Боевая птица (СИ) - Кейс Сия - Страница 127

Айвен судорожно кивнула.

— В этом нет ничьей вины, — Продолжила Гаула, — простая случайность.

— Но как же я? — Поинтересовалась Айвен, — Ведь это же я…

— Ш-ш-ш. — Ведьма приложила палец к губам, — Забудь об этом, ведь ты же забываешь страшные сны? И это все тоже сон.

Хоть Айвен и не поверила ни единому ее слову, она согласилась.

— Теперь мы просто связаны. Будто между нами есть нить, и мы в любой момент можем позвать друг друга, дернув за нее. Это даже хорошо.

— Наверное. — Согласилась девочка, потупив голову.

На самом же деле, ничего хорошего в этом не было. Только через несколько лет Айвен смогла найти выход из того, что сотворило с ней случайно вызванное древнее проклятье. Существовало зелье, приглушаещее подобные вещи, и Айвен все же смогла приготовить его с третьей попытки. Тогда-то безумные вопли Гаулы наконец-то заглохли у нее в голове, оставив разум девушки в покое. Но если она избавилась от отголосков мыслей Гаулы, это еще не значило, что она уничтожила проклятье, часть которого на себя самоотверженно взяла когда-то давно ведьма.

Сейчас Айвен надеялась на то, что проклятье еще осталось. Иначе ее план пойдет прахом.

Когда ей начало казаться, что ее слабенькой магии хватит, чтобы «дернуть за нить» с такого расстояния, Айвен прижала ладонь к стеклу. Похоже, Гаула шла по дороге рядом с домом девушки. У Айвен была только одна возможность позвать ведьму, не привлекая внимания посторонних.

«Гаула!» — мысленно позвала девушка, наблюдая за тем, как стекло вокруг ее пальцев запотевает от их тепла. «Гаула, услышь меня!»

Айвен придирчиво вслушивалась в окружающие ее звуки. Ее зов и миг, когда голос ведьмы настороженно стих, разделяло всего одно мгновение. Гаула услышала. Магия древнего проклятья, связавшая их, сработала.

«Айвен?» — спросил взволнованный голос ведьмы в голове у девушки.

«Ты не ошиблась. Это я.»

Айвен удивилась, когда у нее получилось ответить ведьме. Она всегда думала, что проклятье позволяет только слышать мысли и звать, но вот говорить…

И все же она не решилась так уж сильно надеяться на эту способность, поэтому приняла решение поторопиться:

«Помоги мне. Прошу. Открой дверь моего дома. Я заперта здесь.»

Долго-долго от Гаулы не было ответа, и Айвен уже начала думать, что ведьма ее не услышала. Наверное, проклятье все же не позволяло им переговариваться.

«Ты уверена, что сможешь его спасти?» — неожиданно спросил голос Гаулы у нее в голове.

«Конечно же, нет!» — поспешила ответить девушка.

Она отошла от окна и снова повалилась в кресло, чтобы осознать то, что сейчас совершила. Только что Айвен по доброй воле вернула себе ненавистное проклятье, на несколько лет превратившее ее в одно целое с ведьмой.

В двери что-то заскреблось, и Айвен поспешно вскочила с места. Она не ожидала, что Гаула выполнит ее просьбу так быстро. Обрадовавшись, девушка было бросилась к выходу, но вовремя опомнилась.

Вдруг это отец? Нужно оставаться невозмутимой, пока не будет ясно, кто скрывается за дверью. Поэтому Айвен застыла в проходе, придавая лицу выражение крайней тоски, граничащей со скорбью, ведь именно такой ее ожидает увидеть отец.

Дверь распахнулась, и когда на пороге показался силуэт Гаулы, Айвен бросилась к ней. В руке у ведьмы был ключ от двери. Каким образом ей удалось им завладеть, девушка даже не догадывалась, но знала, что эта женщина способна на все.

Увидев, что Айвен таращится на ключ, зажатый в руке, Гаула пояснила:

— Твой отец готовит его к казни. Бросил связку прямо на траву рядом с хлевом, где держат парня. Сама понимаешь — я сразу же решилась стащить.

— Спасибо. — Коротко выдохнула Айвен, неожиданно решившись обнять ведьму.

— Так и знала, что ты до сих пор меня любишь! — Улыбнулась Гаула, обнимая девушку в ответ.

— Мне больше не на кого надеяться.

— Айвен, я не всемогуща. — Отстранившись, чтобы заглянуть девушке в глаза, сказала Гаула, — Как ты собираешься его вызволять?

