Демон пробуждается. Сборник. Книги 1 - 19 (СИ) - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 793

— У нас есть серьезные основания опасаться ее, — возразил ятол.

— Вот давай и изменим это! Если Бринн Дариель будет и дальше сопротивляться могуществу Хонсе-Бира, я вырежу ее людей всех до единого. Если же она, как и следует ожидать, побежит с поля боя, твои солдаты станут свидетелями ее поражения и поймут, что могущество Тогайского Дракона не более чем легенда!

— Меня пугает такое развитие событий.

— Тебя все пугает! — взорвался аббат Олин и выскочил из комнаты, призывая своих командиров готовиться к контратаке.

— Дракон точно не крутится где-то поблизости? — спросил Астамир, стоя вместе с Белли'маром Джуравилем рядом с восседающей на Крепыше тогайранкой.

— Я отослала его в Дариан-Дариалл сообщить о том, что мы вступаем в сражение, — ответила Бринн. — Вернувшись, он найдет нас, где бы мы ни были.

Мистик одобрительно взглянул на подругу. Сейчас было особенно важно удержать кровожадного дракона в стороне от сражения.

— У нас все получится, — уверенно заявила она.

— А если нет?

— Тогда я пойду на Алзат и разграблю этот город, — ответила тогайранка. — А потом и все другие между ним и Дариан-Дариаллом. И больше никакого милосердия к сбежавшим бехренским солдатам проявлять не буду.

Астамир снова послал ей одобрительный взгляд.

— Но, я уверена, у нас все получится здесь!

В ушах мистика это прозвучало не столько как утверждение, сколько как вопрос и отчаянная мольба поддержать ее.

— Даже ятол Де Хамман думает так же, — успокаивающе заметил Астамир.

Спустя всего несколько мгновений огромные ворота Хасинты распахнулись и выпустили за городские стены отряд «медведей».

— Удачи! Стреляйте так, как договорились, — напутствовал подругу Астамир.

Потом он протянул руку Джуравилю, последовала зеленая вспышка изумруда, и оба они исчезли.

Солдаты Хонсе-Бира под прикрытием огненных молний со стен Хасинты ринулись в атаку. В центре наступал отряд тяжелой кавалерии.

С выдержкой, не имеющей себе равных в мире, тогайру дождались мгновения, когда монахи прекратили действия, дабы не поразить сблизившихся с противником «медведей», а затем развернули быстроногих пони и поскакали прочь, осыпая наступающих градом стрел. Однако ни один «медведь» и ни один конь под всадниками из Хонсе-Бира не пострадали.

Ятол Ваадан меньше всего ожидал сейчас увидеть Астамира, доверенного советника Бринн Дариель, вышедшего из затененной части зала для аудиенций.

Стоящие рядом с ним жрецы-ятолы вздрогнули, стражники бросились вперед, собираясь грудью защитить правителя.

Однако мистик поднял вверх руки, показывая, что безоружен.

Ятол Ваадан вскочил на ноги и сердито воззрился на Астамира.

— В Хасинте бушуют пожары, — заявил он. — Сейчас не самое подходящее время для переговоров.

— Если бы я по-прежнему был союзником Бринн Дариель, то согласился бы с тобой, — ответил мистик. — Однако я расстался с предводительницей Тогая. Ее позиция вызывает у меня такое же неприятие, как и позиция Хасинты. — Это любопытное заявление заставило Маду Ваадана прищуриться. — Потому что обе они ничем не отличаются друг от друга.

— Этой ночью Бринн напала на Хасинту, — возразил ятол Ваадан.

— И ничто не могло ей помешать, — отозвался Астамир. — Дело в том, что она точно следовала инструкциям аббата Олина.

Маду Ваадан рухнул в кресло. Стоящие рядом жрецы начали переглядываться, недоуменно раскрыв рты.

— Лжешь, — заявил старик.

Мистик отвесил низкий поклон.

— Слишком поздно Бринн Дариель обнаружила, чем грозит ей твоя дружба с аббатом из Энтела, — объяснил он. — И когда под угрозой оказался ее народ, тогайранка не смогла отвергнуть предложение аббата Олина и короля Эйдриана, бывшего когда-то ее другом. Хонсе-Бир, без сомнения, еще более укрепит свою власть в Бехрене, сопротивления он здесь особого не встречает. Править страной будет та или иная ветвь церкви Абеля, которая, несомненно, будет выстроена так, чтобы соответствовать нуждам отчаявшихся людей. Аббат Олин подпишет с Тогаем договор, по которому соотечественники Бринн получат независимость — хотя на деле будут подчиняться воле короля Эйдриана.

