Демон пробуждается. Сборник. Книги 1 - 19 (СИ) - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 382

ГЛАВА 32

ПОБЕДИТЕЛЬ

Когда Маркало Де'Уннеро оказался у ворот Палмариса, только бушевавшая в душе ярость заставила его забыть о страхе перед реакцией отца-настоятеля Маркворта на сообщение о том, что захватить Полуночника не удалось. Стражники не узнали его и принялись задавать вопросы, но он лишь свирепо глянул на них. В конце концов появился солдат, знавший его в лицо. Трясясь от страха, он повел разъяренного Де'Уннеро в Чейзвинд Мэнор и по дороге рассказал ему последние новости: покушение на жизнь отца-настоятеля Маркворта; слухи о незатихающей борьбе между королем Данубом — его поселили в доме Алоизия Крампа — и отцом-настоятелем, распоряжающимся Чейзвинд Мэнор как собственным домом; и — последнее задело Де'Уннеро больше всего — симпатии народа, обращенные к новому епископу, Фрэнсису Деллакорту.

Де'Уннеро ворвался в Чейзвинд Мэнор и, не дожидаясь, пока о его появлении официально доложат, помчался в оранжерею, где отец-настоятель завтракал в обществе брата — или, может быть, магистра, а то и епископа? — Фрэнсиса.

— Судя по выражению твоего лица, тот, кого называют Полуночником, по-прежнему не пойман, — не без иронии заметил отец-настоятель.

Маркворт устроился в Чейзвинд Мэнор со всеми удобствами. Он занял его под свою резиденцию на следующий же день после неожиданной встречи с королем в аббатстве Сент-Прешес, понимая, что, если не поторопится, король сам расположится в Чейзвинд Мэнор.

— Я догнал его на севере Тимберленда, на пути в Барбакан, — сердито ответил Де'Уннеро.

— В Барбакан? — недоверчиво повторил Фрэнсис.

Тот же самый вопрос вертелся и на языке у Маркворта, но он промолчал и внешне сохранял спокойствие.

— Я встретился с Полуночником в открытом бою, — продолжал Де'Уннеро, — и оказался сильнее.

— Тем не менее он на свободе, — сухо заметил Маркворт. К этому моменту Де'Уннеро немного успокоился и потому просто кивнул в ответ. — А что с этой женщиной… Джилл?

— Возможно, она там же, среди друзей Полуночника, — солгал Де'Уннеро. — Именно они помешали мне закрепить свою победу.

— Ну, в таком случае, у нее очень длинные руки, друг мой. Иначе как бы она дотянулась из Палмариса до Тимберленда?

Де'Уннеро задумался, пытаясь расшифровать для себя это высказывание. Внезапно глаза у него широко распахнулись.

— Вы нашли ее? — спросил он. Отец-настоятель улыбнулся и кивнул. — Где она? Я вытяну из нее все, что пожелаете, отец-настоятель. Обещаю…

— У нас ее нет, — признался Маркворт, — но нам она больше не страшна, хотя камни остались у нее. В ближайшее время у нее на уме будет одно: мысль о том, как бы выжить. Мы же должны все внимание переключить на то, чтобы умиротворить короля, который в данный момент завтракает в доме казненного тобой торговца.

Сделав Де'Уннеро знак садиться, Маркворт махнул рукой, давая понять стоящим в стороне прислужникам-монахам, что нужно принести гостю завтрак.

— Ситуация в Палмарисе изменилась, — продолжал отец-настоятель.

— Солдат, провожавший меня от городских ворот, сказал, что вы были серьезно ранены, — сказал Де'Уннеро, стараясь не смотреть на грубый шрам, пересекающий морщинистую щеку Маркворта. — Магическое нападение, по словам солдата. Напрашивается мысль, что тут замешана эта женщина.

— Она дорого заплатила за то, что сделала, — ответил Маркворт. — Я нашел и фактически сломил ее. Как и в твоем случае, только помощь друзей помешала нам захватить ее. Но это вопрос времени. Солдаты и монахи прочесывают город. Ей не скрыться.

— И тогда камни окажутся у нас, — робко вставил Фрэнсис.

Присутствие Де'Уннеро явно сковывало его.

— Хорошо, что ты вернулся, — продолжал отец-настоятель, обращаясь к Де'Уннеро с таким видом, как будто эта мысль только что пришла ему в голову. — Жаль, конечно, что ты не приволок сюда этого изменника… Выглядело бы очень символически.

— Люди могли бы по-разному понять этот символ, — снова осмелился вмешаться в разговор Фрэнсис.