Айвен поспешно отвела взгляд:

— Пока не знаю. Главное — я выбралась из своей тюрьмы. Что-нибудь придумаю.

— Я попробую тебе помочь, но ничего не обещаю…

— Нет, я не хочу подставлять еще и тебя. — Покачала головой Айвен, — Тем более, что ты и так уже мне помогла.

— Не забывай, кто втянул тебя во все это! — Гаула заговорчески ухмыльнулась, положив руку Айвен на плечо.

Девушка ответила ей улыбкой благословляемого перед боем воина:

— Обещаю, что на этот раз я не выдам тебя.

Гаула кивнула девушке на прощание, после чего Айвен рванула за дом, туда, где вниз спускалась протоптанная ее ногами тропинка, ведущая к реке. Девушка старалась бежать как можно тише, чтобы не выдать себя, но что-то подсказывало ей, что Гаула в любом случае прикроет ее.

Утреннее солнце уже высоко сияло в небе, когда запыхавшаяся Айвен добралась до зарослей высокой речной травы, в которой даже ей не составило большого труда спрятаться от посторонних или случайных глаз из деревни. Обрывая сочные зеленые листья и напихивая их в карманы, Айвен думала лишь о том, хватит ли у нее времени на зелье пламени.

Да, все же она вернулась к варианту пожара в деревне.

Нужно было успеть вернуться и приготовить зелье, привнести в него каплю магии, и все это за каких-то полчаса! С каждой секундой девушка все яснее осознавала, что из этого ничего не выйдет. Надо было остаться в деревне и придумать что-то более умное!

Разве у нее было время на гениальные планы?

С немалым запасом листьев в глубоких карманах просторного платья Айвен побежала в сторону деревни, которая отсюда выглядела, словно игрушечные домики для муравьев — настолько она была далеко.

Девушка нервно хватала ртом воздух и спотыкалась едва ли не на каждом камне, скрывающемся в высокой траве, но все же она бежала со всех ног, потому что времени у нее оставалось все меньше, а глупая надежда на удачу никак не собиралась покидать ее сердце. Вскоре Айвен миновала небольшой пригорок и оказалась на знакомой тропинке. Прижавшись к стене дома, чтобы ее никто не заметил, девушка осмелилась выглянуть на улицу, где люди уже стекались к наспех сколоченному эшафоту. Их шумные голоса не давали проследить за единой нитью разговора, но даже по обрывкам фраз Айвен поняла, что обсуждают не только Кайрина, но и ее саму.

— Казнь начнется совсем скоро. — Послышался голос откуда-то сзади.

Айвен испуганно повернулась и уставилась на Гаулу:

— Хочешь сказать, я не успею?

— Я почти уверена в этом. Твой отец не будет тянуть. Они даже приговор-то зачитывать вряд ли будут.

Айвен прекрасно понимала, что ведьма права. Девушка исступленно уставилась в землю, пытаясь хоть немного собраться с силами:

— И что же мне делать?

Гаула долго молчала, но все же произнесла:

— Я могла бы отвлечь их какой-нибудь сумасшедшей выходкой, но вряд ли это сработает. Они уже привыкли.

— Тогда отвлеку их я… — Прошипела Айвен.

— Ты чего удумала!? — Спохватилась Гаула, — Уже не поколдовать-то на глазах у всех?

— У меня нет другого выхода.

— Нет, слышишь, нет! — Возразила ведьма, хватая Айвен за плечи, — Чего ты этим добьешься? Изгнания!?

— Я не позволю им его убить! — Попыталась вырваться девушка.

— Этим-то как раз и позволишь! А еще и себя вместе с ним! — Кричала на нее Гаула, — Влюбленная дура!

Эти слова заставили взбешенную Айвен застыть. Она посмотрела в безумные глаза ведьмы, заметив в них свое отражение.

— Что тогда делать? — Выдохнула девушка.

Она не стала отрицать то, что было и так очевидно. Тем более Гауле, которая неизменно читала Айвен, словно открытую книгу.

Руки ведьмы наконец-то отпустили ее плечи, а глаза опустились куда-то в землю:

— Есть ситуации, которые мы не в силах изменить.

— Что!? — Ошарашенно прошептала Айвен, — И это говоришь ты?

Подняв глаза, Гаула кивнула. И с этим кивком что-то внутри у Айвен дало трещину. Девушка готова была разрыдаться, и слезы уже едва держались в ее глазах.