Звёздные врата. Пять чувств. Триллиум. Сборник. Кн. 1-13. - Нортон Андрэ - Страница 623

На пороге самой большой хижины показался вождь алиансов Хор-Шисса, за ним по пятам шла старуха с огромным свертком в руках. Не похожее на человеческое, тело великого вождя было облачено в золотистую, украшенную жемчугом набедренную повязку и в жилет с высоким золотым воротником, на котором тоже поблескивали розовые жемчужины и драгоценные кораллы. Его мощные конечности были увешаны жемчужными бусами. На бугристых спине, груди, плечах и бедрах красовались рисунки, выполненные золотой и алой краской. Пронзительные желтые глаза были обведены малиновыми кругами, по лбу низко проходила повязка, расшитая драгоценными каменьями, посреди которой выдавался огромный жемчужный рог, оправленный в золото.

Хор-Шисса пропел вопросительную фразу на языке алиансов. Толпа воинов и морских оддлингов воодушевленно запела в ответ. Потом опять начали бить барабаны — медленна и волнующе: огромные — издавали низкие грохочущие звуки, барабаны средних размеров выбивали хриплую и зловещую ритмичную дробь, а самые маленькие гудели, как насекомые.

Хор-Шисса прошествовал на середину открытого пространства. Он наклонился над принцессой Джениль и одним взмахом могучей руки сорвал с нее грязную рубашонку. Она не смогла сдержать вопль ужаса, но потом снова замолчала. Молчал и принц Никалон, продолжая неотрывно смотреть в небеса полными слез глазами.

Барабанная дробь стала набирать еще большую скорость и громкость, а Хор-Шисса повернулся к своей помощнице, которая остановилась в нескольких шагах позади него. Она была одета почти так же роскошно, как и великий вождь. Старуха встала перед ним на колени и развязала принесенный сверток.

В нем находилось множество ножей.

Взирающая на них чернь издала вопль одобрения.

Хор-Шисса жестом велел замолчать. Потом, под непрекращающийся грохот барабанной дроби, он стал рассматривать аккуратные ряды сверкающих лезвий, которые были уложены в строгом порядке по величине. Наконец он выбрал очень маленький скальпель с жемчужной рукояткой. На его остром лезвии заиграл свет факелов. Двигаясь в ритме барабанной музыки, Хор-Шисра начал водить над телом маленькой принцессы скальпелем, имитируя те движения, которыми он собирался снимать с нее кожу. Каждый жест этого страшного ритуала сопровождался возбужденными воплями морских оддлингов.

Потом барабаны умолкли.

Хор-Шисса взял нежную руку Джениль и наклонился над ней с занесенным для удара скальпелем.

Шики поднял свою рогатку и приготовился выстрелить одним из свинцовых шариков, которые служили дорокам снарядами. К несчастью, находившаяся далеко от него голова вождя алиансов с его рогатой повязкой была неважной мишенью.

Но постойте-ка…

Длинная шея Хор-Шиссы резко выгнулась, голова откинулась назад, морда ощерилась, между оскаленных клыков показался черный язык, и он удивленно завыл. Его страшный ножик сам собой вылетел из сжимающей его руки и, сверкнув в свете факелов, описал в воздухе причудливую дугу, становясь похожим на крошечный язычок пламени. Потом скальпель замер в воздухе и повис перед Хор-Шисеой, повернувшись к нему острым лезвием. Хор-Шисса в ярости дергал за жемчужный рог, пытаясь сорвать с головы повязку. Изумленым зрителям казалось, что ритуальная повязка зажила своей собственной жизнью — она оттягивала голову вождя все ниже и ниже к спине, пока наконец не обнажилось покрытое шерстью незащищенное горло.

Огненный маленький скальпель метнулся, как метеор, и полоснул по горлу вождя.

Тонкая бордовая линия перерезала глотку Хор-Шиссы. Она быстро расширилась и потемнела, раздался отчаянный булькающий вскрик, перешедший в хриплый стон. Вождь пошатнулся. Кровь горячим потоком хлынула на тело принцессы Джениль, прикрывая ее наготу. Она закрыла глаза, но не проронила ни звука.