— А? Ну да, конечно. Но если бы этот человек оказался у нас — или хотя бы его голова, — мы бы сочинили для простого народа очень убедительную историю, заставив людей поверить, какую угрозу несут в себе Эвелин и его последователи. Но хватит об этом. После жестокого нападения на меня и той работы, которую проделал епископ Фрэнсис, чтобы умиротворить народ, король больше не настроен против нас. Достаточно сказать, что во время его визита ко мне я объявил, что отныне все магические камни в королевстве должны быть конфискованы церковью, и он ни слова не возразил. Палмарис полностью в нашей власти.

Темные глаза Де'Уннеро удивленно расширились. Епископ Фрэнсис? Умиротворил народ? Последнее, что сделал Де'Уннеро, прежде чем покинуть город, была казнь Алоизия Крампа!

— Ситуация изменилась, — повторил Маркворт. — Под руководством епископа Фрэнсиса церковь превратилась в мудрого и милостивого благодетеля. — Он поднял руку, не давая Де'Уннеро рта раскрыть. — Я даровал этот титул нашему юному брату временно, но теперь все больше склоняюсь к тому, чтобы оставить его за ним и дальше. Я уже обсудил этот вопрос с аббатом Джеховитом, который сейчас тоже в Палмарисе. Он заверил меня, что ничего не имеет против.

Де'Уннеро во все глаза злобно уставился на Фрэнсиса.

— Как, по-твоему, ты заслуживаешь носить этот титул? — неожиданно спросил Маркворт Де'Уннеро.

— Я делал, что мне было приказано, — ответил тот.

Только сейчас до него дошло, какой спектакль устроил Маркворт. Давая свои указания — включая то, которое касалось публичной казни Крампа, — он исходил из расчета, что пребывание Де'Уннеро на посту епископа будет временным. Маркворт возвысил его и сознательно использовал для нагнетания обстановки, чтобы на этом мрачном фоне благодеяния Фрэнсиса высветились особенно ярко.

— Прекрасно. — Маркворт расплылся в широкой улыбке. — Я не собираюсь критиковать действия епископа Де'Уннеро. Ты был в точности тем, в ком нуждался Палмарис в то темное время нестабильности, но ситуация изменилась. Сейчас нужна более мягкая рука, такая, чтобы у короля не возникло никаких оснований оттолкнуть ее в сторону.

— Так и планировалось с самого начала? — напрямую спросил Де'Уннеро.

Фрэнсис заерзал, испытывая неловкость, и слегка откинулся назад, ожидая со стороны Маркворта взрыва. Однако тот лишь кивнул.

— И теперь, значит, меня ждет наказание?

Судя по тону, Де'Уннеро был не на шутку оскорблен. Он оглянулся по сторонам, как будто окидывая взглядом все, с чем ему придется проститься, — это место, которое он считал своим, и даже этот город.

Однако Маркворт по-прежнему сохранял спокойствие.

— Неужели ты думаешь, что останешься без награды за свою преданность и усердие? Друг мой, у нас еще много дел, и то, что я планирую для тебя, даст тебе все, чего ты пожелаешь. Чем дальше церковь будет продолжать свою деятельность, тем больше у нас будет врагов. Влиятельные люди вроде герцога Таргона Брея Каласа отнюдь не в восторге от того, что Палмарис, этот крупнейший город королевства, оказался под властью церкви. Я старый, усталый человек; мне нужен надежный помощник. Кто справится с этой ролью лучше Маркало Де'Уннеро?

— Магистр Де'Уннеро? — спросил бывший епископ, все еще пылая от гнева. — Или, может быть, просто брат Де'Уннеро?

Маркворт громко расхохотался.

— Глава аббатства Сент-Прешес. — Это решение пришло к нему внезапно. — У епископа Фрэнсиса слишком много других проблем, чтобы заниматься еще и этой. Он будет рукой государства в Палмарисе, а ты — рукой церкви. Хотя обещаю: твое влияние и обязанности не ограничатся только этим городом.

— И кто кому будет подчиняться? — спросил Де'Уннеро, выплевывая каждое слово и сверля Фрэнсиса злобным взглядом.

— Рука государства, рука церкви, — повторил Маркворт. — И обе они будут подчиняться мне. Ну все, уймись, я не хочу вражды между вами. У нас есть общий противник: король Дануб Брок Урсальский. Мы должны контролировать короля и его советников, в особенности Каласа. По словам Джеховита, он серьезный противник. Калас когда-то командовал Бригадой Непобедимых и заработал два больших пера на свой шлем. Значительная часть этого элитного воинского подразделения вместе с королем прибыла сюда, в Палмарис. Малейшая ошибка с нашей стороны — и у герцога откроется пространство для маневра, чем он, без сомнения, не преминет воспользоваться.