственный магический предмет.

Долгое тягостное молчание длилось несколько минут, пока принц Антар не отважился нарушить его.

— Так что, талисманы вам что-нибудь ответили? — спросил он.

Харамис недоверчиво взглянула на него, но голос подала Анигель:

— Разве ты не видел? Разве не слышал?

— Ничегошеньки. Вы обратились к Владыкам воздуха, и все…

Сестры переглянулись, потом молча обнялись — все трое.

— Итак, я, кажется, оправдана, — шепнула Харамис. — Или нет?

— Конечно, — так же тихо, но решительно ответила Кадия. — Тем не менее мы атакуем Цитадель.

— Вы обе так решили? — нахмурившись, спросила Харамис.

— Да, — ответила Анигель. — Если ты не желаешь к нам присоединиться, тогда, по крайней мере, не вреди, тем более не вздумай помогать врагам.

— Ни в коем случае, — ответила Харамис. — И все-таки мне придется оставить вас. Мне следует быть возле крепости, и там… Я не знаю, что там произойдет, но у меня нет сомнений — я должна быть в Цитадели.

Джеган вышел из угла с короной в руках.

— Если желаете, принцесса Харамис, я доставлю вас туда в своей лодке.

— Благодарю. Но прежде чем уйти, позвольте сообщить вам нечто очень важное — я поняла это, когда гостила у Орогастуса. Подавляющее большинство его «магических» трюков — не более чем умелое использование хитроумных машин, доставшихся ему от Исчезнувших. Ваши талисманы в силах справиться с этими устройствами. Я испортила одну из таких штучек, коснувшись ее своим жезлом. То же самое сможете проделать и вы.

Она крепко обняла сестер.

— Кадия, Анигель, будьте осторожны! Молите Владык воздуха защитить вас.

Она взяла у Джегана корону и тут же удалилась с охотником. У стола остались Кадия, Анигель и Антар. В вышине, почти над самой головой, раскатисто громыхнуло, окрестности на мгновение осветились, и сильный дробный дождь застучал по кожаному навесу.

Кадия, закусив губу и нахмурившись, долго, изучающе смотрела на принца, потом спросила:

— Вы действительно ничего не видели и не слышали? Ни света, ни слияния трех талисманов, ни странного голоса?

— Поверьте, принцесса, ничего. Вы просто стояли, потом, когда я спросил, мне ответила моя госпожа…

— Это зрелище было предназначено только для нас, Кади, — заметила Анигель. — И особенно, думается мне, для бедной Харамис.

— Почему бедной? — усмехнулась Кадия. — Все то время, что мы будем рисковать жизнями, она с короной на голове и в плаще Великой Волшебницы простоит в сторонке.

— Да, но только в том случае, если мы сможем победить без помощи Скипетра Власти. Если же нет…

Кадия пожала плечами, потом взяла свой меч и, поиграв бровями, сказала:

— Хм, до этого, надеюсь, не дойдет.

Затем она решительным тоном попросила — приказала? — принца Антара собрать своих рыцарей и вождей всех отрядов. Пора было приступать к обсуждению ее плана.

ГЛАВА 43

Эту ночь Харамис провела в сухом безопасном месте. Устроилась она между вздыбивших землю корней старой гонды, что росла в небольшой рощице возле самой крепости. Джеган высадил ее неподалеку отсюда, и, чтобы обезопасить от расставленных часовых-лаборнокцев, охранявших пристань, и дозоров, волшебный талисман по ее просьбе прикрыл ее густым туманом, а когда разразилась гроза, то и невидимым зонтиком. Местечко здесь, между древесными корнями, было уютное, известное с детства — в этой рощице они частенько играли, устраивали «секреты», тайники — вот один из них и пригодился. Принцесса прекрасно выспалась, встала посвежевшей, бодрой, умылась в ближайшем ключе.

К утру дождь перестал, однако схоронивший ее туман по-прежнему был густ и непроницаем для солнечных лучей Он как бы образовал каморку вокруг принцессы, куда приглушенно долетали птичье пение, стрекот кузнечиков. Сверху, с кроны дерева, звучно падали капли. Одна из увесистых капель попала на шею, холодная влага потекла по спине Харамис передернула плечами, засмеялась… Сквозь туманную завесу проник солнечный лучик, ударил в темно-янтарную кору гонды, все вокруг осветилось, ожило…

Рощица располагалась по соседству с пристанью, и от реки к крепости вела мощенная камнем дорога, которая упиралась прямо в главные ворота Цитадели, защищаемые двумя подремонтированными башнями. Посты охранения были сняты — это Харамис, ясновидящим взором обведя окрестности, определила сразу. Несомненно, в плане ее сестер это направление штурма крепости должно оказаться одним из главных. В любом случае — будет ли данный удар служить отвлекающим маневром или здесь действительно сосредоточатся главные силы атакующих, в этом месте прольется много крови.