Демон пробуждается. Сборник. Книги 1 - 19 (СИ) - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 832

Хифстааг захрипел, содрогнулся всем телом и неожиданно резким обратным движением махнул топором в сторону Дзирта. Тот уже было решил, что его последний удар оказался смертельным, однако, когда тупой край топора Хифстаага, ударив под ребра, подбросил эльфа в воздух, он сообразил, что несколько поторопился праздновать победу. Варвар, прекрасно понимая, что столь опасного противника необходимо прикончить, не давая ему встать на ноги, бросился вслед за эльфом.

Но Дзирт, неуловимый как кошка, перекувырнувшись, проворно вскочил на ноги и встретил приближающегося Хифстаага выставленной вперед саблей. Топор варвара просвистел над головой эльфа, и Хифстааг, не успев остановиться, с размаху налетел на клинок. И все-таки, глядя прямо в лицо врага, он вновь начал поднимать топор над головой. Впрочем, Дзирт, уже в полной мере оценивший чудовищную силу и живучесть варвара, на этот раз был начеку и в мгновение ока резким движением сабель навстречу друг другу распорол живот противника от бедра до бедра.

Ставший уже бесполезным топор шлепнулся на землю, а Хифстааг обеими руками зажал ужасную рану, тщетно пытаясь удержать свои внутренности. Голова его беспомощно качнулась из стороны в сторону, и он почувствовал, что проваливается в бездну.

И тут к нему, яростно отбиваясь от наседавших дворфов, подбежали соплеменники, едва успев подхватить своего короля. Их преданность Хифстаагу была столь велика, что, в то время как два воина понесли его прочь, остальные, встав плечом к плечу, обернулись навстречу дворфам, чтобы прикрыть отступление товарищей, прекрасно при этом понимая, что жить им осталось считаные мгновения.

Дзирт откатился в сторону и начал было вставать на ноги, намереваясь броситься в погоню за теми, кто уносил на своих плечах Хифстаага. Эльф почему-то не сомневался, что король варваров выживет и после последнего, казалось бы, смертельного удара, и твердо решил завершить начатое. Однако, поднявшись, он почувствовал, как земля уходит у него из-под ног, увидел свой пропитанный кровью плащ и понял, что силы оставляют его. Яркое полуденное солнце ударило в его привыкшие к ночной тьме глаза, и он рухнул на землю.

Три армии, до поры скрывавшиеся за стенами Брин Шандера, быстро рассеяли первую волну нападавших, а потом стремительной атакой отогнали остальных почти до середины склона. Следуя четким командам Беорга, свирепое войско перестроило свои ряды и, действуя уже более осмотрительно, начало снова приближаться к городу.

Когда до них донесся шум боя на склоне холма, Беорг решил, что Хифстааг уже покончил с теми, кто встал на его пути, и теперь спешит помочь им ворваться в город. Но затем, оглянувшись, Беорг заметил своих соплеменников, в панике уносивших ноги в направлении Прохода Ледяных Ветров. Он понял, что события развиваются совсем не так, как предполагалось на Военном совете. Беорг тотчас начал разворачивать свое войско, надеясь, соединившись с остатками отряда Гаальфдана и народом Лося, спасти как можно больше людей.

Но еще до того как его воины закончили маневр, он обнаружил, что на склон холма выходят армии Брин Шандера, Кер-Конига и Кер-Диневала, а вверх по склону холма со стороны, где должен был биться Хифстааг, карабкаются дворфы и армии трех оставшихся из Десяти Городов.

Беорг приказал своим воинам сомкнуться в круг.

– На нас взирает Темпос! – вскричал он. – Докажем, что он по праву гордится своим народом!

Без малого восемь сотен варваров стояли насмерть, убежденные в том, что бог Войны благословил их на битву. Сражаясь с бесстрашием обреченных, умирая с песней на устах, они продержались почти час, но в конце концов были смяты и рассеяны.

Когда звон мечей наконец утих, обессиленные защитники Десяти Городов занялись подсчетом потерь. Погибло более пятисот, и еще двести рыбаков были обречены умереть от смертельных ран, и все-таки это была невысокая плата, особенно если учесть, что на улицах Термалэйна и на подступах к Брин Шандеру лежало около двух тысяч бездыханных врагов.

