Демон пробуждается. Сборник. Книги 1 - 19 (СИ) - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 702

— Время — наш союзник, а не враг, — сказал Эйдриан монаху, словно прочтя его мысли. — Церковь только тогда сильна, когда имеет поддержку извне. А по мере того как на нашу сторону будет переходить все больше и больше аббатств, влияние нынешнего отца-настоятеля станет сокращаться и в конце концов превратится в ничто. Мы будем иметь возможность убеждать людей, а Бурэю и его приспешникам придется сидеть взаперти в темных коридорах Санта-Мер-Абель.

Он улыбнулся и откинулся назад с таким видом, будто все идет в точности как задумано.

Эйдриан взмахом руки отпустил гонца. Тот хотел было возразить, но, увидев, что король нахмурился, поспешил удалиться.

— По правде говоря, я думал, что аббат Олин пошлет его к нам еще с половины пути, — заметил Де'Уннеро.

У монаха был такой вид, словно услышанное позабавило его. Гонец явился в Палмарис с нижайшей просьбой от аббата Олина прислать подкрепление. Дескать, без этого ему не выполнить свою задачу в Хасинте.

— Олину еще даже не известно, насколько силен или слаб его противник, — проворчал Эйдриан.

Де'Уннеро заметил, что король назвал аббата просто по имени, без титула; наверняка это не было простой оплошностью.

— Зато ему уж точно известно, что некоторые наши наемники разбежались по домам, — сказал он.

— А разве мы этого не ожидали?

— Аббат Олин жаждет заполучить Хасинту больше, чем ты себе представляешь, — продолжал монах.

— У него десять тысяч наемников, флот жаждущих добычи пиратов, несколько боевых кораблей Урсала с прекрасно обученными экипажами и гарнизон Энтела, две тысячи сильных воинов, по опыту и снаряжению уступающих только Бригаде Непобедимых. Если с такой поддержкой ему не удастся установить контроль над раздираемой смутой страной, вряд ли он заслуживает нашего уважения.

И снова Де'Уннеро удивился тому, как пренебрежительно отзывается молодой король об Олине.

— Завладеть Хасинтой будет нелегко, — предостерег он.

— Судя по сообщениям, бехренцы сейчас заняты исключительно междоусобными драками.

— Это так, но ситуация может быстро измениться перед лицом внешней угрозы. Аббат Олин просто проявляет разумную предосторожность. К тому же нам все еще неизвестны настроения береговой охраны на восточном побережье. Если они не перейдут на нашу сторону, часть сил, приданных аббату Олину, будут вынуждены отвлечься от основной цели.

— Береговая охрана не пойдет против Энтела! — стоял на своем Эйдриан. — Их всего-то несколько сотен, и то если они объединят усилия, а Энтел — огромный город. И монахи ордена Абеля в Энтеле подчиняются Олину.

— Только аббатство Сент-Бондабрис, — напомнил ему Де'Уннеро. — Там ведь есть и второй монастырь, Сент-Ротельмор. Его настоятель и братья никогда не питали особо дружеских чувств к аббату Олину.

— По сравнению с Сент-Бондабрисом это совсем небольшое аббатство, — возразил король.

Де'Уннеро кивнул, уступая. В глубине души он и сам полагал, что сил у аббата Олина для осуществления его миссии более чем достаточно — если для Хонсе-Бира вообще существует возможность использовать беспорядки, царящие ныне в Бехрене. Олин получил все, что ему обещал Эйдриан; к тому же в тайниках Сент-Бондабриса хранился самый большой запас драгоценных камней из Пиманиникуита, не обладающих магией. Имея их под рукой, аббат может в случае необходимости удвоить, а то и утроить армию.

Тем не менее его насторожило, что просьба Олина так сильно вывела из себя Эйдриана.

— Аббат Олин не подведет, — сказал он.

— Боюсь, как бы мне не пришлось самому отправиться туда, — недовольно отозвался молодой король.

— Что же, там теплый климат, а впереди, как известно, зима. Вряд ли принц Мидалис причинит нам какое-либо беспокойство до поздней весны, а вероятнее всего, даже до середины лета. Если хочешь ускорить развитие наших дел в Хасинте…

— Нет! — решительно заявил Эйдриан, его тон немало удивил монаха. — У меня здесь есть одно дело.

