Боевая птица (СИ) - Кейс Сия - Страница 28

Ван Илар почувствовал, что его щеки вспыхнули от стыда.

— Потому что я эгоист. — Прошептал он, стыдливо отведя взгляд.

Девушка мягко улыбнулась, и Ван Илар снова ощутил себя в своей тарелке.

— Сеитта. — Представилась она, протянув ему руку.

Ван Илар вытащил из-под одеяла свою тощую ладонь и слабо пожал руку девушки.

— Сколько лет… ты провела в этом обличье? — Колдун кивком головы указал на клетку.

— Десять. — Печально ответила Сеитта.

— И это… кто с тобой так? — Ван Илар удивился самому себе: он не мог подобрать слова.

— Один человек, что работал на отца Кайрина. — В голосе Сеитты слышалась горечь, сравнимая только со смертью дорогого человека.

— Если ты не хочешь об этом говорить… я больше не буду спрашивать.

Сеитта невесело улыбнулась:

— Я давно свыклась с мыслью, что потеряла слишком много лет…

— Нет! — Возразил Ван Илар, — Ты ничего не потеряла! Ты… прекрасна. Ты не состарилась. Совсем.

— Мне должно быть тридцать лет…

— Ох, тогда я на триста три года тебя старше! — Ван Илар попытался улыбнуться, чтобы подбодрить девушку.

— Не думала, что колдуны Башни умеют улыбаться.

— А ты была знакома с кем-то из нас?

— Нет, просто… ты создаешь образ.

— Не слишком хороший. — Подметил Ван Илар.

— Просто ты тоже проклят. — Улыбка стерлась с лица Сеитты.

"Или сломлен" — подумал Ван Илар.

В этот момент в комнате появился Кайрин с подносом в руках. Ван Илар, глотая слюну, увидел на нем куски свежего хлеба и мягкий сыр, горячий чай и вяленое мясо.

Ван Илар набросился на еду, как варвар, и когда он понял, что все это происходит на глазах у девушки, все же устыдился, но не перестал жевать. Он набил полный рот хлеба с сыром и наслаждался его вкусом так, словно пробовал впервые, запивал все это чаем, неприлично громко прихлебывая, и ему было плевать. Он так долго голодал, что его желудок, кажется, сжался до размеров детского кулачка, да и вдобавок ко всему, Ван Илара начинало раздражать, что его тело будто бы высохло, и кожа натянулась на костях, словно на мертвом скелете.

Он ел, пока Сеитта не отняла у него тарелку. Колдун недоуменно уставился на нее.

— Хватит, — Сказала девушка, — так только хуже будет.

Он откинул голову на подушки, дрожь снова начала охватывать его тело, и Ван Илар накрылся одеялом почти с головой.

— Здесь же тепло. — Сказала Сеитта, когда Кайрин снова исчез.

— Наверное. — Сквозь зубы процедил Ван Илар.

Ему было плохо. Очень плохо. Голод отступил, но на его место пришло что-то другое и наверняка намного худшее.

Он видел, как Сеитта нависла над ним, и не стал ее прогонять. Девушка осторожно коснулась его лба:

— Да ты же горишь! Разве колдуны болеют?

Ван Илар и сам думал, что нет. Похоже, он довел себя до такого крайнего истощения, что даже иммунитет сдался под власть смертной природы.

— Пройдет. — Отмахнулся Ван Илар. — Завтра я уже вернусь в Башню.

— Нет! Ты не сможешь. Ты вряд ли на ногах устоишь!

Вообще-то она была права. Но Ван Илара терзала другая мысль: он был сыт, хоть и болен, в то время как его люди, запертые в Башне, возможно, доживали свои последние часы. Ему нужно было вернуться, и уж если он не мог помочь, то хотя бы быть рядом с ними, страдать, как они. А вместо этого Ван Илар нежился сейчас в этой мягкой постели и думал, что он самый несчастный на свете! Какой эгоизм!

— Сеитта, я не могу так поступить. — Отозвался Ван Илар. — Мои люди…

— Чем ты им поможешь? — Перебила девушка.

— Принесу хоть немного еды… Это продлит нам срок.

— Ты привык считать себя бессмертным, но это не так. Знаешь, почему?

Ван Илар мотнул головой, словно маленький ребенок, ждущий маминого ответа на глупый вопрос.

— Ты видел, как умирают твои люди? — Он кивнул, — Вы смертные. Просто у вас отсутствует способность к старению. Вы можете умереть от любой болезни, просто вы привыкли их не запускать. Так почему же ты отправляешь себя на смерть? Тебе нужны силы и уход. В Башне этим тебя точно не обеспечат. Поэтому ты будешь здесь, пока не выздоровеешь.

— Отец Кайрина…

— Его не будет две недели. — Перебила излишне заботливая Сеитта.

Ван Илар хотел высказать ей многое, но в итоге сдался, не найдя подходящих аргументов. Он действительно был слишком слаб.

Так пронеслась целая неделя, каждый день которой Ван Илар пытался доказать Сеитте свою правоту и вернуться в Башню. И каждый раз она небезосновательно ему отказывала.

Первые пару дней колдун и вовсе трясся от лихорадки, его тошнило, и сил не было даже на то, чтобы встать с постели. Он спал почти целыми днями, а когда бодрствовал — ел все, что ему давали. Ван Илар и сам начал пугаться своего неутолимого голода. Зачастую его отвыкший организм не принимал всей этой еды и выворачивал желудок наружу, заставляя Ван Илара чувствовать себя немощным стариком.

Вскоре тошнота и температура стали сходить на нет — Сеитта даже разрешила Ван Илару выходить из комнаты. Он стал чувствовать себя намного лучше и даже почти решился перенести себя в Башню, но вовремя одумался и понял, что так с людьми не поступают — Сеитта от всей души заботилась о нем, стараясь отдать долг за ту услугу, что он оказал ей, и он не мог так запросто ее ослушаться.

К тому же, Ван Илар стал следить за девушкой, и его магические знания позволили ему сделать вывод, от которого он и сам пришел в ужас.

Сеитта была первой искусственно созданной Многоликой.

Глава 12. Вайн

— Нет, это мы уже видели. — Буркнул Крам, когда Вайн показал ему книгу.

Король обиженно фыркнул и отшвырнул фолиант подальше. Он обхватил руками голову и искоса посмотрел на Крама, который сосредоточенно листал какой-то старый, воняющий вековой пылью, том с темной обложкой.

Поначалу Вайн с энтузиазмом отнесся к идее Крама — король должен изучать магию, знать особенности тех мистических существ, что обитали в его королевстве, но парень даже подумать не мог, насколько это окажется сложно. Проще выучить язык варваров!

Его голова трещала от новых слов и терминов, понятных лишь отчасти. Вайн даже не думал, что будет проводить вместе с Крамом бессонные ночи в библиотеке, разыскивая те крохи информации, что у них сейчас были.

— Я с ума сойду! — Заявил Вайн. — Мы так ничего не узнаем.

Крам одарил его серьезным взглядом:

— Предлагаешь встретиться с кем-то из них лицом к лицу? — Он пролистал свои записи, ища какое-нибудь подходящее название, — С ипардессами, например?

Вайн стал искать это странное слово в памяти. Так называли разновидность ведьм, питающихся сердцами влюбленных в них мужчин. Парня передернуло.

— Вот! — Крам указал пальцем на Вайна и его реакцию, — Поэтому не отлынивай.

— Да нет же, Крам! — Возразил парень. — Мы собрали уже много информации. Вряд ли знания об ипардессах пригодятся мне. Они редки, как простые платья Рейвы.

— То есть, их не существует? — Прищурившись, спросил Крам, — Ты так считаешь?

— Нет, просто… они вымерли. Наверняка.

— Ты неисправим. — Крам громко захлопнул книгу, которую держал в руках. — Давай проверим, чему ты научился. Начнем с меня.

Вайн глубоко вздохнул, закатив глаза.

— Ты — невидимка. — Монотонно начал он, — Имеешь две способности: становиться невидимым и проходить через стены. Смертный. Не принадлежишь к клану.

— Имя первой невидимки?

Вайн широко распахнул глаза от удивления:

— А это еще зачем?

— Ты король, и должен быть всесторонне образован.

— Я не помню.

— Верева. — Отчеканил Крам, — Я обижусь, если ты не запомнишь. Она же моя прародительница! А я — твой друг. Или нет?

— Друг конечно. — Выпалил Вайн. — Но все эти имена…

— Хотя да, это я перегнул. — Согласился Крам, — Ты же не помнишь даже имя своей бабушки…

— Крам, иногда мне хочется тебя убить! — Вайн замахнулся на парня.

— Когда-то ты превзойдешь меня, своего учителя, и совершишь эту жестокость… — С наигранной грустью Крам посмотрел вдаль, хотя он едва сдерживал смех.