Хор-Шисса рухнул в центр расползающейся красной лужи. На земле вокруг связанных детей появились кровавые отпечатки ступней. В это время Шики выскользнул из укрытия, уверенный, что никто из перепуганных, дико орущих морских оддлингов не смотрит в сторону деревьев.

Толпа оставалась недвижимой, когда летающий ножик с жемчужной рукояткой стал перерезать веревки, стягивающие маленькую принцессу. Расторопнее и сообразительнее остальных оказалась старуха со свертком ножей. Она достала страшное орудие, похожее на разделочный нож мясника, и кинулась на принца Никалона.

Шики прицелился из своей огромной рогатки, избрав в качестве мишени большой желтый глаз ведьмы. Свинцовый шарик угодил в цель, и старуха упала замертво.

Потом кровавые отпечатки ступней отбежали от освобожденных детей, миновали кольцо воинов, все еще пребывающих в шоковом состоянии, и подбежали к краю толпы, стоящей у воткнутых в землю факелов. Два высоких кола выскочили из глины, полетели, крутясь в воздухе, в сторону воинов и начали отгонять их. Алиансы продолжали вопить. Те, кто не успел отбежать и кого коснулся факельный огонь, загорелись. Несколько воинов беспомощно размахивали мечами и копьями, пытаясь поразить невидимого демона. Но они только попадали друг в друга. Наконец два прыгающих факела рухнули на группу беззащитных алиансов. Демон стал вытаскивать все новые и новые факелы и метать их в толпу дикарей. Стоя на краю поляны, Шики другим посылал во врага свинцовые шары с такой нечеловеческой силой, что трещали кости.

Большинство невооруженных алиансов и многие воины кинулись врассыпную, устремляясь во тьму между хижинами в сторону леса. Те, кто остался и пытался сражаться, или пали от руки Шики, или были настигнуты летающими факелами и загорелись. Вопя от боли и бессильной ярости, они помчались прочь словно безумные и растворились в дрожащем воздухе. Никто не заметил, как из леса выскочила маленькая фигурка, подхватила принца и принцессу и скрылась с ними в чаще.

Наконец невидимый демон вырвал все колья с факелами и разбросал их по поселку — повсюду стало распространяться пламя. Потом огонь почему-то потух. Стало темно. Свет падал только из распахнутых настежь покинутых хижин и от плывущих высоко в небесах слабо мерцающих Трех Лун. Стоны израненного народа Моря нарушали слаженный веселый хор ночных насекомых.

Когда стало ясно, что невидимый демон ушел, забрав с собой юных пленников, выжившие воины-али-ансы начали сползаться к хижине совета и оплакивать своего вождя Хор-Шиссу, проклиная его убийц. Те, кто сохранил способность соображать, послали мысленную весть, предупреждая других алиансов, живущих на Консульском острове и близлежащих островках, о присутствии ненавистных чужестранцев и демона-невидимки. Они немного успокоились, когда узнали, что их собратья-воины, объединившиеся на море и на суше в большие отряды, приняли решение немедленно нанести удар по принадлежащим Захватчикам кораблям.

Когда испуганные жители возвратились из леса в поселок, они обнаружили еще одно страшное преступление, явившееся для них таким неслыханным святотатством, что потерпевший поражение народ Моря нашел в себе силы снова взяться за оружие. Все воины, не утратившие способности передвигаться, устремились, к берегу моря, забыв о пережитом ужасе. Они бежали и кричали, что ни одному врагу не удастся уйти живым с Виндлорских островов.

Все священные ритуальные барабаны, гордость народа алиансов, оказались вспороты невидимым демоном. Они замолчали навеки.

ГЛАВА 17

Как только королева Анигель закончила краткую беседу с колдуном Портоланусом, она, ниссом Джеган и тринадцать воинов вайвило сели в две лодки и поплыли к берегу. Беда, которая случилась с Ники и Джен, требовала немедленных действий. Анигель была убеждена, что для спасения детей Кадии будет нужна помощь. Когда шторм кончился, вооруженная поисковая партия королевы высадилась на берегу маленькой бухточки неподалеку от Консульского залива и поспешно двинулась по тропе в сторону селения Хор-Шиссы.

— До него всего две мили, — сказал Джеган. — Возьмите меня за руку, великая королева, я поведу вас, а вы сможете с помощью талисмана наблюдать за захваченными в плен малышами.