Бренор проводил взглядом направляющуюся к воротам Брин Шандера процессию.

– Пузатый? – внезапно спросил он, узнав в одном из героев своего приятеля.

– Меня зовут Реджис, – гордо скрестив руки на груди, ответствовал хафлинг, важно восседая на носилках.

– Он достоин самого глубокого уважения, добрый дворф, – сказал один из державших носилки воинов. – Будучи тяжело раненным, выборный представитель Реджис схватился один на один и вышел победителем в бою с подлым предателем, который привел на нашу землю полчища варваров!

Не веря своим ушам, Бренор даже лишился дара речи.

– Готов поспорить, что на самом деле все обстояло еще более удивительно, – наконец пробормотал он, подмигнув своим не менее ошеломленным спутникам. – Да не буду я бородатый гном, если ошибаюсь!

Первыми к лежащему без чувств Дзирту До'Урдену приблизились Кемп и один из его адъютантов. Выборный от Таргоса ткнул эльфа носком своего обагренного кровью сапога, и тот еле слышно застонал.

– Еще дышит, – разочарованно сказал Кемп. – Как жаль, – с этими словами он еще раз, при этом гораздо сильнее, пнул раненого эльфа. Его спутник одобрительно усмехнулся и тоже занес ногу для удара.

Тут на спину Кемпа обрушился мощный кулак в кольчужной перчатке, да с такой силой, что тот, не устояв на ногах, перелетел через тело Дзирта и кубарем покатился по склону. Его адъютант успел обернуться, и в этот миг кулак Бренора, вторично описав дугу, въехал ему прямо в лицо.

– И ты получи! – прорычал разъяренный дворф, чувствуя, как под его ударом хрустнул нос того, кто посмел насмехаться над эльфом.

Кассиус, стоявший неподалеку, чуть выше по склону холма, с криком бросился к Бренору.

– Сейчас я научу тебя, как следует себя вести! – завопил он.

– Стой где стоишь, сын болотной свиньи! – угрожающе проревел Бренор. – Вы все обязаны эльфу вашими дрянными жизнями и покоем ваших домов, – прикрикнул он, обращаясь к находившимся поблизости рыбакам. – И вы еще смеете обращаться с ним как с падалью!

– Попридержи язык, дворф! – заверещал Кассиус, хватаясь за рукоять меча. Заслышав эти слова, дворфы мигом сплотили ряды вокруг своего вожака, а люди Кассиуса поспешили к своему предводителю.

И тут раздался еще один голос.

– Сам попридержи язык, Кассиус! – выкрикнул Агорвал из Термалэйна. – Обладай я его отвагой, я поступил бы с Кемпом точно так же! – Сказав так, Агорвал ткнул рукой в направлении севера. – Смотрите! – вскричал он. – Вы видите чистое небо. А если бы не эльф, мы сейчас наблюдали бы клубы дыма, поднимающиеся над Термалэйном!

Агорвал и его спутники подошли и встали плечом к плечу с дворфами, а два воина осторожно, чтобы не причинить боль, подняли Дзирта с земли.

– Можешь не опасаться за своего друга, бесстрашный дворф, – сказал выборный от Термалэйна. – В моем городе он встретит достойный прием. И никогда больше ни я, ни другие жители Термалэйна не упрекнут его за цвет кожи или за злодеяния его сородичей!

Кассиус вышел из себя.

– Немедленно уводи своих солдат с земли Брин Шандера! – закричал он, обращаясь к Агорвалу. Но в этом уже не было необходимости: воины Термалэйна, унося на плечах раненого эльфа, уже спускались с холма.

Убедившись, что эльф в надежных руках, Бренор со своими соплеменниками продолжил осмотр поля брани.

– Я тебе это еще припомню! – прокричал ему Кемп откуда-то издали, с подножия холма.

Бренор лишь презрительно сплюнул в его сторону и невозмутимо пошел дальше.

Так уж получилось, что союз Десяти Городов просуществовал лишь немногим дольше, нежели наголову разбитая армия варваров.

На склоне холма воины Десяти Городов тщательно осматривали тела поверженных варваров, снимая с трупов все, что представляло какую-то ценность, и мимоходом добивая тех несчастных, в ком еще теплилась жизнь.