Звёздные врата. Пять чувств. Триллиум. Сборник. Кн. 1-13. - Нортон Андрэ - Страница 592

А Анигель? Эта милейшая благополучная королева? Эта легкомысленная правительница, которая так осторожничает, что даже смешно, не обращая при этом внимание на недовольство знати Лаборнока и вопиющие несправедливости в Рувенде, полагая, что все само собой уладится? Ее муж, человек более здравомыслящий, не раз пытался спустить ее с небес на землю, но она снова и снова отвергала его тревогу и беспокойство как необоснованные. А он, безумно любящий ее и не желающий, чтобы между ними возникло хоть малейшее разногласие, позволял убедить себя в ее правоте! Бедный король Антар, преданный слепец!

А эта троица королевских детей, воспитанных в уверенности, что жизнь бывает только мирной и радостной, избалованных, окруженных лаской и заботой — и оказавшихся совершенно беззащитными в самый опасный момент! И вот король и дети похищены, их держат в заложниках, и они, несомненно, погибнут, если Анигель не обменяет их жизни на свой волшебный талисман.

И она это сделает! Она слаба и сентиментальна.

О Владыки воздуха, ну что за кретинки ее сестры! Ну почему Великая Волшебница Бина была так уверена в том, что они справятся с ролью хранительниц могущественных волшебных орудий? Почему не поручила все три талисмана ее заботам?

Харамис знала — уж она-то смогла бы сохранить их в неприкосновенности! А имея все три части Скипетра Власти, с легкостью справилась бы с Портоланусом, кем бы он ни был на самом деле. Теперь же, в нынешней дурацкой ситуации, ей остается или сдаться, или сидеть объятой страхом и ждать, пока в башню не заявится сам колдун из Тузамена, вооруженный двумя талисманами.

— Владыки воздуха и Великое Божество защищают меня, — прошептала она, чувствуя предательское жжение в глазах. — Мир и в самом деле рушится — весь мир, а не только этот маленький Полуостров, который я охраняю, а я веду себя, как презренная дура, обвиняя своих сестер и собираясь сдаваться на милость Портолануса без борьбы!

«Действуй».

Харамис застыла, готовая разразиться бессильными слезами.

— Действовать? Но как? Лететь на спине ламмергейера на юг и сразиться с колдуном на борту пиратского корабля? Но еще задолго до того, как я доберусь до него, Портоланус завладеет талисманом Кадии с помощью проклятого Звездного Сундука! Почему ты позволил ему захватить эту вещь? Почему позволил ему отыскать Кимилон? Почему оставил Орогастуса в живых?

За зубчатыми стенами башни завывал штормовой ветер — словно хор пел похоронные гимны. Эта унылая музыка внезапно напомнила ей о старом друге юности, ниссоме Узуне, любившем играть на арфе и флейте. Он всегда старался развеселить ее, когда ей становилось грустно. Смешной старина Узун, веселый и умный, со своим неизменным бездонным мешком длинных сказок, он преданно шел с ней за талисманом до тех пор, пока мог выдержать этот тернистый путь, пока хрупкое телосложение не заставило его повернуть назад. Добрый Узун покинул мир пять лет назад, и теперь ей некому довериться, никто на свете не любил ее такой, какая она есть, со всеми недостатками. У нее не было ни одного близкого друга. Ее окружали лишь слуги виспи, которые называли ее Белой Дамой и считали такой же сильной и мудрой, как Бина, поскольку она носила одежды Великой Волшебницы.

Как смешно… Несмотря на упорные труды, она почти ничего не знала о возможностях своего талисмана. Ей казалось, что пройдут бесконечные годы, а она так же медленно будет учиться пользоваться им. Великая Волшебница Бина дожила до глубокой старости и умела прожить даже без помощи талисмана. Но она не оставила своей преемнице никакого учебника магии. Харамис очень старалась, но теперь, когда наступил кризис, она оказалась беспомощной. Амулет, свисающий с ее шеи, казалось, издевался над всеми ее усилиями.

«Другие. Ищи совета у тех, кто похож на тебя».

Другие?

Она нахмурилась. Потом почувствовала облегчение. Впервые слова талисмана проникли в ее сознание, впервые она смогла вдуматься в их смысл. Другие? Конечно же это не сестры, а… Но это невозможно! Бина бы сказала ей! А что, если Бина не знала?