— Это невозможно! — воскликнул какой-то ятол.

— Отряд «медведей» благополучно вернулся в город? — многозначительно спросил Астамир.

— Да, с триумфом, они прогнали этих дьяволов ру прочь! — ответил ятол.

— И сколько «медведей» погибло во время атаки за пределами города?

Жрецы начали удивленно переглядываться.

— Ну, у них же прекрасная броня… — неуверенно произнес один из них.

— А сколько коней под ними пострадало? — продолжил расспросы мистик, однако никто не произнес более ни слова.

Тогда он посмотрел на ятола Ваадана.

— Ты считаешь, что тогайранцы внезапно разучились метко стрелять?

На лице Маду Ваадана отразились сомнения, но ятол все же упрямо покачал головой.

— Это невозможно! — воскликнул он. — То, о чем ты говоришь…

— А прямо сейчас огромный флот Хонсе-Бира приближается к вашей пристани, — прервал его Астамир и показал рукой на большое окно.

Несколько человек бросились к нему, чтобы взглянуть на гавань. Вырвавшиеся у них крики ужаса неопровержимо доказывали правоту мистика.

Как нарочно, именно в этот момент в помещение ворвались аббат Олин и магистр Маккеронт, которым один из сумевших незаметно ускользнуть охранников доложил о появлении мистика.

— Что это значит? — требовательно воскликнул старый аббат.

Ятол Ваадан, пылающий яростью, перевел взгляд с него на Астамира и обратно, после чего сделал знак охранникам.

— Взять его под стражу! — приказал он.

Аббат в недоумении воззрился на ятола.

— Ты сошел с ума?

— Если ты принимаешь мой гнев за безумие, то верно, я никогда в жизни не был столь безумен, как сейчас!

Люди ятола окружили аббата Олина и магистра.

На крики Олина в зал вбежали его собственные солдаты, завязалась потасовка. Не оставшийся в стороне от нее мистик рассыпал налево и направо удары, сшибая с ног солдат аббата.

Победа осталась за людьми ятола Ваадана.

— Уведите этого лжеца, — приказал он, показав на аббата, — а его, — он указал на магистра Маккеронта, — отпустите.

Пока отчаянно вопящего и брыкающегося старого аббата выволакивали из зала, Маду Ваадан подошел к магистру и поглядел ему в глаза.

— Я насажу твою голову на кол, предатель! — Это были последние слова аббата, после чего торцом копья его стукнули по лбу, заставив замолчать.

— Мне известно о ваших планах, — заявил ятол Ваадан Маккеронту. — Могу сообщить, что они провалились.

Магистр хотел было что-то сказать, но Маду Ваадан отвесил ему пощечину.

— Вы готовы во имя короля Эйдриана принести в жертву весь Бехрен.

Маккеронт только вжимал голову в плечи.

— Возвращайся к королю и разворачивай свою эскадру.

— Мою эскадру? — недоуменно переспросил магистр, тут же заработав новую пощечину.

— Убирайтесь из Хасинты! Все до одного! — в бешенстве закричал ятол Ваадан. — Королю Эйдриану в Бехрене нет больше места!

Магистр Маккеронт вперил в ятола злобный взгляд, но не сказал ни слова, лишь слегка поклонился и вышел.

Слух о происшедшем неимоверно быстро распространился по городу, между бехренцами и «медведями» повсюду начались стычки. Астамир вместе с бехренскими жрецами наблюдал за происходящим из окна зала для аудиенций Чом Дейру.

Эскадра между тем приблизилась к пристани. На лице старого ятола было теперь написано полное отчаяние.

— Они идут под флагом Хонсе-Бира! Его старым флагом! — крикнул мистик, показывая рукой в сторону моря. — И с ними альпинадорцы!

Ятол Ваадан недоверчиво на него воззрился.

— Принц Мидалис одержал победу на море! — Астамир хлопнул Маду Ваадана по плечу с такой силой, что стоящие рядом охранники немедленно схватились за оружие. — Это единственное, на что я надеялся!