Де'Уннеро с любопытством воззрился на него.

— И что за дело?

Король, как ему показалось, хотел было ответить, но внезапно махнул рукой.

— Думаю, все уладится, и достаточно скоро, — сказал он. — Если аббату Олину потребуется моя помощь, что же… Я прибуду к нему.

— Даже на твоем замечательном коне потребуется больше месяца, чтобы добраться до Энтела.

— Существуют способы заставить скакуна двигаться намного быстрее, — ответил Эйдриан. — С помощью магических камней можно влить в Дара энергию других лошадей. Он уже доказал свою восприимчивость к этому.

— Ну хорошо — пару недель.

— Никуда не денешься, если мое присутствие там будет необходимо. Хотя, надеюсь, до этого не дойдет.

— По крайней мере, ты можешь не волноваться из-за того, что оставляешь здесь, — сказал монах. — Два самых больших города уже в наших руках. Вскоре Калас выступит на запад и закрепит за нами большую часть страны.

Эйдриан кивнул, и Де'Уннеро встал, собираясь уйти. Ему еще предстояло много возни с захваченными в плен братьями аббатства Сент-Прешес. Некоторые из них вроде бы склонялись к сотрудничеству, но большинство, как и следовало ожидать, проявляли упрямство.

— Если я отправлюсь в Хасинту, то без тебя, — сказал Эйдриан ему в спину. Де'Уннеро повернулся и посмотрел на молодого короля, снова удивившись его тону. — Я не могу оставить герцога Каласа одного, без присмотра.

Это прозвучало логично, но… не слишком убедительно.

— Лично меня интересует только одно путешествие — на восток, — заверил Эйдриана монах. — К вратам Санта-Мер-Абель, где я смогу начать наконец необходимые реформы абеликанской церкви.

Он повернулся, собираясь уйти, но король снова заставил его остановиться, добавив:

— Вот что еще… Я хочу, чтобы Садья отправилась со мной.

Де'Уннеро застыл на месте. Ему припомнились все взгляды, которые Садья бросала на Эйдриана на протяжении последних нескольких дней — нет, что там, последних нескольких недель! По возрасту она была гораздо ближе к молодому королю. И монах понимал, что именно привлекало певицу и вызывало ее восхищение. Она любила силу, любила опасность. Она оказалась в объятиях Де'Уннеро только потому, что ее возбуждала сама мысль иметь дело с таким опасным созданием, как тигр-оборотень. Именно это подогревало ее страсть, и разве могла такая женщина не потянуться к Эйдриану Будабрасу? Он молод, хорош собой, он непревзойденный воин. Он король, и скоро его влияние распространится на весь мир! И этот мальчик опасен, очень опасен. О да, Де'Уннеро теперь отчетливо понимал это. Эйдриан — невероятно опасный человек, чьи уверенность и могущество возрастают с каждым днем.

Монах медленно повернулся и посмотрел на того, кто совсем недавно был его учеником.

— Ты хочешь, чтобы Садья оставила меня и поехала с тобой?

— Вот именно.

Это прозвучало сухо, даже прозаично. Но у Де'Уннеро не было сейчас настроения ссориться с Эйдрианом.

— Ты же знаешь, я не могу обойтись без вас обоих, — медленно сказал он. — Существует еще одна маленькая проблема. Я оборотень.

— Я сделаю так, что ты сможешь полностью сдерживать тигра внутри себя, — пообещал король. Де'Уннеро прищурил глаза, не сводя с него взгляда. — Это в моих силах. Зверь утратит над тобой власть, потому что я объясню тебе, как обращаться к человеческой стороне собственной натуры. И научу с помощью магического камня сохранять нужный уровень самообладания.

Монах не отвечал. После долгой паузы Эйдриан заговорил снова.

— Я предлагаю тебе свободу. Предлагаю стать полностью независимым от меня.

Ошеломленный Де'Уннеро по-прежнему молчал.

— Рано или поздно это должно было случиться, тебе не кажется? В конце концов, я не смогу неотлучно сидеть при тебе в Санта-Мер-Абель, после того как аббатство станет нашим, а ведь ты наверняка захочешь править абеликанской церковью именно оттуда. К тому времени, когда мы победим, ты сам должен научиться держать хищника внутри себя в узде.