Харамис отошла от камина, вытерла слезы и снова дрожащими руками подняла вверх талисман.

Она спросила:

— Я единственная Великая Волшебница в этом мире?

— Нет. Она ахнула.

— Быстро покажи мне другую! Любую!

Шар заволокло жемчужным туманом. Но опять возникли только радужные разводы, которые указывали на то, что существует защитное колдовское поле. Она застонала.

— Ну конечно. Они защищены так же, как и я. Харамис снова обратилась к талисману:

— Сколько Великих Волшебников существует на свете?

— На Земле, на Море и на Небесах.

Вот оно что! Сама она, несомненно, была Волшебницей на Земле, оставалось еще двое.

— Будет ли кто-нибудь из них разговаривать со мной? Поможет ли?

— Если ты пойдешь к ним.

— Но как мне найти их?

— Есть два пути. Первый — дождаться их приглашения. Второй можно узнать в Недосягаемом Кимилоне.

Харамис вскрикнула от радости.

— Слава Триединому Божеству! Я немедленно отправляюсь туда!

Дверь библиотеки отворилась, и, неуверенно ступая, вошла Магира. За ней виднелись еще несколько высоких женщин виспи.

— Белая Дама! Вы звали нас? Нам показалось, что вы вскрикнули от боли…

Взбудораженная Харамис затрясла головой.

— Это всего лишь уголек из камина: он обжег мне руку. Но я рада, что вы здесь. Известите людей, которые ухаживают за ламмергейерами. Завтра на рассвете я лечу в Кимилон. Немедленно пришлите ко мне нашего гостя Шики, я хочу попросить его быть моим проводником. Приготовьте еду, переносные палатки и вообще все, что может понадобиться в путешествии. Не забывайте: нам придется провести около десяти дней на ледяном ветру.

— Госпожа! — вскричала пораженная Магира. — Этот колдовской шторм! Если даже на морском побережье извергаются вулканы, представляете, что происходит в Кимилоне?

— Я смогу побороть любой шторм, вызванный Портоланусом, — заявила Харамис. — Уж этому-то я научилась, проникая в тайны талисмана. Что же касается вулканов и прочих помех, уверяю вас, если они будут представлять для меня угрозу, я с ними справлюсь без труда. Портоланус угрожает всему миру, и, поскольку я хочу вступить с ним в схватку, эта поездка крайне важна. Идите и делайте, что я сказала.

Она снова села за стол и взялась за талисман. Прежде чем отправиться в путешествие, нужно еще раз посмотреть, что творится на юге, и дать пару советов Анигель. Если королева будет действовать по своему усмотрению, она наделает массу ошибок! Но сначала надо взглянуть на среднюю сестру.

— Покажи мне Кадию, — скомандовала Великая Волшебница.

Она увидела залитую дождем узкую улочку захолустного городка. Дома по архитектуре напоминали зинорские. Это был явно порт: тут и там гнездились таверны с вывесками, в названиях которых преобладали морские мотивы. По булыжной мостовой брели с угрюмыми лицами Кадия, Джеган и их небольшое войско, состоявшее из дюжины высоких, свирепого вида вайвило с перекинутыми через плечо походными узлами. Было очевидно, что пока им не удалось нанять корабль до Виндлорских островов.

Харамис приложила два пальца к янтарному Триллиуму талисмана и закрыла глаза. Теперь увиденная картина стала более отчетливой. Она даже ощущала хлещущий в Курээ дождь, слышала завывание-ветра в трубах таверн, унылое карканье птиц поти, вдыхала запахи моря и вонь грязных улочек.

— Кадия! Кадия! Тебя вызывает Харамис! Ты меня слышишь?

Выражение лица сестры ничуть не изменилось. Она была занята собственными проблемами и не воспринимала мысленный зов Харамис.

Великая Волшебница вздохнула, открыла глаза, и видение исчезло.

Может, стоит попытаться связаться с Кадией, когда она будет спать? Ведь должен же существовать какой-то способ общения на расстоянии, пусть талисман и потерян. Теперь надо снова взглянуть на пиратов и Анигель.

Харамис взяла пергаментный свиток карты зинорского побережья, развернула его и разложила на столе, придавив уголки книгой, канделябром, пустой чашкой из-под чая и черной коробочкой Исчезнувших, которая умела петь странные песни, если нажать на клавишу. Потом Харамис дала талисману задание: